Эксперты обсуждают меры по борьбе с радикальными религиозными концепциями и их влиянием на российское общество. В частности, «предложено активизировать работу по выявлению механизмов использования иностранными государствами деятельности религиозных объединений для вмешательства во внутренние дела нашей страны». Могут ли религиозные организации становиться рассадниками радикализма? Могут. Но важно обратить внимание и на другое – необходимость аккуратных меры в этой области. Позволю себе начать с исторического примера.
В начале XVII века западную Европу охватила охота на ведьм, которую иногда называют «ведьмовской паникой». Люди проникались уверенностью, что некоторые их соседи заключили пакт с дьяволом, чтобы насылать на добрых христиан всевозможные бедствия, и посещают ночные оргии, где поклоняются лично сатане. Сами «колдуны» и «ведьмы» сознавались в своих гнусных деяниях – кто-то добровольно, кто-то под пытками – и указывали на других участников ночных шабашей.
Испанский юрист и инквизитор Алонсо де Саласар-и-Фриас был направлен Супремой (верховным органом испанской инквизиции) на расследование многочисленных сообщений о деятельности сатанинских сект в испанской Наварре. Будучи чрезвычайно въедливым человеком, он изучил множество показаний, опросил тысячи людей и пришел к выводу, что свидетельства, на которых строились обвинения в колдовстве, не заслуживают доверия. Он не отрицал ни реальности дьявола, ни его козней – он просто констатировал отсутствие доказательств, на основании которых людей можно было бы предать смерти. Более того, он указывал, что дьявол, будучи отцом лжи, может разогревать панику вокруг ведьм намеренно, чтобы вызвать смуту и побудить людей к убийствам.
Испанский инквизитор предложил определенные правила расследования обвинений в колдовстве, которые затем были приняты инквизицией в целом. Введенные с его подачи стандарты доказательств привели к тому, что охота на ведьм в Испании прекратилась, так толком и не начавшись.
В других странах Европы все было заметно хуже – в Страсбурге с 1615 по 1635 год в ходе охоты на ведьм было казнено 18% населения. Вы не могли быть застрахованы от того, что ваш сосед, друг или родственник окажутся колдуном или ведьмой, продавшими душу дьяволу. Хуже того, колдуном могли оказаться вы сами. При этом инициатива исходила не от центральных властей – напротив, там, где эти власти обладали достаточными возможностями, они, как в Испании, одергивали местных энтузиастов.
Это было похоже на психическую эпидемию или пожар, который, если не тушить его, разрастался сам собой, поглощая все новые жертвы. Само выражение «охота на ведьм» закрепилось для описания кампании необоснованных обвинений, в ходе которой страдают по большей части невинные люди.
Недоверие и подозрительность не делают общество сильнее и могут причинить не меньше опустошений, чем вторжение неприятеля. Они могут погрузить общество во внутренние конфликты, в то время когда ему особенно нужно их избегать. Поэтому, говоря о каких-либо нежелательных или опасных религиозных объединениях, следует учитывать ряд соображений.
Во-первых, религиозные и политические предпочтения лежат в разных областях. Я знаю православных, которые являются либералами, и баптистов, а также католиков, которые являются ярыми патриотами. Священное Писание, которое признается всеми христианами, призывает к поведению, противоположному всякого рода экстремизму: «Бойся, сын мой, Господа и царя; с мятежниками не сообщайся» (Прит.24:21). «Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены» (Рим.13:1). Гораздо разумнее привлекать, а не отталкивать – признавать в членах религиозных меньшинств наших лояльных сограждан, а не указывать им на то, что они находятся под подозрением из-за веры. Такое подозрение обескураживает друзей и ободряет врагов.
Во-вторых, некогда счастливый брак между протестантизмом и американским империализмом давно уже распался. Официальная идеология американских (и западных в целом) элит противоположна любой форме христианства, и американские посольства во всех странах вывешивают отнюдь не христианские символы, а флаг ЛГБТ. Консервативные протестанты (и католики) в США являются наиболее резкими критиками своего правительства. Идея, что российские протестанты хорошо подходят на роль «агентов влияния» правительства США, устарела лет на 20. Скорее, протестанты в США подходят на роль агентов влияния России – в чем их и обвиняют. Христиане (разных исповеданий) – естественная опора той политики «умеренного консерватизма», которую проводит Россия.
В-третьих, любые сложности у христиан западных исповеданий в России будут использованы и максимально раздуты антироссийской пропагандой на Западе. В условиях, когда общественное мнение Запада колеблется – а стоит ли так уж сильно вкладываться в борьбу с Россией, – такие темы могут оказаться подарком принципиальным противникам Москвы.
В-четвертых, на местах обычно слабо представляют разницу между различными религиозными общинами и тем более их внутреннюю жизнь, и активизация ограничительного подхода по отношению к религиозным образованиям может быть воспринято как сигнал к подавлению религиозных меньшинств.
Обращение с религиозными меньшинствами требует, прежде всего, мудрости и осторожности.