Слухи (официального подтверждения или опровержения этой информации пока нет) о смерти верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи, распространяемые иранской оппозицией, опубликовала в четверг британская газета Daily Telegraph. По версии издания, 70-летний аятолла скончался «в результате естественных» причин 14 октября, а формальное заявление об этом Тегеран сделает 15-го.
Он не демон, не злодей, не великий лидер, не великий политический деятель, не великий полководец. Он случайный человек, заброшенный на вершину власти
По данным ряда иранских аналитиков, высший руководитель избрал в качестве преемника своего сына – Моджтабу Хаменеи. Косвенно это подтверждается тем, что официальные иранские СМИ подозрительно часто говорили об аятолле Али Хаменеи как об «Али наших дней», имея в виду шиитского имама Али, который передал свои полномочия сыну Хасану.
Иранские блогеры, в свою очередь, утверждают, что все правительственные здания Исламской республики затянуты черной тканью в знак траура, а все дикторы иранского телевидения неожиданно оделись в черное. Кроме того, в Иране усилено патрулирование улиц подразделениями народного ополчения «Басидж» с целью предотвращения собрания людей.
Однако многие источники, не связанные с оппозицией, утверждают и обратное: аятолла жив. И стоит отметить, что три года назад ложные слухи о смерти Хаменеи весьма усиленно распространялись. В любом случае поставить точку в этой заочной дискуссии может только официальное сообщение из Тегерана. Подробнее о том, как будут развиваться события в Исламской республике в случае смерти верховного лидера, газете ВЗГЛЯД рассказал президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.
Президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский (фото: ИТАР-ТАСС) |
− Евгений Янович, Иранская оппозиция утверждает, что верховный лидер Ирана аятолла Хаменеи скончался. Если информация подтвердится, как это отразится на внутриполитической ситуации в Исламской республике?
− Когда умер Сталин, споры об этом были долгие, и продолжались они исключительно на базе того, что сообщали об этом «Голос Америки*» и другие несоветские СМИ. Так же и в ситуации с рахбаром – верховным аятоллой. А если он действительно скончался, то начнется короткий, но жесткий период борьбы за власть, за назначение рахбара. Формально рахбара должен назначить Совет экспертов. Его возглавляет аятолла Али Акбар Хашеми-Рафсанджани, потерпевший жесточайшее поражение в борьбе оппозиции с президентом Махмудом Ахмадинежадом. Фактически президент совершил на протяжении последних нескольких месяцев что-то вроде путча – мирного и почти бескровного. Погибли только несколько десятков человек. Но он оттеснил религиозную элиту от командных высот в государстве. Единственным человеком, который из старого режима аятолл сохранял какое-то влияние на ситуацию, был аятолла Али Хаменеи. Более того, аятолла Али Хаменеи недавно поставил под свой прямой контроль ракетные войска, чтобы президент с его излишней увлеченностью проблемой существования Израиля не спровоцировал масштабную войну.
Кувейт буквально в истерике на прошлой неделе заявил, что Иран готовится к фашистской оккупации зоны Персидского залива
Мы можем предполагать кратковременную, очень жестокую смуту. Возможно, выходящую на уровень столкновений, если оппозиция сможет это использовать и мобилизоваться. Нельзя исключать появления на улицах Тегерана сотен тысяч, а может быть, и миллионов демонстрантов. Мы, безусловно, можем полагать, что военный генералитет Корпуса стражей Исламской революции (КСИР), руководство ополчения, то есть те, на кого опирается президент Ахмадинежад, сделают все возможное для того, чтобы ускорить ядерную программу, интенсифицировать ракетные программы. Ситуация в отношениях с Израилем может чрезвычайно обостриться. И в конечном счете может спровоцировать нанесение удара по ядерным объектам Ирана и, соответственно, превентивного удара по израильской территории. По факту, ранее Иран провел несколько масштабных военных операций, когда вся израильская территория оказалась под огнем ракет ХАМАСа и «Хезболлы» − двух иранских плацдармов на севере и юге.
При этом будут демонстративные шаги, призванные показать мировому сообществу, что Иран открыт, готов к переговорам, пока Тегеран лихорадочно делает под столом бомбу. И так будет продолжаться, пока Иран не сделает ядерную бомбу. После чего пойдет ядерная гонка вооружений в регионе. Ничего хорошего предсказать, к сожалению, не могу.
− У аятоллы Али Хаменеи есть возможные преемники?
