Учитывая, что среди граждан России противников ЕГЭ никак не меньше, чем поклонников, от встречи Андрея Фурсенко с народными избранниками ждали искр и электрических разрядов. Однако дискуссия прошла на удивление гладко.
Раз дети не справляются даже с простыми заданиями, значит, у нас плохие учителя
В первую очередь, начальник от образования сообщил депутатам, что благодаря новой системе оплаты педагогического труда теперь российские учителя зарабатывают на 60% больше. А высококвалифицированные специалисты получают жалованье, которое в 2–2,5 раза превышает их прежнюю зарплату.
Кроме того, министерство «поставило барьер некачественным учебникам» и решило перейти на подушевое финансирование повышения квалификации учителей. Так что отныне преподаватели смогут набираться дополнительных знаний не только в специализированных институтах, но и в родных вузах и школах – победительницах городских конкурсов.
По словам Фурсенко, разговоры о неконкурентоспособности отечественного образования «некорректны». Но, тем не менее, пора возвращаться от «безудержной коммерциализации» учебы к «поддержке качественного образования», которое, к тому же, должно быть доступным. Единый госэкзамен, убежден министр, помогает и проверить качество знаний, которые учителя дают ученикам, и сделать поступление в вуз процедурой, доступной любому.
Как рассказал министр, в 2007 году граждане РФ истратили 1 млрд долларов на то, чтобы их дети смогли стать студентами. 700 млн долларов из этой суммы ушли на дорогу абитуриентов из дома до места назначения и обратно. При этом благодаря распространению ЕГЭ, говорит Фурсенко, уже в прошлом году согражданам удалось здорово сэкономить на накладных расходах, связанных со вступительными экзаменами. Результат очевиден: в вузах теперь учатся на 10% больше сельчан, чем раньше.
«Признана эффективность единого госэкзамена. ЕГЭ поддержан теми, кто хочет получить качественное образование», – отметил Андрей Фурсенко.
Завидный оптимизм, впрочем, не спас чиновника от депутатских вопросов. Наболевшая тема ЕГЭ, правда, взволновала фактически только единороссов. Представительница думского Комитета по делам семьи, женщин и детей Марина Мукабенова поинтересовалась у Фурсенко, насколько «прозрачна процедура зачисления в вузы» по итогам ЕГЭ. И возможны ли «проявления коррупции» во время проведения единого госэкзамена.
Министр ей ответил, что ЕГЭ и предметные олимпиады – «главный способ борьбы с коррупцией» на вступительных экзаменах. Кроме того, это самый объективный способ проверки знаний у ребят.
Первый зампред думского Комитета по гражданскому законодательству Владимир Груздев возмутился, что получившие годовые четверки и пятерки одиннадцатиклассники затем на двойки сдают ЕГЭ.
«Это связано с тем, что учителя не всегда добросовестно ставят отметки», – вместе с парламентарием вздохнул Фурсенко.
По его словам, претензии самого последовательного критика ЕГЭ – ректора МГУ Виктора Садовничего – сводятся в основном к тому, что задачи на ЕГЭ слишком легкие. «Но раз дети не справляются даже с простыми заданиями, значит, у нас плохие учителя», – объяснил министр.
Свои пять копеек в тему ЕГЭ добавил и руководитель фракции «Справедливая Россия» Николай Левичев. Правда, его больше волновал материальный аспект проблемы. А точнее, сколько денег истратил бюджет на введение системы единого госэкзамена в школах.
По словам Андрея Фурсенко, на все про все было потрачено 3,5 млрд рублей. В основном средства пошли на создание и оборудование информационно-ресурсных центров, а также переподготовку преподавателей под ЕГЭ.
Коммунистов тоже заботили финансы. Представитель думского Комитета по региональной политике Сергей Решульский напомнил, что в прошлом году на переоснащение школ выделили 15 млрд рублей. Однако в стране осталось еще 65 тыс. классов, которые нуждаются в новой мебели и методических материалах.
Министр успокоил «левого», уверив, что на модернизацию школ из бюджета выделено больше 5 млрд рублей. При этом еще 2,5 млрд рублей. предусмотрели специально на капитальный ремонт учебных заведений.
Пока один коммунист требовал «апгрейда» школьных классов до самого современного уровня, его соратники: Нина Останина и Николай Коломейцев – возмущались тем, что в стране исчезают старые добрые сельские школы, и обвиняли министра в попытках сэкономить на сельчанах.
«Мы не экономим на сельских школах. Мы пытаемся поднять уровень образования», – увещевал парламентариев Андрей Фурсенко. По его словам, невозможно «организовать качественный учебный процесс» в «школе-развалюхе» на 5–7 учеников. Поэтому необходимо школы объединять, нанимать высококлассных учителей и развивать программу «Школьный автобус».