18 августа в ходе торгов на Московской бирже объем сделок с парой юань/российский рубль впервые в истории обошел объем торгов с долларом. До этого юань уверенно опередил по популярности евро.
Снижение спроса на доллар в России простимулировано ограниченным спросом на валюты недружественных государств ввиду взаимных финансовых ограничений со стороны США и России. Кроме того, до предела усложнены расчеты за импортные товары, торгуемые в долларах, в связи с чем профессиональные участники рынка и граждане, освоившие азы биржевой торговли, обратили свое внимание на альтернативные валюты, почетное место среди которых и занимает юань.
Растущую популярность юаня поддержали своими действиями и крупнейшие частные российские корпорации. «Русал», например, в начале августа первым эмитировал облигации в юане, на которые тут же обратили внимание держатели этой валюты – лучше небольшая доходность, чем никакой. Проблем с покупкой этой валюты на бирже нет, как и на ее перечисление контрагентам и обналичивание. А потому юань сочли неплохой альтернативой доллару и евро. Примеру «Русала» последовал «Полюс», чьи юаневые облигации начнут торговаться в конце августа. Вероятно, за первопроходцами в ближайшем будущем последуют и другие крупные заемщики.
И все же, несмотря на растущую популярность юаня, говорить о стремительной дедолларизации финансовой системы России с последующей ее юанизацией пока рано. Тому есть несколько причин. Первая причина – огромное количество наличных долларов на руках у населения. Исходя из косвенных подсчетов, основывающихся на данных Банка России, на руках у населения может быть 90-100 млрд долларов. Никто не знает, каково среднее значение покупки этого гигантского объема денег, но довольно длительное время курс доллара ходил вокруг значения 75 рублей за доллар. А это значит, что большинство держателей наличной валюты не будет готово от нее избавиться раньше, чем курс вновь вернется или превысит эту отметку.
Сподвигнуть продать валюту в убыток может разве что инициатива американской Федеральной резервной системы по замене старых купюр на новые. Но если и делать это, то в мировом масштабе, что крайне накладно. А значит, усилия могут не стоить результата: наказание российских граждан, держащих доллар под подушкой – не только затратное, но и малоэффективное удовольствие, ведь доллары вполне можно обменять в соседних, дружественных России, государствах.
Во-вторых, доверие к юаню пока тоже не слишком велико. До сих пор власти Китая успешно девальвировали юань к доллару, стимулируя тем самым экспорт своих товаров, для которых крупнейшим рынком были и остаются США. Именно этот факт – контролируемая девальвация юаня – помимо прочего так раздражал Дональда Трампа в бытность американским президентом. А значит, и курс юаня к рублю нельзя считать данностью, определяемой исключительно ходом биржевых торгов.
Важно и то, что простая замена одной зависимости на другую – доллара на юань – тоже не выход. В данном контексте важны усилия по переходу на национальные валюты во взаимных расчетах. Появление и рост популярности в валютных парах к рублю индийской драхмы, турецкой лиры, иранского риала и казахстанского тенге можно приветствовать. Однако же и это можно считать лишь переходным этапом. Ведь во взаимной торговле – особенно с учетом специфики российского экспорта – всегда будут возникать дисбалансы.
Держать на балансах центральных банков большой перечень валют и администрировать максимально усложнившийся процесс расчетов при товарном обмене непросто и накладно. В итоге неизбежным представляется объединение стран с высокой интенсивностью взаимной торговли и общими геополитическими интересами. Одним из наиболее перспективных таких объединений является БРИКС, которое вот-вот выйдет за рамки перечня государств, зашифрованных в его названии (с вероятным присоединением Ирана, Аргентины, Египта и других стран уже в следующем году).
Работа по созданию единой валюты БРИКС уже ведется. Но, надо признать, что это длительный и очень сложный процесс, сопряженный далеко не только с вопросами технического характера. В первую очередь должны увеличиться объемы взаимной торговли внутри БРИКС. А это означает работу по перекраиванию производственных и логистических цепочек, осуществлению взаимных инвестиций и созданию альтернативных западным инструментов движения и привлечения капиталов (биржи).
Простой пример – оценка китайских инвестиций в Россию – демонстрирует, сколь огромная работа должна быть проделана. Так, например, финансирование и инвестиции КНР в Россию в рамках ключевого китайского проекта «Один пояс – один путь» в первом полугодии 2022-го сократились почти до нуля. Такое сокращение можно было бы объяснить опасением Пекина вторичных санкций. Но и до этого китайские инвестиции в России были и остаются мизерными с учетом масштабов экономик КНР и России. А значит, страны, которые бросили вызов глобальному господству США, должны как минимум начать с ревизии приоритетов во внешней торговле и местах хранения своих накопленных капиталов.