Во вторник члены комиссии Общественной палаты РФ по контролю за деятельностью правоохранительных органов и силовых структур провели заседание, на котором попытались выяснить, кто несет ответственность за силовые действия при попытке выселить 19 июня семью Прокофьевых. Однако главный ответчик – начальник ГУВД Москвы Владимир Пронин – к разочарованию журналистов на заседании так и не появился, сославшись на проводимую в этот же день коллегию МВД.
Кто сказал «фас!»?
Пока мы не выслушаем представителей правительства Москвы, ситуация с Бутово будет оставаться непонятной
«Пронин готов предоставить документы и предстать перед комиссией в другой назначенный нами день», – сообщил собравшимся в зале заседания председатель комиссии Анатолий Кучерена, позднее заявив журналистам, что все же проинформирует министра МВД о неявке его подчиненного.
Для тех, кто по каким-либо причинам еще не был наслышан о ситуации в Южном Бутове и, в частности, о скандале с выселением семьи Прокофьевых, приглашенный на заседание главный судебный пристав Москвы Александр Комаров зачитал краткое сообщение.
«8 июня на сайте лимоновцев появились сообщения, что они намерены помешать работе судебных приставов. Поэтому судебные приставы обратились с письмом в ГУВД, где просили выслать в Бутово сотрудников милиции для обеспечения общественного порядка», – объяснил он присутствие в Бутове двадцати омоновцев, применивших 19 июня силовые методы при выселении семьи Прокофьевых.
По его словам, проведенная на следующий день после инцидента проверка не обнаружила в действиях служебных приставов превышения полномочий. Анатолия Кучерену слова главного судебного пристава не убедили.
«Я в тот же день неоднократно спрашивал судебных приставов, насколько их действия правомерны и нет ли необходимости обратиться в суд для разъяснения решения суда. Мне заявили, что такой необходимости нет. Но после подробного изучения документов я утверждаю, что приставы были обязаны обратиться за дополнительными разъяснениями в суд. Почему это не было сделано?» – пошел в нападение правозащитник, адресуя свой вопрос присутствующему на заседании старшему судебному приставу Андрею Абрамову, который руководил процессом выселения Прокофьевых.
«В исполнительном листе было четко написано: «выселить». Это слово не имеет двойного толкования. Процедура выселения прописана в законе», – начал защищаться Абрамов.
«Кто дал команду применить ОМОН, кто сказал «фас!» на несчастных людей и этот маленький домик? Вы там были старшим», – не унимался Кучерена.
«Я не имею полномочий командовать ОМОНом. Я руководил лишь группой судебных приставов», – оправдывался старший судебный пристав.
«Но вы сами убеждали меня, что все решения принимаете именно вы. И я лично видел, что всем руководили вы», – давил правозащитник.
Однако Абрамов продолжал настаивать, что он не причастен к действиям омоновцев, и вопрос «кто виноват?» так и остался без ответа.
«Я сомневаюсь»
Председатель комиссии Анатолий Кучерена (фото: ИТАР-ТАСС) |
Наблюдавший за перепалкой между председателем комиссии и своим подчиненным Александр Комаров, чтобы успокоить гнев присутствующих, пообещал в течение десяти дней провести служебное расследование и определить, насколько правомерны были действия судебных приставов.
Далее члены комиссии решили разобраться с самим постановлением суда о выселении.
«В Конституции РФ говорится о том, что экспроприация имущества возможна лишь для государственных, а не частных нужд, при условии предоставления другого равноценного жилья», – напомнил собравшимся 35 статью Конституции член комиссии адвокат Генри Резник.
«Я сомневаюсь, что дома, которые предполагается строить в Бутово, будут заселены малоимущими, людьми, стоящими в очереди на жилье. А значит, ни о каких государственных нуждах не идет и речи», – отметил он.
Кроме того, проведенная комиссией экспертиза нашла в постановлениях нарушение Жилищного кодекса, запрещающего предоставлять семье с разнополыми членами однокомнатные квартиры, и нарушение Земельного кодекса, который запрещает изымать землю у собственников под жилищное строительство.
«Пока мы не выслушаем представителей правительства Москвы, ситуация с Бутово будет оставаться непонятной», – заключил Резник.
Ожидается, что московские власти в лице вице-мэра Владимира Ресина смогут ответить на вопросы членов Общественной палаты уже завтра, когда комиссия вновь соберется на заседание по проблеме переселения жителей из Южного Бутова.
Еще один факт
Как неоднократно заявлялось жителями Южного Бутова, они не были письменно уведомлены о предстоящей процедуре |
На территории Москвы сегодня находится 37 (включая Бутово) деревень, которые определены под снос, и 29 «с частично сохраняемыми строениями». Пока правоприменительная практика в одном субъекте Федерации противоречит федеральному законодательству, нельзя говорить о единых принципах оборота земель в стране.
Политика же московского правительства такова, что почти вся земля, не принадлежащая государству, находится в аренде. «При дефиците участков под строительство и высоком спросе на недвижимость московским чиновникам жизненно важно сохранять ситуацию, когда арендатора в любой момент можно выселить с его участка, если есть возможность использовать его с большей выгодой», – сказал газете ВЗГЛЯД Геннадий Чуркин.
Изъять же землю у владельца совсем непросто. Земельный кодекс четко ограничивает перечень случаев, когда такое изъятие возможно. Более того, должен существовать кадастр. «Бутовская» или какая-либо другая земля должны быть занесены в кадастр. «Еще один факт в этом деле – то, что ни семья Прокофьевых, ни семья Поповых не являются собственниками земли. Им попросту не дали приватизировать свою землю», – отметил Чуркин.
Жители Южного Бутова, противостоящие сносу собственных домов, в обращениях к федеральным властям обращают внимание на то, что с 1991 года местные чиновники препятствовали попыткам приватизировать землю, на которой стоят их дома. Даже решение Верховного суда не поколебало чиновников и не помогло вступить в права собственности.
«Противоречия федерального и московского законодательства приводят к нестабильности московского рынка недвижимости. Отсутствие реально действующих механизмов приватизации земли создает основания для коррупционных злоупотреблений при проведении аукционов. События в Южном Бутове показывают, что такие понятия, как «владение» и «бессрочное пользование недвижимостью», подтвержденные решением Верховного суда, фактически не являются гарантией от выселения», – подчеркнул Геннадий Чуркин.