Иран впервые заговорил о возможности пойти на главную уступку, которой от него добивается мировое сообщество. Однако уже очевидно, что условия и оговорки, которые в этом случае оставляет за собой Тегеран, сводят на нет весь положительный эффект подобного шага.
Сейчас мы не сворачиваем работы по обогащению урана, чтобы не попасть в полную зависимость от иностранных поставок ядерного топлива, при этом не получив гарантии бесперебойного снабжения
По словам представителя Ирана при МАГАТЭ Али Асгара Солтани, Иран готов рассмотреть возможность прекращения обогащения урана в том случае, если международное сообщество предоставит гарантии поставок ядерного топлива для работы иранских АЭС.
«Сейчас мы не сворачиваем работы по обогащению урана, чтобы не попасть в полную зависимость от иностранных поставок ядерного топлива, при этом не получив гарантии бесперебойного снабжения», – сказал Солтани в Брюсселе на пресс-конференции по итогам встречи с международными экспертами, которая была организована Центром политических исследований ЕС.
Он отметил, что гарантии поставок могут стать первым шагом в урегулировании кризиса, за которым следует «проверить, как соглашение о поставках топлива будет реализовываться». За этим последует рассмотрение вопроса о сворачивании работ.
Кроме того, иранский чиновник подчеркнул, что Иран в любом случае будет самостоятельно обогащать уран в небольшом объеме в качестве подстраховки, на случай приостановки его поставок из-за границы, передает Guardian.
Отметим, что в 2006 году шестерка переговорщиков (США, Великобритания, Франция, Россия, Китай и Германия) уже предлагала Ирану план, гарантирующий поставки ядерного топлива, если Тегеран откажется от самостоятельного обогащения урана.
А в июне 2008 года еврокомиссар по вопросам внешней политики и политики в области безопасности Хавьер Солана вновь представил Тегерану этот план в слегка скорректированном виде, но от Исламской Республики никакого конкретного ответа не последовало.
По мнению большинства наблюдателей, иранское руководство уже несколько последних лет ведет тонкую политическую игру с мировым сообществом, но на деле ни в чем не собирается ограничивать свою ядерную программу.
Так, после принятия последней резолюции Совета Безопасности ООН по иранскому досье, которая подтверждала прошлые санкции, но не вводила новые, Солтани заявил, что Иран продолжит сотрудничество с МАГАТЭ. «Мы будем продолжать взаимодействовать с МАГАТЭ. Важно то, чтобы этот международный орган не предпринимал в отношении Ирана мер, выходящих за рамки его устава и соглашения о гарантиях», – говорил он.
Однако представитель консервативного большинства в меджлисе Исламской Республики Муса Гораби в свою очередь сразу же подчеркнул, что власти Ирана могут ограничить доступ инспекторов МАГАТЭ на свои ядерные объекты. «Последний доклад гендиректора МАГАТЭ Мухаммеда эль-Барадеи и резолюция СБ ООН показали, что Запад не имеет никаких благих намерений по отношению к Ирану. Мы великодушно предоставили агентству широкий доступ на объекты своей ядерной инфраструктуры, однако в скором времени мы пересмотрим это решение», – заключил депутат.
Гендиректор МАГАТЭ Мохаммед эль-Барадеи в своем очередном докладе по иранской ядерной программе, представленном в середине сентября, сообщал, что «агентство, к сожалению, не имело возможности достигнуть какого-либо существенного прогресса в отношении предполагаемых исследований и других связанных с ними остающихся ключевых вопросов, которые по-прежнему продолжают вызывать серьезную озабоченность».
По его мнению, Ирану необходимо предоставить МАГАТЭ обоснованную информацию в поддержку своих заявлений, а также доступ к соответствующей документации и отдельным лицам, чего на практике не происходит.
Показательна и летняя эпопея с ответом Ирана на предложения стран «шестерки». Пакет стимулов, призванный убедить аятолл приостановить все работы по обогащению урана (взамен Исламской Республике предлагался ряд совместных экономических и технологических проектов), был передан Тегерану еще в середине июня. С тех пор Иран неоднократно обещал передать свой ответ, выдвигал встречные предложения, а мировое сообщество в свою очередь призывало ускорить данный процесс.
Одной из последних попыток как-то повлиять на неуступчивую республику была встреча секретаря Высшего совета национальной безопасности Саида Джалиля с верховным представителем ЕС по внешней политике и безопасности Хавьером Соланой и представителями «шестерки». Тогда Тегерану был озвучен очередной крайний срок – две недели. Истек данный ультиматум 2 августа, но никакой конкретики от Ирана не последовало.