Год назад в Киргизии произошла революция, в результате которой был свергнут президент Курманбек Бакиев. Тогда погибли, по официальным данным, 87 человек, а около 1500 получили ранения. Сильным испытанием для новых властей стали этнические столкновения на юге страны, в результате которых погибли сотни людей (по неофициальным данным – до двух тысяч) и сильно пострадал город Ош.

Более 80% киргизов считают Россию стратегическим партнером, а Казахстан – братским народом

Тем не менее в стране прошли конституционный референдум и парламентские выборы. После долгих переговоров со второй попытки была сформирована многопартийная правящая коалиция. Страной правит временный президент Роза Отунбаева, которая уйдет в отставку в декабре этого года.

Что дала стране очередная революция и что ждет Киргизию, газете ВЗГЛЯД рассказал экс-министр финансов Киргизии, лидер партии «Акшумкар» и непосредственный участник революции Темир Сариев.

Более 80% киргизов считают Россию стратегическим партнером, а Казахстан – братским народом

ВЗГЛЯД: Темир Аргембаевич, участники любой революции, как известно, сначала испытывают огромный энтузиазм, а позднее – огромное разочарование. Какие надежды участников революции оправдались, а какие – нет? Что оказалось на деле совсем не так, как себе представляли год назад восставшие?

Темир Сариев: Любая революция делается фанатами. А ожидания у простого народа действительно бывают очень высокими. Но что касается нашего случая, то мы сделали самое главное: приняли новую конституцию и объявили себя парламентской республикой. Мы на корню искоренили клановое правление. Это был самый большой вклад в то, что мы сделали. Мы провели достаточно открытые выборы. Это не говорит о том, что выборы были чистыми, потому что, к сожалению, избирательная культура общества не позволяет нам проводить относительно чистые выборы. Большинство мест в парламенте получили те, кто шел с популистскими лозунгами. Многие партии, имевшие серьезные намерения перестроить государство, не прошли, в том числе наша партия. Но несмотря на это, мы провели и референдум, и парламентские выборы.

Политическая борьба началась сразу после 7 апреля. Клановая власть слишком глубоко укоренилась у нас. У нее имелись огромные финансовые и административные ресурсы. И она до сих пор дает о себе знать. Трагические события, которые произошли на юге Киргизии, где погибло очень много мирных жителей, стали результатом реваншистских сил, старой власти. Сейчас в парламенте представлено пять партий. И мы создали в конституции такую систему сдержек и противовесов, что никакая партия или группа людей не может узурпировать власть. Есть много ошибок, мы относим это к издержкам развития парламентаризма. К сожалению, у нас отсутствует сильный парламентский институт. Очень большие проблемы в других институтах власти. Партийные институты только формируются. Сейчас надо сохранить то, что мы завоевали. Нам еще придется многое отстраивать и биться за то, что мы считаем нашим завоеванием. Но в целом я считаю, что процесс динамичный и много положительного происходит в нашем обществе. Конечно, есть отрицательные моменты, но, я думаю, со временем это будет решаться.

ВЗГЛЯД: Вы согласны с утверждением многих экспертов о том, что два переворота, произошедшие за пять лет, начисто стерли из сознания обывателей чувство закона, и теперь в Киргизии каждый сам устанавливает себе закон?

Т.С.: Такая проблема есть, потому что у людей укрепляется мысль, что митингами все можно завоевать. Но если власть будут иметь представители народа, то восстановить законность будет намного легче. Чего не хватает власти, сформированной по итогам парламентских выборов, так это доверия и поддержки самого народа. Поэтому ситуация остается достаточно сложной.

ВЗГЛЯД: Недавно президент Киргизии Роза Отунбаева заявила о намерении Бишкека усилить сотрудничество с НАТО. В частности, ранее стало известно, что Киргизия рассматривает вопрос о создании на своей территории еще одной американской базы. Высказывали ли ваши российские коллеги свою позицию по этому вопросу?

