Ситуация, в которой оказалась сейчас Польша – это прекрасный пример того, что не самая бестолковая по современным меркам и экономически вполне успешная страна может легко оказаться во внешнеполитическом тупике просто в силу узости внешнеполитического мышления.
Результатом оказалась стратегия, полностью выстроенная вокруг борьбы с Россией, которую в Варшаве назначили «идеальным» противником. И подчинили цели навредить Москве любыми способами все остальное в своей внешнеполитической деятельности.
Все остальное – это в первую очередь сотрудничество с киевским режимом, по поводу природы которого в самой Польше вряд ли кто-то испытывает иллюзии. Польские политики всех мастей прекрасно знают, с кем имеют дело в Киеве, да и по поводу своих украинских соседей в целом также имеют вполне сложившееся исторически негативное мнение.
Однако за последние годы именно Варшава взяла на себя роль главного проводника и адвоката интересов киевских властей в Европе, поставляла на Украину вооружения в немыслимых количествах и превратила свою территорию в основной хаб для всех западных поставок оружия.
Одновременно польские власти сделали все, чтобы разрушить любые возможные каналы диалога с Москвой и Минском, создали себе образ совершенно непримиримого противника России даже на общем фоне стран Запада. Иными словами, из всех стран, имеющих хоть какое-то значение в европейских делах, именно польские политики выбрали самый радикальный вариант поведения в возникшем военно-политическом кризисе.
Повторим, нет оснований думать, что в Варшаве кто-нибудь всерьез видел в украинском режиме надежного партнера, от которого можно ожидать элементарной благодарности за все благодеяния. Будучи знакомым с несколькими польскими дипломатами и экспертами, можно совершенно спокойно утверждать – отношение к Киеву, да и народу Украины в целом, в польской элите всегда было презрительно-негативным.
Такой взгляд там сформировался за несколько столетий взаимодействия при разных исторических обстоятельствах и является частью польского внешнеполитического мышления. Имеющей, признаем, под собой убедительные основания.
Но даже отдавая себе отчет в том, с кем они имеют дело, поляки продолжали годами вкладываться в украинский проект. И буквально убеждали себя в мысли, что Украина может стать для Польши мощным инструментом сдерживания России и нанесения ей всяческого вреда. Оставаясь при этом вполне управляемой и даже внимательной к запросам со стороны Варшавы. Также в Польше, видимо, думали, что кто-то на Украине воюет с Россией за «европейский выбор», и Киев, стремясь в НАТО и Евросоюз, окажется более покладистым. Оба предположения также весьма далеки от действительности.
Иными словами, поляки вообразили себе совершенно невозможный сценарий отношений с Киевом и действовали на основании созданной ими самими химеры вместо стратегии. В результате вся польская внешняя политика оказалась иллюзией, над которой теперь смеется вся Европа. И, что еще более трагично для поляков, достойного выхода из возникшей ситуации у них не просматривается.
Почему это произошло? Главная причина – зацикленность польской внешней политики на России как единственном, что Варшаву вообще в мире интересует. Эта одержимость имеет исторические корни и вполне реальные практические причины. Во-первых, Россия для Польши – это источник страхов, причина совершенно невообразимых по масштабу комплексов и объект невероятной зависти.
Сначала Москва лишила Варшаву шансов на то, чтобы стать лидером славянского мира, а затем вообще на время покончила с польской государственностью. Формирование современной польской культуры и гуманитарных наук произошло в эпоху, когда главным содержанием общественной жизни была борьба против доминирования Российской империи и СССР.
По сути, именно противостояние России сформировало современную польскую идентичность, не оставив политической элите шансов видеть мир хотя бы немного шире, чем через призму борьбы с великим соседом на востоке. В результате мы получили сознание не самой маленькой европейской нации, в котором нет места ничему, кроме одной внешнеполитической идеи.
Олицетворением этой драмы стал американский политический мыслитель польского происхождения Збигнев Бжезинский. Он за свою жизнь написал целый ряд довольно ярких работ по международным отношениям, но они были бы интересными в том случае, если бы все там не было подчинено российской теме.
Во-вторых, после того как Польша по завершении холодной войны стала частью западного мира, она оказалась лишена возможности проявить себя на любом из возможных направлений, кроме российского. Традиционные страх и ненависть по отношению к Германии оказались помещены в тесные рамки НАТО и Евросоюза.
Понятно, что реализуемые сейчас поляками планы в области вооружений имеют потенциально и антигерманскую направленность. Также они связаны с желанием сделать себя самым важным союзником США в Европе на фоне слабеющих Британии и Франции. Но в целом в среднесрочной перспективе руки Варшавы на западном направлении связаны, в том числе американскими интересами пока сохранять НАТО и Евросоюз.
Остается Россия, а поляки и рады – они все равно за пару столетий научили себя ни о чем другом, кроме нашей страны, не думать. Сейчас происходит столкновение с реальностью – киевские правители ведут себя в отношении своих покровителей именно так, как от них можно было ожидать, – публично оскорбляют и отправляют полученные от Варшавы награды почтовыми бандеролями.
Нет, впрочем, особых сомнений в том, что наблюдаемый нами публичный конфликт не станет поводом для военного столкновения Польши и Украины или даже их сравнительно полноценного политического противостояния. Более того, все произошедшее не приведет даже к заметному сокращению польской поддержки киевского режима.
Мы уже видим, что кризис в отношениях с Киевом сейчас преподносится как результат внутреннего раскола в самой Польше и проявление борьбы внутри ее правящей элиты. А это значит, что виноваты в возникшей дипломатической коллизии не воспевающие военных преступников киевские правители, а сами поляки. И весьма вероятно, что после нескольких раундов политических дебатов всю эту историю попытаются просто замять. В том числе для того, чтобы не разрушать иллюзию о существовании у Варшавы внешнеполитической стратегии.
В Киеве, кстати говоря, это тоже прекрасно понимают и совершенно не думают идти на уступки: поляки сами загнали себя в угол, вот и пусть знают свое место. Ведь иного выбора, кроме как продолжать поддерживать того, кто наносит России вред, пусть он даже будет буквально плевать на все для поляков святое, у Варшавы нет.
Более того, поскольку Польша не может создать иной, кроме антироссийской, внешней политики, она неизбежно сама становится орудием в осуществлении чужих интересов. Только теперь уже не только американских или британских, но даже от киевского режима, полностью зависимого от внешней подпитки.
При этом сейчас Польша – это единственная крупная страна Европы, валовый внутренний продукт которой показывает достаточно уверенный рост порядка 3,3-3,6% в год. Вот и сидела бы спокойно, а не бросалась выстраивать сложные геополитические комбинации, из которых все равно ничего толкового не выходит.
Но это, к сожалению, совершенно нереально – ведь у сравнительно крупной страны должна быть внешняя политика. А значит, Варшава и дальше продолжит хождение по порочному кругу, вырваться из которого она не способна.