1943 год прошел в новой для РККА обстановке. Силы противника были подорваны уже достаточно, чтобы Красная армия выдержала летнее наступление вермахта. На этот раз, не дожидаясь зимы, русские принялись наносить по немцам чувствительные и успешные удары, отвоевывая все большую и большую территорию.
Но не везде все шло одинаково хорошо. Наибольших успехов удалось достичь на территории Украины. Севернее, в Белоруссии, дела шли не так хорошо. Там, в лесах и болотах, немцам удалось выстроить крепкую оборону. РККА предпринимала одну наступательную операцию за другой, но Витебск и Могилев продолжали оставаться недостижимыми целями.
К 1944 году начало ощущаться истощение сил Советского Союза. 1943-й был победоносным. Но Красная армия теряла больше бойцов, чем могла себе позволить. Если бы 1944-й прошел в том же духе, о походе на Берлин можно было бы забыть – не позволили бы людские резервы. Европу заняли бы союзники, чей потенциал не был подорван смертельной и длительной сухопутной схваткой с Третьим рейхом. Политический расклад после войны оказался бы совсем другой – и СССР бы никогда не стал сверхдержавой.
Чтобы не допустить всего этого, требовался сильный комбинационный ход, который не просто отыграл бы у врага важную позицию, а перевернул всю доску со стоящими на ней фигурами.
И Белоруссия, где раньше случались только неудачи, парадоксальным образом предоставляла такое решение.
Оперативная внезапность
Логика немцев была проста. В 1943-м основные советские успехи получились на Украине. Там местность больше подходит для наступления, а не для обороны. В Белоруссии, напротив, леса и болота, где русские уже пробовали идти вперед, и у них не получилось. Значит, там, скорее всего, с обороной все будет в порядке.
Поэтому немцы собрали большую часть подвижных соединений на Украине. Танки и авиация, необходимые для контрударов, ждали наступления Красной армии именно там. Если бы Красная армия скрытно сосредоточила свои танки и авиацию в Белоруссии и нанесла бы идеальный удар именно там, то у нее создалось бы уникальное преимущество в маневренных частях в зоне наступательной операции. Это позволило бы окружить ни много ни мало всю группу армий «Центр», а не одну армию, как это было в Сталинграде.
Оставался вопрос – как именно добиться идеального удара? Решался он просто. До этого попытки наступления в Белоруссии были второстепенными – как по задействованным силам, так и по уровню командующих. Теперь же Ставка насыщала этот участок фронта техникой и отправляла туда лучших генералов. Операцию, получившую название «Багратион», реализовывали в том числе такие «звезды», как Жуков, Василевский и Рокоссовский.
Решение было смелым. Но благодаря этой смелости на начальном этапе операции удалось получить превосходство по танкам в два десятка раз, и в десять раз по самолетам. Еще более неустойчивым положение немцев делало принципиальное отсутствие у них стратегических резервов. Они уже выложили все карты на стол, и влиять на происходившее в Белоруссии могли, только ослабляя другие участки фронта.
Как по нотам
22 июня 1944 года отгремела разведка боем, а на следующий день началось большое наступление. Советские военачальники понимали ограниченную пропускную способность дорог среди лесов и болот и наносили сразу два главных удара. Так не только получалось продвигаться сразу на обоих флангах – РККА избегала столпотворения и проблем со снабжением на узких и немногочисленных дорогах Белоруссии.
Взлом германской обороны прошел успешно – сказалась тщательная подготовка на фоне усыпления прошлыми неудачами РККА бдительности немцев.
Первые же дни наступления принесли плоды. Была перерезана важнейшая железнодорожная линия между Витебском и Оршей. Разгромлена 3-я танковая армия вермахта – одна из четырех армий «Центра». В германском фронте образовалась огромная дыра – туда советское командование тут же бросило свою 5-ю танковую армию. Ее танкисты стремительно перерезали стратегически важное Минское шоссе, набросившись на беззащитные тыловые части врага. Счет автомашин и повозок, уничтоженных в этом избиении, шел на тысячи.
Немцы опомнились и 24 июня уже начали отправлять в Белоруссию дополнительные танки и самолеты. Но сделать это мгновенно было нельзя, а стремительное продвижение Красной армии постоянно меняло обстановку и создавало новые угрозы. 28 июня командовать группой армий «Центр» был назначен фельдмаршал Модель, которого Гитлер считал гением обороны.
Впрочем, палочки-выручалочки уже не работали – фронт был прорван, и стрелки советских ударов возводили вокруг германских частей стенки новых котлов. Теперь немцы оказались как будто бы в 1941 году, но на этот раз в другой роли. Их истощенные части кое-как прорывались из окружения, но вскоре попадали в новое – просто потому, что у русских уже было больше подвижных соединений. И они очень быстро двигались на запад.
Противник пытался противопоставить этому тактику фестунгов – «крепостей». Подходящие для обороны города занимались обреченным на окружение и уничтожение гарнизоном, который просто держал их до последнего, как перекресток дорог. Так немцы планировали затруднить снабжение советских войск, но в итоге этого оказалось недостаточно.
Не так сильно, как раньше, играл и другой козырь неприятеля – «Тигры» и «Пантеры». Красная армия уже была насыщена самоходками с мощными орудиями. Произошло и массовое перевооружение танкового парка – старые Т-34 с 76-миллиметровой пушкой получили новую башню и серьезное 85-миллиметровое орудие. Лоб «Тигра» теперь пробивался где-то метров с 800. И, главное, таких танков теперь было по-настоящему много – советские танкисты перестали бояться германского «зверинца».
Под ударами русских танков немцы отступали все дальше на запад. Но делать им это спокойно не давала советская авиация – она постоянно «висела» над колоннами и громила их, заход за заходом.
Наступательный порыв Красной армии иссяк в самом конце лета, 29 августа 1944 года. Советские части были истощены, техника требовала ремонта, было необходимо накопить запас снарядов, дождаться возвращения раненых из госпиталей. К этому моменту можно было сказать, что тот самый комбинационный ход Ставки завершился полным успехом. Безвозвратные потери противника превысили полмиллиона человек, а РККА прошла через всю Белоруссию и стояла уже на территории Польши.
Это было самое тяжелое военное поражение за всю историю Германии – так крепко немцев еще никто не бил.