Американская разведка готовила СБУ к диверсиям на территории России с 2014 года, пишет «Нью-Йорк Таймс». Однако история сотрудничества ЦРУ с политическими украинцами началась раньше. Вооруженные нападения и шпионаж террористических организаций Украины являются продолжением стратегии, которая родилась еще в 1940-е, на холодной стадии Второй мировой.
Вторую половину 1940-х годов в историографии и СМИ принято называть «послевоенными годами». Правда, факты применения атомной бомбы недалеко от границ СССР, Фултонская речь Черчилля о борьбе с нашей страной, а также Меморандум о пересмотре методов вашингтонской пропаганды и сотрудничество разведки США с украинскими националистами заставляют сомневаться в таком подходе к истории ХХ века. Вторая мировая война продолжается.
В декабре 1947 года новоиспеченный Совет национальной безопасности США опубликовал Меморандум, который призвал пересмотреть информационную технологию борьбы с СССР. В частности, исполнительный секретарь СНБ констатировал, что советская пропаганда эффективнее американской. И предложил шаги по усилению влияния «на зарубежное мнение в направлении, благоприятном для интересов США», а именно: привлечь ресурсы армии, флота и ВВС; наделить ЦРУ особыми полномочиями для проведения тайных психологических операций, направленных на противодействие советской пропаганде.
К моменту выпуска Меморандума Вашингтон уже дал ЦРУ формальное право использовать украинских националистов в войне с СССР. Они уже тогда начали разлагать нашу страну изнутри.
Обновленный механизм «мягкой силы» был призван влиять на умы, продвигая разобщающие нашу страну нарративы (например, о деколонизации), а работа с эмигрировавшими радикалами подразумевала физическое и психологическое воздействие на советских граждан. Координационный комитет армии и флота США даже принял прикладной документ – «Использование беженцев из Советского Союза в национальных интересах США» (1947). Авторы в этом акте цинично отмечают, что можно использовать как ядро сопротивления более 700 тыс. эмигрантов из России, недовольных революцией 1917 года и подверженных антикоммунистической агитации во время немецкой оккупации.
Весь цинизм Запада заключается в том, что он даже не скрывает партнерства с радикалами – ни тогда, ни теперь.
Так, в публикации от 1998 года историк ЦРУ Кевин Раффнер делится данными, которые свидетельствуют, что американская разведка с апреля 1946 года вербовала украинских эмигрантов, проживающих в Германии.
Работали прежде всего с лидерами террористических организаций. Например, с главой Организации украинских националистов (ОУН*, организация признана террористической и запрещена в России) Николаем Лебедем. Как пишет историк ЦРУ, в ходе сотрудничества США закрывали глаза на стремление «борца за независимость Украины» Лебедя убивать людей по этническому признаку. Подобных лидеров националистических движений Запад считал чрезвычайно полезными. Штаты готовились к тому, что «будут испытывать острую потребность в тысячах этих эмигрантов в качестве пропагандистского персонала, групп дознания, оперативного и административного персонала, занимающегося саботажем и шпионажем» в СССР.
Отсюда, кстати, возникает риторический вопрос: какова вероятность, что хотя бы один из тысяч украинских и российских релокантов, сегодня нет-нет, да и не сотрудничает со спецслужбами США и прочих стран? То, что с ними сотрудничают и им подчиняются украинские власти, сомнений не вызывает.
С 1947 года украинских националистов учили использовать радиосвязь и шифровку (как сейчас тот же бундесвер и британцы учат ВСУ), а в сентябре 1949 года забросили во Львов, чтобы они установили контакты с УПА* (организация признана террористической и запрещена в России) и навели ужас на местных жителей. СССР последовательно ликвидировал диверсантов. Но, несмотря на потери украинцев, в США считали операцию удачной.
История повторилась в 1950 году – тогда Мюнхен стал плацдармом для работы еще и британских спецслужб: на территорию Украинской ССР они отправляли целые десанты, чтобы установить связь с местными подпольными националистическими движениями и проверить боеспособность Красной армии. Десанты гибли отряд за отрядом. Только через три года, ввиду низкой результативности, британцы решили приостановить операции. Как мы видим по действиям ублюдков в Белгородской области и «Крокус Сити» – методы не изменились.
Ответным шагом Москвы стал публичный запрос на выдачу в руки советского правосудия Степана Бандеры. У США возник выбор: либо усугубить отношения с другой сверхдержавой, которая к этому времени уже имела ядерное оружие, либо сохранить доверие украинских националистов. Выбрали второй вариант. Решили, что так выгоднее. Тогда украинские националисты оперативно среагировали на повестку: заявили, что являются польскими гражданами, и поэтому не могут быть репатриированы в СССР.
Вопрос о выдаче Бандеры был американцами заглушен, как недавно это случилось с темой передачи российскому правосудию бойца дивизии СС «Галичина» (организация признана террористической и запрещена в России) Гунько, которому в канадском парламенте аплодировал президент Украины.
При этом сами американцы, пишет историк ЦРУ, считали УПА террористической организацией. Первый директор ЦРУ Роско Хилленкоттер не отрицал, что многие эмигранты встали на сторону нацистов, но делали это, по его словам, не столько из-за «профашистской ориентации, сколько из-за сильных антисоветских предубеждений». Мотивация была в первую очередь националистической, и поддержка «немецкого дела» определялась именно этим.
Такая вот логика, построенная на правилах миропорядка: Запад поддерживает нацистов, но делает это, потому что нацисты действуют против России, поэтому они автоматически нацистами не являются. Логика, живущая вопреки здравому смыслу.
Именно на этой установке и строится история отношений США с украинскими националистами.
Диверсии, саботаж, радикализм – стандартные методы Запада в борьбе против нашей страны, которую в ходе холодной войны он использовал на полную катушку и продолжает использовать сейчас.
Вторая мировая продолжается.
* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