Заголовки как ближневосточных, так и мировых СМИ пестрят очередным политическим кризисом в Ираке. Хотя на самом деле кризис в колыбели цивилизаций носит перманентный характер с момента интервенции 2003 года коалиционных сил во главе с Вашингтоном и свержения режима Саддама Хусейна.
Прежде чем говорить о постоянных проблемах, вызванных «проклятием Дядюшки Сэма», попробуем разобраться в текущей фазе дестабилизации политической системы Ирака. Политический кризис разразился с момента начала протестов еще в октябре 2019 года, когда высокий уровень коррупции, безработицы и рост цен на продовольственные и потребительские товары заполнил улицы Багдада и других крупных городов страны десятками тысяч демонстрантов. Манифестанты требовали перемен, которые привели бы к росту их благосостояния и стабилизации страны, которая является четвертой в мире по доказанным запасам нефти.
Многомесячные митинги привели к тому, что были назначены досрочные парламентские выборы на октябрь 2021 года. В результате которых политические силы, которые считаются аффилированными с соседней Исламской Республикой Иран, потерпели поражение, а победителем электоральных процессов стал шиитский политический деятель Муктада ас-Садр. Альянс проиранских политических партий «Координационная структура» во главе с бывшим премьером-министром Нури аль-Малики не признал итоги выборов, а сам ас-Садр и его сторонники в попытках сформировать коалиционное большинство с курдскими и суннитскими партиями потерпели неудачу, тогда он призвал своих сторонников сложить полномочия.
Право формирования нового правительства перешло к оппозиционной ас-Садру «Координационной структуре», которая хотела назначить нового премьер-министра, но садристы не могли этого допустить и вошли в «зеленую зону» Багдада с целью захватить парламент. Около недели длился демарш, который закончился призывом ас-Садра к своим сторонникам немедленно покинуть «зеленую зону» и прекратить митинги. Все это не стало неожиданностью для тех, кто знаком с политической ситуацией в Ираке, ведь садристы еще в 2016 и 2018 годах проводили аналогичные акции протеста.
Ас-Садр за последние годы очень сильно укрепил свой политический авторитет среди простых иракцев, которые подустали от консоциональной демократии (системы, ориентированной на интересы национальных меньшинств), лежащей в основе иракской политической модели. Муктада ас-Садр известен тем, что он против как западного, так и иранского влияния на политические процессы в Ираке. Ему симпатизирует иракская улица, которая сильно раздражена этноконфессиональным противостоянием в стране, активизировавшимся еще больше после интервенции коалиционных войск в 2003 году.
Этой популярности среди иракцев ас-Садру оказалось недостаточно, чтобы повлиять на политический процесс в стране. Так, 29 августа духовный наставник садристов – марджаа Кадхим аль-Хаери, на которого ориентировался еще отец ас-Садра, заявил о том, что складывает с себя полномочия по состоянию здоровья и призывает ориентироваться на духовного лидера Ирана аятоллу Али Хаменеи и его учение. Отметим, что подобная ситуация является прецедентом, так как марджаа за тринадцать столетий существования шиитского ислама традиционно оставались в своем звании до своей кончины.
Уход аль-Хаери принес определенные издержки для ас-Садра и показал наглядно силу иранского влияния на политические процессы в Ираке. Однако на урегулирование данной фазы политического кризиса в стране в значительной степени повиляло негласное вмешательство одного из авторитетнейших деятелей современного Ирака – духовного лидера шиитов арабского мира 92-летнего Али ас-Систани, который всегда служил неким стабилизатором сложных взаимоотношений шиитской политической элиты страны. В этот раз он долго сохранял молчание, но после первых жертв среди мирного населения и осознания того, что страна находится на грани очередной гражданской войны, ас-Систани дал ас-Садру понять, что вина за возможное кровопролитие будет лежать на нем. Таким образом, очередная кризисная волна в стране спала, но проблемы, спровоцировавшие ее, так и не решены, что не исключает повторения еще более ожесточенных столкновений между различными политическими силами в Ираке.
Довольно интересно было наблюдать и за реакцией на очередной иракский кризис со стороны США, которой, впрочем, и не было, если не рассматривать заявления официальных лиц, призывающие все стороны конфликта к мирному урегулированию посредством диалога. Еще до октябрьских выборов 2021 года США сократили присутствие своего дипломатического корпуса в Багдаде, а число американских военных в стране уменьшилось до 2500 человек. Понятно, что администрации Джо Байдена сейчас особо не до Ирака, ведь в Белом доме заняты мобилизацией Европы для противостояния с Россией, а также аккумулированием американских ресурсов для борьбы с растущим влиянием Китая.
Да и к тому же «проклятие Дядюшки Сэма» позволяет Вашингтону не беспокоиться о своих интересах в Ираке и получать гарантированную экономическую ренту от продажи иракской нефти и других ресурсов тем же самым европейцам втридорога. Ведь США не волнует то, кто будет сейчас у руля в Ираке – система, находящаяся в перманентном кризисе, все равно не позволит иракским политикам работать на благо иракского народа в ущерб американским интересам.
Наследие американцев для Ирака – это продолжающиеся политические и социально-экономические кризисы, которые не позволят стране стабилизироваться и начать ставить свои национальные интересы выше желаний «экспортеров демократии». Менее чем через год будет 20 лет с момента интервенции коалиционных войск во главе с США в Ирак. Как бы «прогрессивный Запад» ни уверял мир в том, что он приносит «демократию и свободу» в такие страны, как Ирак, Ливия, Афганистан и другие, факты налицо. «Проклятие» приходит быстро и ввергает страны в бесконечный хаос, страдания и потери для местных народов.
Современный Ирак демонстрирует нам «проклятие Дядюшки Сэма» ярче всех. Страна все ближе и ближе к катастрофе в виде гражданской войны, а возможностей избежать ее все меньше и меньше. При этом в Вашингтоне никак не беспокоятся о том, что причины всего этого заложены в американской политике по насаждению «демократии» – а вернее, навязыванию американских интересов, в данном случае нефтяных, которая уже несколько десятилетий терроризирует и разрушает целые страны и народы.