Мнения

Глеб Простаков
бизнес-аналитик

Европа – на скамейке запасных партнеров России

9 февраля 2026, 08:40

Фото: PATRICK SEEGER/EPA/ТАСС

На фоне напряженных отношений с Америкой Трампа, в Европе предсказуемо задумались о контактах с Москвой. Формируется своеобразная «коалиция нерешительных», которая уже не верит в военный разгром России, но еще не готова самостоятельно выстраивать с ней диалог. Но так или иначе, Москва в их глазах снова превращается из «табу» в неизбежный фактор, с которым нужно иметь дело.

Первым в конце декабря прошлого года о контактах с Россией заговорил Макрон. На фоне колоссального кризиса легитимности (за последние два года во Франции сменилось пять премьеров) Макрон ищет ее на внешнем контуре. И не найдя поддержки в лице Трампа, который откровенно высмеивает француза, вдруг развернулся лицом к Москве. Встреча, необходимость в которой была обозначена словами «как можно скорее», готовится вот уже третий месяц. Несмотря на то, что Кремль в целом положительно воспринял возможность таких контактов, содержательной повестки для них, вероятно, еще нет.

Вслед за Макроном подтянулся вице-премьер Италии Сальвини, за ним неожиданно комплиментарно заговорил о России и канцлер Германии Мерц. Все эти заявления уже породили раскол в ЕС (хотя куда уж больше). Видны две линии этого раскола. Первая – между евробюрократией и национальными лидерами. Еврокомиссия, брюссельская машина процедур и согласований, понимает, что любой самостоятельный звонок в Москву разрушает ее монополию на внешнеполитическую повестку. Отсюда мантра про «единый план», «стратегию» и «предварительное согласование целей».

Вторая линия раскола – между самими странами ЕС. Одни по инерции держатся за глобалистскую связку и дисциплину прежней эпохи: Швеция, Финляндия, прибалтийские государства и ряд других игроков вложили слишком много политического капитала в жесткую линию. Стокгольм и Хельсинки даже в НАТО вступили, вынудив Россию наращивать военные мускулы там, где раньше в этом не было необходимости. Позиция таких стран понятна: диалог с Москвой – почти предательство, контакт – «неверный сигнал», любое смягчение – уступка.

Другие – Франция, Италия, часть немецкого истеблишмента, а также государства, для которых экономика и социальная устойчивость важнее символических жестов, – начинают искать окно возможностей. И дело не в гуманизме: это логика выживания в эпоху, когда американский зонтик безопасности накрылся медным тазом.

В основе всей этой суеты – ожидание крупной российско-американской сделки, где Европе отведена роль реципиента новых правил игры. И тут включается чистая конкуренция: кто первым «добежит до Путина», тот имеет шанс получить свой кусок пирога. Кое-какие аргументы и ценность у Европы еще остались.

Во-первых, на столе лежит вопрос российских замороженных активов. В сценариях будущего урегулирования эти деньги могут стать ресурсом: на восстановление отдельных территорий бывшей Украины, на инфраструктурные проекты, на конфигурации, где российско-американские договоренности потребуют европейской юридической подписи или хотя бы невмешательства.

Во-вторых, Европа остается потенциальным рынком для российских нефти и газа – даже если это сегодня произносится шепотом. Восстановление части поставок – при посредничестве или участии США или без него – может стать для ряда стран способом снизить цены, стабилизировать промышленность и вернуть конкурентоспособность. А для Москвы – шанс вернуть рынок сбыта и снизить чрезмерную зависимость от Китая и Индии.

Но любая попытка коммуникации с Москвой становится не просто внешнеполитическим маневром, а очевидным выпадом не только против ЕС, как проглобалистской бюрократической структуры, но и против Британии. Поэтому Европа раскалывается еще и по вопросу: кто на континенте определяет правила игры – Лондон, который хочет продолжать подготовку к войне с Россией, или европейские столицы, которые устали платить за чужую стратегию?

Показательно, что даже внутри Германии – страны, которая могла бы стать мотором прагматического разворота, – риторика бинарна. С одной стороны, звучат фразы о необходимости «найти баланс» с крупнейшим европейским соседом. С другой – официальные заявления о скепсисе, о «максималистских требованиях» Москвы и о намерении наращивать цену конфронтации «неделя за неделей». Берлин одновременно хочет вернуть себе роль центра Европы и боится быть обвиненным в «сдаче линии». Поэтому Германия, как и всегда в переломные моменты, будет искать коалицию и прикрытие.

И вот здесь вступает в действие еще один европейский закон: ходить в Москву поодиночке не принято – за «самодеятельность» может прилететь. Берлин присматривается к Риму, пробует формировать новые контуры силы, где итальянский прагматизм и немецкая тяжеловесность могут дать европейскому развороту легитимность. Рим, в свою очередь, видит шанс поднять свою политическую цену: стать не вторым эшелоном, а соавтором новой архитектуры.

Не добежать до конца марафона рискует Франция. Макрон мечется между двумя ролями: уговорить Трампа вернуться на путь жесткого противостояния Москве или, если это невозможно, попытаться самому открыть канал с Кремлем так, чтобы Франция получила максимальную выгоду и минимальную порцию обвинений. Отсюда заявления о «как можно скорейшем разговоре» и параллельные обещания «усилить давление». Париж хочет оказаться в любом исходе в числе тех, кто «участвовал».