Т.С.: Я могу так сказать: при парламентской системе полнота власти находится в парламенте. Президент у нас является главой государства, его символом и арбитром. Но у президента ограниченные полномочия. А все остальные вопросы будут решаться в парламенте и правительстве. А парламент и правительство на сегодняшний день и общество в целом против создания баз НАТО в Киргизии.

ВЗГЛЯД: А в какой стадии находятся переговоры о возможном создании на юге Киргизии российского тренировочного центра?

Т.С.: Работает межведомственная комиссия. Все это еще на уровне переговоров.

ВЗГЛЯД: Известно, что в республике за год резко усилились националистические настроения. Для сторонников полной независимости одинаково неприемлемо создание и российских, и американских баз? Или к российским войскам они относятся более благожелательно?

Т.С.: Развитие национализма – сегодня болезнь во многих странах, даже в западных. Возьмите Францию, Англию! Киргизия не исключение. В условиях глобализации этот вопрос становится очень актуальным. У нас на сегодняшний день есть две острые проблемы – национализм и религиозный экстремизм. Их надо решать.

ВЗГЛЯД: Как бы вы могли прокомментировать появившуюся в ряде киргизских СМИ информацию о якобы данном президентом Казахстана Нурсултаном  Назарбаевым обещании  выдать стране 120 млн долларов в случае развала правящей коалиции? Кому может быть выгодно появление таких сообщений?

Т.С.: Все это на уровне слухов. Действительно, есть разные парламентские партии, за которыми стоят свои люди, у которых неоднозначная ситуация по отношению с другими странами. У кого-то есть личностные проблемы, у кого-то проблемы со взглядами. Я могу сказать, что киргизский народ хочет дружеских отношений как с Казахстаном, так и с Россией. Тем более у нас есть договор о вечной дружбе и братстве. И все опросы, которые проводятся солидными организациями, показывают, что более 80% киргизов считают Россию стратегическим партнером, а Казахстан – братским народом.

ВЗГЛЯД: Как продвигается официальное расследование массовых убийств в Оше? Подтверждаются ли сообщения многих журналистов и правозащитников о том, что среди тех, кто вступал в конфликт с узбекской общиной тогда, было много представителей киргизской общины, прибывших специально для этого с севера, из столицы? Расследуются ли их дела?

Т.С.: Государственная комиссия по июньским событиям свое заключение сделала. Это обсуждалось в парламенте. Этот конфликт назревал давно. Он имеет межнациональную историю. При Советском Союзе была очень жесткая дисциплина, в 90-е годы произошли ошские события, где тоже погибло очень много людей. И остановилось это только через три дня после ввода спецназа МВД СССР. И сейчас конфликт есть. Это очень болезненный вопрос для всех нас. Тем более это было повторение столкновений между киргизами и узбеками. Сейчас еще работает международная независимая комиссия. Они свои выводы уже сделали. Свой отчет они отправили правительству. В конце апреля его обещали опубликовать. Но сейчас известно, что комиссия не пришла к выводу, что имел место геноцид узбекской нации. Это межнациональный конфликт, который привел к человеческим жертвам.

ВЗГЛЯД: Официальный Бишкек продолжает настаивать на экстрадиции экс-президента Киргизии Курманбека Бакиева, который, вероятно, по-прежнему находится в Белоруссии. Минск ранее дал понять, что не выдаст Бакиева. Власти Киргизии могут потребовать введение экономических санкций в отношении Белоруссии?

Т.С.: К сожалению, наши отношения с Белоруссией ограничиваются только многосторонним форматом в рамках СНГ и ЕврАзЭС. По старому режиму идет суд, который должен закончиться где-то к концу мая. Когда будет решение суда, то согласно ему мы сможем потребовать экстрадиции самого Бакиева. Если этого не произойдет, то Киргизия обратится в международные организации и суды. Я считаю, что Бакиев должен предстать перед судом. Если он виновен, то должен понести наказание.