По инициативе комиссии по кадровым вопросам при Мосгордуме городской парламент подвел итоги эксперимента по использованию полиграфа (детектора лжи).
Анонимный автор советует подложить в ботинок канцелярскую кнопку и при компрометирующем вопросе, не жалея себя, давить на нее пяткой
Эксперимент должен был дать законодателям веские доводы в пользу принятия закона, который бы регламентировал использование прибора в «системе подбора кадров» хотя бы в столице. Сейчас использование полиграфа не противоречит Конституции, но и явное разрешение для его применения тоже нигде пока не прописано.
В эксперименте участвовали 139 человек, которые в 11 регионах России претендовали на кресла мировых судей. В итоге одному кандидату отказали, а еще пятерых придержали для «более внимательного изучения». Совет судей остался доволен исследованием и «признал целесообразным использование полиграфа».
Сейчас полиграф применяют в двух областях – при расследовании преступлений и при работе с кадрами. Работодатели, особенно в коммерческой сфере, хотят обезопасить себя от возможных рисков по вине работников. По американским данным, бизнес теряет до 40 млрд долларов в год. Полиграф снижает ущерб на четверть.
Обычно к прибору прибегают в тех случаях, когда невозможно получить информацию о соискателе, или ее получение связано с большими затратами, или когда для уточнения сведений нужно много времени. Полиграфолог за три часа расставит все точки над i.
Один из основоположников метода «детекции лжи» в России, сотрудник кафедры криминалистики Академии ФСБ Юрий Холодный, считает, что 90% успеха исследования зависит от оператора полиграфа и только 10% от прибора. На подготовку одного специалиста уходит 90–100 тыс. рублей, а сам аппарат стоит примерно 3–6 тыс. долларов.
Правозащитники, критикуя проверки граждан на детекторе лжи, считают их насилием над личностью. Но, говорит Холодный, сейчас такие методы используют только при письменном добровольном согласии подопытного. «Если вы привяжете собеседника к креслу, то никакого толка не будет. Должно быть доверие с двух сторон», – сказал Холодный. Официальной статистики в России по допросам с полиграфом нет, но, по информации Холодного, можно говорить о 40–50 допросах в год.
Начальник Центра психологической диагностики ГУВД Москвы Мария Чистопольская рассказала об использовании полиграфа при отборе кадров в милицию. У будущих милиционеров не должно быть судимостей, контактов с криминалом, психических расстройств. Часто желающие надеть серые погоны по каким-то причинам скрывают некоторые факты своей биографии.
Поэтому в центре на двух детекторах лжи почти круглосуточно работают четыре оператора. Спикер МГД Владимир Платонов поинтересовался, насколько эффективны проверки. Ответ Чистопольской удивил присутствующих: «Примерно 35% опрашиваемых принимали или продолжают употреблять наркотики».
В Интернете есть ряд сайтов, где можно узнать, как обмануть полиграф. Например, анонимный автор советует подложить в ботинок канцелярскую кнопку и при компрометирующем вопросе, не жалея себя, давить на нее пяткой. Или перед собеседованием выпить изрядное количество пива.
Юрий Холодный опроверг существование каких бы то ни было способов перехитрить детектор лжи. «Человек перед компьютером беззащитен. Скрыть личностно значимые вещи нельзя. Единственный враг полиграфа – дефицит времени», – заверил Холодный.
Николай Шулепов, представитель общественности в Квалификационной коллегии судей города Москвы, поинтересовался у Холодного, учат ли наших разведчиков «обходить» детектор лжи. При этом он вспомнил фильм «Ошибка резидента», где герой Михаила Ножкина умудрился обвести полиграф вокруг пальца. Но Холодный ответил, что фильм снимался в 69 году, когда в СССР подобные технологии считали чепухой, поэтому в фильме отражена идеология тех лет.
У директора Института прав человека Валентина Гефтера инициатива узаконить полиграф в сфере подбора кадров вызвала много нареканий. Как заявил Гефтер газете ВЗГЛЯД: «Должно быть правовое регулирование и защита от злоупотреблений полиграфом. Тогда люди смогут защищаться от так называемой «добровольности». Особенно в коммерческой сфере, где каждый изобретает все что может, поле для злоупотреблений – колоссальное».