Что делать России в этой европейской суматохе? Европейские метания стоит использовать как окно возможностей: вернуть рынки сбыта, перезапустить там, где можно, экономические цепочки, закрыть технологические дыры через легальные форматы сотрудничества и конкуренции. Любая монозависимость – будь то европейская или азиатская – превращается в уязвимость.

Но даже если часть контактов восстановится, смотреть на Европу как на главного партнера, как раньше, Россия уже не сможет. В будущей конфигурации Европа может быть партнером – но партнером на запасных путях: полезным, когда совпадают интересы, и необязательным, когда интересы расходятся.

Вам может быть интересно

Эксперт: Атака в Финском заливе ставит вопрос о военном конвое судов
Темы дня

Как многополярность приносит России торговые выгоды

Ставший главным событием минувшей недели саммит АТЭС в Шэньчжэне имел глобальное значение не только для трех сверхдержав. Страны меньшего веса искали возможность лавировать между Китаем, США и Россией. Чего они в итоге добились и какое значение это имеет в том числе для Москвы?

Украина покусилась на нейтралитет Молдавии

Киев начал лишать Молдавию военного нейтралитета – Кишинев в первом чтении ратифицировал соглашение о военно-техническом сотрудничестве с Украиной. Оппозиция считает, что подобная кооперация с воюющим государством фактически втягивает нейтральную по Конституции Молдавию в конфликт. В чем здесь прагматичный интерес самого Киева и может ли Кишинев сохранить свой мирный статус?

Трамп подписал фотографию с Путиным «Мой друг»

Разрыв в мощи США и Китая сократился до рекордного минимума

Эксперт объяснила различие подхода к российским атлетам в разных видах спорта

Новости

Литва открестилась от причастности к атакам дронов ВСУ на Россию

Литва не причастна к атакам украинских беспилотников на Россию, заявил министр иностранных дел Литвы Кястутис Будрис.

ФРГ изменила план переброски войск в Литву из-за России

Бундесвер перебросит танки для участия в учениях в Литве по железной дороге вместо проезда через территорию Польши, чтобы не провоцировать Россию.

Группировка «Север» взяла под контроль харьковский Сосновый Бор

Штурмовые подразделения группировки российских войск «Север» в ходе боев взяли под контроль село Сосновый Бор Волчанского района в Харьковской области.

Армия России уничтожила пусковую установку комплекса «Нептун»

Вооруженные силы Российской Федерации установили контроль над населенным пунктом Сосновый Бор в Харьковской области, сообщило Министерство обороны.

Московский школьник стал абсолютным чемпионом «Пилотов будущего»

В Москве завершился третий сезон Всероссийского чемпионата «Пилоты будущего»: абсолютным победителем турнира, объединившего 56 тыс. участников по всей стране, стал москвич Александр Смирнов.

Лавров счел неадекватными министров обороны Британии и ФРГ

Глава МИД России Сергей Лавров заявил, что министры обороны Германии и Великобритании Борис Писториус и Уэс Стритинг находятся в неадекватном состоянии.

Мелони отчитала Киев за сайт «Миротворец»

Премьер-министр Италии Джорджа Мелони высказала главе киевского режима Владимиру Зеленскому недовольство из-за включения итальянских граждан в базу украинского экстремистского сайта «Миротворец».

Британский пловец переплыл Ормузский пролив

Британский марафонец-пловец Льюис Пью за три дня преодолел около 15 км в Ормузском проливе, чтобы привлечь внимание к экологическому ущербу, который война с Ираном наносит морским экосистемам региона.

Экс-премьер Британии Мэй призвала Бернема забыть о возвращении в ЕС

Бывший премьер-министр Великобритании Тереза Мэй призвала действующего главу правительства Энди Бернема отказаться от попыток вернуть страну в состав Европейского союза и признать результаты референдума о выходе.

Климатические модели годами завышали эффективность улавливания углерода

Журналисты-расследователи ProPublica выяснили, что ведущие климатические модели, на которых строится мировая политика по борьбе с потеплением, десятилетиями опираются на необоснованно оптимистичные допущения об улавливании и хранении углерода.

В НАТО признали зависимость западных армий от частных технологий

Военные руководители и эксперты стран НАТО на конференции в Турции обсудили проблему зависимости современных армий от частных технологий и систем искусственного интеллекта.

Джеймс Бонд отказался от часов Omega

Поклонники Джеймса Бонда заподозрили, что суперагент в новом фильме променяет свои традиционные часы Omega на хронометр от бренда Jaeger-LeCoultre, пишет The Wall Street Journal.
Мнения

Марина Хакимова-Гатцемайер: Россия довоевывает с немцами Великую Отечественную

Победа в Великой Отечественной войне – важнейшая часть нашей истории, нашего мировоззрения, нашего культурного кода. Но Победа – это не только освобожденные земли, народы, не только торжество оружия, гордость и память. Это и то, что происходит с героями впоследствии.

Тимофей Бордачёв: В Шэньчжэне закончился «европейский мир». И это ставит новые вопросы

19 ноября 2026 года в Шэньчжэне история вынесла Европе свой окончательный приговор. Саммит России, Китая и США вычеркнул из мировой политики прямых наследников тех, кто более 500 лет всем распоряжался.

Анна Долгарева: Разницы между участником войны и ее свидетелем – все меньше

И где же сейчас отстраненность и беспристрастность, которая мне когда-то представлялась неотъемлемым свойством корреспондента? Куда она делась, как растаяла? Когда украинцы стали убивать журналистов, открыто признаваясь, что считают нас законной военной целью?
Вопрос дня

Как были обретены мощи святого князя Дмитрия Донского