Первоначальная эйфория, с которой мир приветствовал Дональда Трампа как восстановителя традиционных ценностей, постепенно проходит. Разумеется, хорошо, что в Америке вновь, как в старые добрые времена, люди делятся лишь на два гендера. Хорошо, что уходит в прошлое – хотя надолго ли? – диктатура агрессивных меньшинств.
Однако бесцеремонные манеры нового-старого президента, так напоминающие карикатурное представление об американском империалисте – дяде Сэме, заставляют задуматься: а точно ли традиционные ценности, которые отстаивает Трамп, совпадают с теми российскими традиционными ценностями, которые наше государство утверждает как во внутренней жизни страны, так и в наших отношениях с миром?
Это достаточно просто проверить, ведь традиционных ценностей у нас всего 17, запутаться в них сложно. Итак, как же выглядит Дональд Трамп в зеркале российских ценностей? Довольно неоднозначно.
Скажем, такая ценность, как «патриотизм» – сильная сторона Трампа. Он, без сомнения, пламенный патриот своей страны – США. Поставим мы ему зачет и по «гражданственности». «Созидательный труд»? Да, пожалуй, это значимая ценность для человека, который стремится вернуть в свою страну производства реального сектора экономики, создать как можно больше рабочих мест.
А вот как насчет «высоких нравственных идеалов»? Можно ли считать образцом нравственности человека, у которого был роман с порноактрисой и который распорядился выплатить ей большую сумму денег за молчание? Думаю, что нравственность – не самая сильная сторона американского президента.
Далее следует «приоритет духовного над материальным». Эта ценность, боюсь, непонятна не только Трампу, но и вообще любому американскому политику. Несмотря на обилие религиозной риторики в тамошнем политическом обороте, Америка – прежде всего страна материального, за счет этого она поднялась на вершину и в этом качестве она была привлекательна для мира. Тогда как Россия, напротив, известна своим уважением к подвигам духа.
Наконец, обратим внимание на «справедливость», «коллективизм», «взаимопомощь и взаимоуважение». Это также не те пункты, по которым мы сойдемся с Трампом. По сути, это левые, социалистические ценности. Тот принцип, который утверждают и американские правые, и такие их зарубежные союзники, как аргентинский полуфашист Милей – «человек человеку волк». Более того, и «народ народу волк», что хорошо показывает бесцеремонное отношение Трампа к соседним странам.
Но самый интересный вопрос, на мой взгляд, касается отношения новой вашингтонской администрации к такой ценности, как «гуманизм». Наша эпоха ставит перед нами острейшие вопросы о сущности человека, о значимости его личности, о том, сохранится ли человек в его нынешнем виде на фоне социальных и технологических новшеств.
Российские традиционные ценности направлены в том числе и против тенденции расчеловечивания, проявившейся на Западе. И Трамп в этой борьбе за человека вроде бы воспринимался как союзник. Однако его традиционализм идет в одном комплекте с прогрессизмом, который олицетворяет Илон Маск. И в условиях того дефицита ценностей, о котором я сказал выше, возникает подозрение, что и те гигантские государственные инвестиции, которые Трамп намерен вложить в продвижение искусственного интеллекта (ИИ), и те широкие полномочия, которые явно или неявно перетекут к технологическим корпорациям, которых уже называют «новыми феодалами», в конечном счете будут служить усилению контроля над личностью.
Складывается впечатление, что по отношению к проблеме человека Запад идет, пользуясь выражением Игоря Шафаревича, «двумя дорогами к одному обрыву». Леволиберальные силы стремятся изменить природу человека психофизиологическими методами (пропаганда смены пола, придумывание десятков гендеров вместо естественного представления о мужчине и женщине, социальный террор во имя прав меньшинств или борьбы с глобальным потеплением и т. п.). При этом автономия человека уничтожается за счет размывания идентичности и замены индивидуальности принадлежностью к группе.
В то же время западные правые (техноправые) подрывают человечность методами информационных технологий. Развитие ИИ в предлагаемых ими ценностных рамках ведет к тому, что каждый отдельный человек становится как бы нейроном единой сети глобального разума. Его сознание полностью подменяется тем, что ему предлагает ИИ, он становится неспособен к каким-либо самостоятельным решением, его поступки и предпочтения заранее предугаданы.
В общем, разница между теми и другими напоминает разницу между кнопочным и сенсорным управлением. При этом у правых, от которых по традиции ожидается некоторая кондовость, результат достигается даже тоньше. А поскольку в США всё еще «демократия», то раз в четыре или восемь лет есть возможность «менять руку», обрабатывая население то одним способом, то другим.
У нас в России тоже ругаются между собой левые и правые, «красные» и «белые», но от этой борьбы есть иное ощущение. Мне кажется, ни одна из этих сил не посягает на природу человека, а следовательно, любой подобный спор может оставаться в рамках человечности.
История прошлого века была благосклонна к США и безжалостна к России. На глобальных бедствиях, включая две мировые войны и распад СССР, США только наживались. В то же время на долю русского народа и других народов нашей страны выпало много потерь и страданий. Но это не значит, что мы только теряли. Мне кажется, этот опыт позволил нам и приобрести нечто важное.
Пройдя через Гражданскую войну и через Великую Отечественную, через коллективизацию и лагеря, через трагедию разрушения страны, и «красные», и «белые», и те наши соотечественники, которые никак не определяют себя в этом споре, научились – как никто другой в современном мире – ценить человечность. Все мы с разных позиций отстаиваем достоинство человека перед лицом угрозы расчеловечивания, под какой бы маской она ни скрывалась. И это представляется мне основой для нашего единства.