22 марта в Словении состоятся парламентские выборы. Интерес к ним в России сводится почти к нулю – и совершенно напрасно.
Словения не так часто попадает в наше информационное пространство, а потому необходимо обратиться к истории ее отношений с Россией. Начало русско-словенских связей относится примерно к концу XVIII века, когда словенские земли были частью Австрийской империи. Словенские деятели видели в России силу, способную тем или иным путем заставить австрийских немцев (и отчасти венгров и итальянцев) обозначить для небольшого славянского народа территориальную автономию.
Однако слишком плотными русско-словенские связи никогда не были. Этот народ за годы пребывания в составе империи Габсбургов сильно онемечился. Наиболее близкими к себе этносами словенцы считают чехов и словаков. Свою внешнюю политику они координируют прежде всего с Австрией и Чехией. Словенцы не стесняются своего славянства, но почитают Кирилла и Мефодия как католических святых. Принадлежность к Евросоюзу и НАТО кажется им совершенно естественной.
Противоречий относительно трактовки итогов Второй мировой войны у России и Словении нет. Все попытки обелить коллаборантов словенцы отмели. Памятники погибшим советским воинам (и русским воинам в годы Первой мировой войны) содержатся в надлежащем состоянии. Образ Российской империи подается в местных учебниках как «сдержанно отрицательный», не отличающийся повышенной русофобской эмоциональностью. Примерно средний по Европе. Пребывание в составе Югославии оценивается неоднозначно, но не из разряда «всё было плохо».
В бывшей Югославии к России часто относятся как к «покровительнице Сербии». О Словении так сказать нельзя. Вероятно, дело в том, что в отличие от соседней Хорватии, словенцы никогда не делили с сербами территорию. Большое количество сербов в Словении тоже не проживало. Словения, конечно, признаёт независимость Косово, ей не нравится нежелание Сербии присоединяться к антироссийским санкциям. Однако делается это не из «глубинной сербофобии», которой у словенцев нет, а из желания следовать линии ЕС и НАТО.
При оценке Словении стоит учитывать одну вещь. Это – не Балканы. Словенцы, в отличие от других жителей Югославии, никогда не были под властью Османской империи. Страна и в плане политики, и в плане общего менталитета скорее напоминает Чехию. Словенский язык – нечто среднее между сербским и чешским, с большим числом немецких и итальянских слов. По уровню жизни два славянских государства находятся рядом, заметно уступая соседней Австрии и превосходя прочие бывшие социалистические страны.
Небольшая страна имеет хорошо известные и в России торговые марки – например, производителя бытовой техники Gorenje или фармацевтическую компанию Krka. Словенцы выпускают качественные автомобильные аккумуляторы, химическую продукцию, обувь. По меркам Евросоюза ее можно считать средней страной, а по мировым – вполне себе развитой. И то обстоятельство, что словенцы не ходят в Брюссель с «протянутой рукой», создает им образ страны, которую можно привлекать к выработке общей политики ЕС на ряде направлений.
Если посмотреть на географию внешней политики Словении, то она весьма разнообразна. Страна участвует в том числе и во множестве проектов Евросоюза в Африке. Однако главных направлений два – Балканы и постсоветское пространство. Евросоюз и НАТО видят в Словении своего рода мост между собой и рядом славянских стран, которые бы очень хотелось включить в западную орбиту. И в первую очередь речь идет о Сербии, Черногории, Украине и Белоруссии.
На Балканах Словения выступает в роли того, кто (наряду с Чехией и Австрией) пытается заставить Сербию признать Косово и отойти от тесных связей с Россией. От имени ЕС и НАТО словенские чиновники и евродепутаты давят на Республику Сербскую в Боснии и Герцеговине, требуя от нее разорвать отношения с Россией и не мешать Боснии вступать в Североатлантический альянс. В Словении работает до 50 тыс. сербов, словенцы активны и в «промывке мозгов» сербов по линии многочисленных западных НКО.
На постсоветском пространстве Словения деятельно трудится на ниве раскачки Белоруссии по линии программы ЕС «Восточное партнерство». Белорусские оппозиционеры стали частыми гостями правительственных кабинетов в Любляне. Словенцы вносят свою лепту в военную и дипломатическую поддержку Украины. Бывший премьер страны Янез Янша в числе первых западных политиков посетил Киев после начала СВО. А действующий глава правительства Роберт Голоб побывал там 24 февраля 2022-го.
Что касается отношений России и Словении, то они до 2022 года были достаточно плотными. Словенцы участвовали в российских газовых проектах в Европе вроде «Южного потока» и «Турецкого потока». Владимир Путин в 2016 году посещал эту страну с визитом, а бывший тогда словенским президентом Борут Пахор до 2022 года приезжал в Россию примерно раз в два года. Бывали у нас и упомянутый выше Янша, и двое других словенских премьеров – Аленка Братушек и Мирослав Церар. Особой любви к России никто из них не выражал – но и жесткой русофобией не отличался.
Тем не менее в стратегии внешней политики Словении от 2015 года сказано: «Нужно ввести Россию в круг общеевропейских ценностей на основе полного уважения суверенитета и территориальной целостности всех стран постсоветского пространства… Словения будет прилагать долгосрочные усилия на этом направлении, что позволят Словении увеличить ее вес в Европе».
Сегодня словенцы занимают весьма важные должности в руководстве ЕС. Бывший президент Пахор является спецпредставителем ЕС по Балканам, задача которого – свести к минимуму влияние России в регионе. Кроме того, еврокомиссаром ЕС по расширению, политике соседства и восстановлению Украины сегодня служит словенка Марта Кос. Одно название должности говорит о том, что ей поручили чувствительное для России направление политики Евросоюза. Именно она курирует дипломатическую поддержку Украины, отвечает за контакты с белорусской оппозицией и от имени ЕС давит на Сербию.
Смена власти после выборов вряд ли изменит подходы словенских элит к России. Разницы между отношением к Москве Голоба и готового вернуться к власти Янши нет – оно примерно среднее по Европе. А вот в коалицию с Яншей могут войти две-три либеральные и консервативные проевропейские силы, которые относятся к нашей стране предельно плохо.
Так что недооценивать значение выборов в этой двухмиллионной стране не стоит. Это своего рода «славянское копье» Евросоюза и НАТО, работающее на наиболее чувствительных для нас направлениях.