По российскому информационному пространству прокатилась волна «наездов» на военкоров – группу журналистов и блогеров, освещающих СВО с места событий. И ведут ее не иноагенты, не сливные бачки украинских спецслужб и не пишущие на русском языке западные СМИ, а российские же политики, журналисты и эксперты. Их претензии сводятся к тому, что военкоры (которых презрительно называют «военкурами») не обладают достаточной квалификацией в военном деле, разгоняют панику, хайпуют на боевых действиях, дезинформируя общество. А значит, их нужно поставить под жесткий контроль.
В этих обвинениях есть доля правды. Военкоры (будем их так называть, хотя военкор – это журналистская профессия, а не самоназвание блогера, который вдруг решил поехать на передовую) действительно нередко публикуют непроверенные данные либо данные без необходимых пояснений. Например, в первой половине мая они разразились постами о массовом перемещении украинской техники в сторону Белгородской области, создав впечатление о готовящейся атаке на Белгород. Часто пишут гневные посты, тем самым, по мнению экспертов, в ходе боевых действий подрывая доверие к министерству обороны (которое у нас, напомним, одно, какое есть, и другого не будет) , при том, что в УК РФ есть статья 280.3 (дискредитация Вооруженных сил).
Однако этого недостаточно для того, чтобы начать репрессии в отношении военкоров. Выражаясь словами товарища Саахова, «все это так, все это, конечно, верно, да, бумага написана правильно – но это только с одной стороны». Другая сторона заключается в том, что военкоры выполняют важнейшую функцию в рамках информационной войны. А объективные и субъективные недостатки их работы являются, скорее, неизбежными издержками этой войны.
Так, например, поборникам теории «все должны слушать только официальную информацию» не стоит забывать о двух моментах. Во-первых, мы живем не во времена Великой Отечественной, где информационное пространство ограничивалось радио и газетами, подконтрольными партии. Где гражданин Советского Союза, которому было недостаточно официальной информации, не мог открыть какой-нибудь New York Times или даже Völkischer Beobachter (официальную газету правящей партии нацистской Германии) для того, чтобы получить дополнительную информацию – а сейчас вполне может. И будем честны – по уровню ведения инфовойны британцы и американцы превосходят нас. Поэтому если за дополнительной информацией россияне будут ходить туда, не удовлетворяясь лишь сводками министерства обороны, то в их головах будет формироваться западное понимание происходящего.
И вот тут крайне нужны военкоры, которые за 15 месяцев работы на передовой заработали доверие россиян и доносят до них оперативную, развернутую информацию о происходящем. Да, кому-то может не нравиться их информация – однако никто не может сомневаться в их патриотическом настрое. Так что лучше, если россияне за этой альтернативной информацией будут ходить к ним, чем на западные или тем паче украинские интернет-помойки.
Военкорам можно предъявить лишь одну претензию – отсутствие пояснительной части. Никто не мешает им не только постить какую-то новость (ту же историю об идущих в сторону Белгорода колоннах украинской техники), но и давать к ней пояснение. Например, о защищенности этого направления российской армией, о готовности отражать атаку и прочее. Эти дополнения займут у пишущего журналиста максимум минуту времени, однако сберегут огромное количество нервов у тех же жителей Белгородской области, которые все это читают.
Однако эта претензия не является каким-то основанием для того, чтобы военкоров жестко контролировать (что повлияет как минимум на оперативность их публикаций, не говоря уже о смысловой части – если ее согласовывать постоянно в официальных органах власти, то посты мало чем будут отличаться от пресс-релизов, выходящих поздно и слишком сухо). Да, военкоры в массе своей являются любителями в деле информационной войны – однако у нас нет пула чиновников-информационщиков, которые могут креативно, оперативно, развернуто писать о событиях СВО. А военкоры – есть.
Можно, конечно поэкспериментировать и потребовать от народа читать только официальные источники информации, ввести тотальную информационную цензуру и вообще свести всю информационную работу к одной трансляции из одного источника (как это сделано с украинским телевизором). Однако сторонники подобных экспериментов не должны забывать о том, что эта прокси-война с Западом на Украине для России носит экзистенциальный характер. На кону стоят выживание не только нашего государства, но и российского народа как единой цивилизационной наднациональной общности.
Так что, может быть, все-таки не стоит в такой ситуации заниматься экспериментами и пытаться изобрести велосипед? Не проще ли точечно исправить недостатки работы военкоров, после чего поблагодарить их за энтузиазм и работу во имя нашей общей победы, одной на всех?