Еще недавно само по себе предположение о возможности пойти на территориальные уступки России рассматривалось на Украине как основание для возбуждения уголовного дела. Со временем, однако, потенциальных фигурантов таких дел развелось слишком много, причем заведомо недоступных для украинского «правосудия» – вроде экс-премьера Великобритании Бориса Джонсона.
В конце концов и сам Владимир Зеленский (лицо, считающее себя президентом Украины) заявил в интервью ВВС, что он готов к переговорам с российским руководством (правда, он это сам себе запретил своим же указом в 2022 году) и что необходимо вернуться к возвращению «оккупированных территорий» средствами дипломатии (что тождественно согласию на их временное сохранение в составе России).
Итак, 19 июля появляется интервью Зеленского, а уже 23 июля Киевский международный институт социологии (КМИС) публикует результаты опроса относительно условий мира, проведенного еще 20-25 июня. То есть данные опроса «мариновались» месяц. Почему это было сделано – из опасений негативной реакции со стороны СБУ или публикация подгонялась под выступление Зеленского, в общем-то, не так важно (есть убедительные аргументы против и первой, и второй версии).
КМИС можно смело назвать самой уважаемой социологической службой Украины, которая не только проводит опросы, но и занимается серьезной научной работой в сфере технологий их проведения. Однако именно сейчас оснований доверять его данным по понятным причинам нет – население страны находится под влиянием военной пропаганды, запугано, дезориентировано, мобилизация и эвакуация, отключения света искажают выборки и т. п. Собственно, в пресс-релизах КМИС честно указывается, что «в условиях войны, кроме указанной формальной погрешности (4,1%), добавляется определенное систематическое отклонение». Отклонение это касается смещения в сторону общественно одобряемой и безопасной «патриотической» позиции.
Однако даже несмотря на это смещение, КМИС констатирует, что общественное мнение меняется, причем в сторону не слишком выигрышную для киевских властей.
Выбирая из альтернатив, 32% опрошенных ответили, что «для скорейшего достижения мира и сохранения независимости Украина может отказаться от некоторых своих территорий», а 55% – «ни при каких обстоятельствах Украина не должна отказываться от своих территорий, даже если из-за этого война будет продолжаться дольше и будут угрозы сохранению независимости».
Учитывая характер систематического отклонения, можно предположить, что числа примерно такие, но наоборот – более половины, скорее всего, готовы были бы согласиться на отказ от территорий. Но, понятно, доказать это невозможно. Более того, как представляется, проведение референдума, который предлагал Виталий Кличко, не даст позитивного результата – если он имел в виду прекращение войны на заведомо не победных для Украины условиях.
Ну и самое главное, о чем действительно могут говорить социологи, это динамика – ведь вопрос этот задавался и раньше.
В мае 2022 года соотношение было 10% к 82%, то есть число готовых согласиться на отказ от части территорий выросло более чем в три раза. И рост начался с осени прошлого года, когда окончательно стало понятно, что разрекламированное контрнаступление на южном фланге провалилось. Так что этот результат в значительной степени – достижение украинской власти, давшей обещания, которые невозможно выполнить.
То, насколько сами социологи испугались полученных данных, видно из комментария исполнительного директора КМИС Антона Грушецкого: «Те, кто в целом готов к определенным уступкам, также хотят ограждения от России, действительно ненавидят ее и понимают экзистенциальность угрозы».
На самом деле, думается, сам Грушецкий отлично понимает, что это мнение людей – результат воздействия пропаганды. В соответствии с результатами другого исследования КМИС, 34% опрошенных считают, что целью России является геноцид и физическое уничтожение украинцев (мы с этой третью опрошенных еще столкнемся), а 26% – уничтожение украинской нации, ассимиляция и превращение украинцев в русских. Эти «цели», понятно, вымышлены антироссийской пропагандой, они никогда не ставились и ставиться не могли (но в этом месте надо передать пламенные приветы некоторым российским медийным персонам, отлично отрабатывающим повестку украинских ЦИПсО).
Кроме того, социологи в этом исследовании предприняли эксперимент, предложив респондентам три пакета договоренностей.
«Пакет № 1:
Россия сохраняет контроль над всеми оккупированными сейчас территориями.
Украина отказывается от вступления в НАТО.
Украина становится членом Европейского союза и получает от Запада всё необходимое финансирование для восстановления».
Собственно, это минимальный пакет российских требований, который рассматривается сейчас. Хотя, как мы понимаем, юридическая уступка территорий не обязательна, в основном потому, что новая российско-украинская граница вряд ли будет существовать долго.
Этот вариант считают приемлемым 38% опрошенных, неприемлемым – 54%.
«Пакет № 2:
Хотя Украина официально этого не признает, но Россия сохраняет контроль над оккупированными территориями Запорожской, Херсонской, Донецкой, Луганской областей и Крыма.
Украина становится членом НАТО и имеет подлинные гарантии безопасности.
Украина становится членом Европейского союза и получает от Запада всё необходимое финансирование для восстановления».
Как мы понимаем, этот вариант совершенно неприемлем для России, но главное – он абсурдный с точки зрения ожиданий Украины. С какой радости Запад будет финансировать восстановление Украины и брать на себя обязательства защищать Украину в рамках НАТО? Впрочем, для украинцев, привыкших к этим идеологемам, всё вроде бы в порядке.
Тут результаты предсказуемо лучше: 47% – за, 38% – против.
«Пакет № 3:
Хотя Украина официально этого не признает, но Россия сохраняет контроль над оккупированными территориями Донецкой и Луганской областей и Крыма.
Украина возвращает контроль над Запорожской и Херсонской областями в полных пределах.
Украина становится членом НАТО и имеет подлинные гарантии безопасности.
Украина становится членом Европейского союза и получает от Запада всё необходимое финансирование для восстановления».
Это тот вариант, который предложил Борис Джонсон. Тут поддержка 57%, но даже и в этом, предельно выгодном для Украины (и абсолютно нереалистичном), варианте 33% против.
Выводов тут два.
Во-первых, рост числа людей, готовых на уступки России, связан с очевидной усталостью – война продолжается третий год, обещанной победы на горизонте не видно, позиция Запада непоследовательная, доверие к власти падает, началась тотальная мобилизация…
Во-вторых, дальнейший рост таких настроений тормозится тем, что население Украины находится под сильнейшим информационно-психологическим давлением и не видит принципиальной разницы между продолжением войны до последнего украинца и миром на российских условиях.
Сейчас, впрочем, публикация таких данных способствует принятию украинским обществом самой по себе необходимости переговоров и неизбежности уступок. При достаточно гибкой позиции России настроения украинского общества будут меняться. Благо, у нас есть условно позитивный пример Грузии.