− Разумеется, преемники бывают всегда, но там система достаточно демократичная. Но, представив себе смерть Сталина, кто мог сказать, что преемником будет Хрущев? Представив себе уход Хрущева, кто мог сказать, что преемником будет Брежнев? Этот режим очень похож на Советский Союз. Позиция верховного аятоллы – рахбара − безумно похожа на позицию генерального секретаря. И что здесь вообще можно предсказать? Когда Черчилль говорил о том, что советская политика – это битва бульдогов под ковром, то это абсолютно совпадает с тем, что собой представляет сегодняшняя политика Ирана. Любые предсказания здесь невозможны.
− Ахмадинежад может повлиять на решение Совета экспертов, который выбирает нового верховного лидера?
− Ахмадинежад теоретически не может, а практически, похоже, он уже может что угодно. Мы можем ожидать непредсказуемых изменений, мы можем ожидать жесточайшего столкновения сегодняшнего руководства Совета экспертов с администрацией иранского президента. Потому что многие члены Совета – фактически личные враги Ахмадинежада. И пока что ему удалось переиграть их всех, если уж Хашеми-Рафсанджани покинул свой пост руководителя пятничного намаза – это невероятно, беспрецедентно. Борьба в религиозной элите и в молодом звене военно-политической, светской элиты сегодня достигла максимума.
При этом единственным из представителей крупных аятолл, кто вообще остался влиять на процесс, был аятолла Хаменеи, который использовал Ахмадинежада против личных врагов и конкурентов. И, что называется, доиспользовался. Это ситуация, если хотите, престарелого фельдмаршала Гинденбурга и фюрера немецкого народа 1930-х годов. Только фюрер иранского народа обладает немножко другими технологиями. И он уже достаточно давно президент.
− У Махмуда Ахмадинежада много властных ресурсов?
− В его руках нефтяные доходы, потому что они концентрируются исключительно в государственных программах, а не передаются населению, как он обещал, приходя к власти. И он переизбран, причем при поддержке аятоллы Хаменеи, сравнительно недавно. И он уже задавил оппозицию. Если бы Хаменеи умер в июне, когда оппозиция после выборов поднялась, тогда ситуация, вполне возможно, могла бы зависнуть в совершенно непонятном состоянии. А вот сегодня, я боюсь, что руководство Ирана ничего, кроме дополнительного закручивания гаек, милитаризации, роста агрессии, конфликтов с соседями, из ситуации не извлечет. Иран вряд ли можно либерализовать или сбросить каким-то вестернизированным профессорам или престарелым религиозным лидерам, которые хотели бы сохранить свою номенклатурную власть. Сегодня к власти пришла военная группа диктатуры, и диктатура эта будет очень серьезной.
Аятолла Хаменеи использовал Ахмадинежада против личных врагов и конкурентов. И, что называется, доиспользовался
− Позиция Запада может повлиять на положение дел в Исламской республике?
− Позиция Запада в Иране точно так же никого не интересует, как она никого не интересовала в Советском Союзе. Был ли Лаврентий Павлович Берия шпионом Америки на самом деле? Чушь! Был ли Михаил Горбачев агентом ЦРУ, в чем его до сих пор обвиняют представители генералитета, в том числе по телевизору? Бред. Никого в таких странах, как Советский Союз, как Китайская Народная Республика, как Исламская республика Иран, не волновало, не волнует и волновать не будет, что и кто говорит на Западе.
− Возможно, Западу все-таки стоило бы поддержать Ахмадинежада, так как намечается некий прогресс в переговорах по ядерной программе Тегерана?
− Видите ли, демократическая западная система, сталкиваясь с тоталитаризмом и авторитарными режимами, побеждает только морально и посмертно. Ахмадинежад разыгрывает абсолютно ту же карту, что до него разыгрывали Сталин, Мао Цзэдун, семья Кимов и памятный нам всем фюрер немецкого народа. Адольф Гитлер, помнится, в Мюнхене замечательно провел все, что ему было нужно, и люди, которые, уехав из Мюнхена (Чемберлен Даладье), заявили за год до начала мировой войны, что они принесли мирное поколение, − они были ничуть не умнее, чем Хиллари Клинтон или Барак Обама.
Сегодня к власти пришла военная группа диктатуры, и диктатура эта будет очень серьезной (фото: Reuters) |
Ввести в действие еще один завод по обогащению урана по секрету от мирового сообщества и сказать: «Вот мы тут завод построили, но мы инспекторов пустим» − это означает, что таких заводов могло быть построено сколько угодно. Развести как деревенских дурачков – означает то, что сейчас происходит в отношениях между руководством Ирана и «шестеркой» переговорщиков по ядерной проблеме. Все это давно сказал Крылов, сообщив в своей басне, что Васька слушает да ест.
#{weapon}− Но какая-то реакция Запада все равно последует.
− Пойти на улучшение отношений с Ираном Запад, конечно, может. Это абсолютная схема того, что проходило в Европе в тридцатые годы. Помнится, в Германии провели Олимпиаду, помнится, в Мюнхене, удовлетворив законные чаяния немецкого народа, разрешили расчленить Чехословакию и признали аншлюс Австрии. Какие проблемы? Мир же должен торжествовать. Через два года началась война. Ничего, отличающего ситуацию на Ближнем и Среднем Востоке от ситуации в Европе 1930-х годов, нет. Это абсолютная калька. Именно поэтому бьются буквально в истерике центры арабского мира, такие как Саудовская Аравия, Египет, Объединенные Арабские Эмираты, понимающие, что у них под боком растет агрессивная империя. Именно поэтому Марокко разрывает дипломатические отношения с Ираном в тот момент, когда иранцы заявляют, что Бахрейн – не государство, а 14-я иранская провинция. Ничего не напоминает из европейской истории? Именно поэтому Кувейт, находящийся под боком у Ирана и у Ирака, двух тяжелейших противников, буквально в истерике на прошлой неделе заявил, что Иран готовится к фашистской оккупации зоны Персидского залива.
Сегодня в регионе государство, которое хочет быть сателлитом Ирана, – Сирия, она примеряет на себя роль Италии при Германии 1930-х. А государства типа Катара примеряют на себя роль Румынии или Венгрии. А Запад, конечно, может попытаться договориться с Ахмадинежадом, исходя из того, что он вообще всегда договаривался с любой диктатурой и любой агрессивной тоталитарной или авторитарной властью, совершенно не важно, кто ее возглавляет: Гитлер, Ахмадинежад, Мао Цзэдун. Но радоваться по этому поводу, имея хоть какой-то исторический опыт, мне кажется, немножко рано. Мы идем к периоду войн. Мы идем к периоду, не исключено, ядерных войн. Плохо ли будет, если Израиль разбомбит иранские ядерные объекты? Плохо. Плохо ли будет, если Иран сделает ядерную бомбу и за ним последует еще два десятка государств – пороговых, дальневосточных, ближневосточных? Вообще катастрофа. Плохо ли будет, если начнется через лет 10−15 на Ближнем Востоке ядерная война? Еще хуже, чем нарушение режима нераспространения. Вот эти опции у нас есть.
− На ваш взгляд, что за человеком был аятолла Али Хаменеи и каков его вклад в развитие иранской государственности?
− Аятолла Хаменеи ничего не дал Ирану. Он промежуточная фигура. Он один из самых слабых аятолл, один из самых слабых руководителей теократического Ирана. Именно поэтому он возглавил Иран после аятоллы Хомейни – лидера иранской революции, поскольку сильные проиграли. Проиграл, в частности, Али Акбар Хашеми-Рафсанджани, который тоже бился за место рахбара. Это часто бывает. Сильные бойцы торпедируют друг друга. Это бывает при выборах Папы Римского, это бывает при выборах верховного аятоллы. Али Хаменеи привел к власти Ахмадинежада − человека, главным достоинством которого было то, что он был другом его сына и был вхож в его личный круг. Популярность этого мало примечательного политика была сравнима разве что с популярностью Лукашенко. Кто мог ожидать в Белоруссии, что председатель колхоза возглавит страну? Но Хаменеи удержал его своей властью на вторых президентских выборах. И таким образом привел к власти в Иране группу, которая все больше напоминает военно-политическую хунту.
Именно в этом качестве он и останется в истории Ирана. Он не демон, не злодей, не великий лидер, не великий политический деятель, не великий полководец. Он случайный человек, заброшенный на вершину власти тяжело больным, пытавшийся там удержаться и своими руками похоронивший тот строй теократического Ирана, который построил аятолла Хомейни. Потому что сегодняшний Иран – уже не тот, который был. Это уже не теократия.
То, что он смертельно болен, говорилось давно. Я не исключаю, что, зная свое медицинское состояние, он поэтому так и пытался поддержать Ахмадинежада в нарушение всего, чего угодно, потому что на выборах были действительно чудовищные нарушения. Эта ситуация вызвала в Иране взрыв. Не исключено, что он просто понимал, что уходит, и пытался как-то удержать хоть что-то, ввести в высшую иерархию Ирана своего сына. Это еще один фактор, который сейчас будет играть.
* СМИ, включенное в реестр иностранных средств массовой информации, выполняющих функции иностранного агента