Из Института всеобщей истории РАН сообщают о завершении разработки новой концепции преподавания школьного курса всеобщей истории, в которой намерены отказаться от «европоцентризма».
Как заявляет академик Александр Чубарьян: если сейчас на уроках всеобщей истории упор зачастую делается на событиях в границах Европы, то в новой концепции значительное место выделяется Азии, Африке и Латинской Америке. При этом, заявляют в РАН, учебный стандарт будет давать лишь минимальный перечень событий, а необходимый баланс, опираясь на него, предлагается искать самим учителям.
По первому впечатлению – перед нами несколько странная и пугающая либерализация. Особенно если смотреть на нее сквозь события на сегодняшнем Западе, который наглядно демонстрирует нам свой собственный опыт «отказа от европоцентризма». Новая прогрессивная концепция оборачивается сносами памятников великим героям европейской истории и погромами учебных программ, отказом от изучения классической музыки и классической литературы, в пользу прогрессивных курсов джаза, рэпа и прочей этнографии. В эту ли сторону нам предлагают двигать в ногу со временем уважаемые академики? Или порадуют чем-то более выдающимся?
Ладно, давайте не будем нагнетать, и пока у нас нет достаточной информации о предлагаемых нововведениях, просто порассуждаем. Что, вообще, такое европоцентризм? Да-да, все мы прекрасно знаем, что понимают под этим словом современные западные леваки: это культура белого угнетения, колониальных империй, веками эксплуатирующих несчастных негров, идущих крестовыми походами на несчастных мусульман, да и сегодня продолжающих угнетать несчастных трансгендеров и прочие меньшинства. Всю эту пропагандистскую галиматью газет и телеканалов мы прекрасно усвоили. Но что такое европоцентризм на самом деле?
Это прежде всего Греко-Римский мир, духовно растущий из Критско-Микенской и Египетской культур, создавший после походов Александра Македонского единую культурную ойкумену, включающую в себя, помимо европейских земель, также Северную Африку, Месопотамию, Вавилон, Персию, Центральную Азию вплоть до Каспия, Гималаев и Индийского океана.
Этот единый культурный мир был впоследствии расширен Римской империей и включал в себя уже все Средиземноморье, Ближний Восток, а также испанские, гальские, германские земли, Британские острова. Константин Великий, Юстиниан Великий и последующие византийские императоры еще дальше пронесли культурную экспансию Греко-Римского мира. Культура Византии почти целиком охватила Черноморский бассейн. Византия крестила Болгарию и Русь, подарив ей великий ансамбль Восточной христианской культуры. Став духовной восприемницей Византии, Русь принесла эту культуру во все концы Российской империи, до Сибири и Дальнего Востока, охватив практически всю Евразию.
Зайдем с другой стороны. Цивилизация – это прежде всего культурный канон. Уильям Макнил (автор знаменитого в свое время «Триумфа Запада»), определял цивилизацию как «крупнейшее сообщество, объединенное общим литературным каноном и представлениями о мире и сформированное этим каноном». Расширим это определение до «духовно-культурного канона» и посмотрим, какие имена возникают у нас в голове при слове «Европа»? Гомер, Эсхил, Платон, Александр – это Греция. Вергилий, Август, Константин Великий – это Рим. Августин, Карл Великий, Данте – это Западная Европа. Юстиниан Великий, Иоанн Златоуст, Максим Исповедник – это Восточный Рим. Чтобы сложить свой собственный культурный канон, России к этим именам останется добавить имена Святого Владимира, Ярослава Мудрого, Андрея Рублева, Сергия Радонежского, разумеется, Пушкина. Если назвать всё это одним словом, то это и будет наш европоцентризм. Интересно, от каких из этих имен предложат отказаться нам уважаемые господа академики? Или же – какие добавить? Мы забыли Ганнибала? Аттилу? Шейха Абдуллах ибн Саада? Салладина? Чингисхана? Мамая? Каких еще великих африканских, латиноамериканских ученых, мыслителей и поэтов?
Хорошо. Нет сомнений в том, что сегодняшний курс школьной истории изрядно хромает. В нем, к примеру, практически вовсе не отражена история Восточной Римской империи, что есть, конечно, совершенный нонсенс и скандал. Когда Западная Европа только-только вылезала из своих пещер, а Париж был глухой дырой, обнесенной земляным валом, Константинополь был крупнейшим мегаполисом мира и оставался таковым вплоть до завоевания его турками. И когда в тогдашней Европе говорили «Город», все понимали о каком городе идет речь. Однако сегодняшняя история поздней античности и Средних веков – это, по сути, история Франции. Дикость? Дикость.
Слишком бледно в сегодняшнем курсе истории отражена и революция христианства, о которой Пушкин сказал: «Величайший духовный и политический переворот нашей планеты есть христианство. В сей-то священной стихии исчез и обновился мир. История древняя есть история Египта, Персии, Греции, Рима. История новейшая есть история христианства. Горе стране, находящейся вне европейской системы!».
Ничего удивительного в том, что Пушкин понимал историю лучше господ академиков. На то он и гений. Но то, что господа академики желают, в духе времени, поправить Пушкина, звучащего, видимо, слишком нетолерантно, цисгендерно, патриархально, а то и вовсе сбросить его с корабля современности, как сбрасывают сегодня на Западе Платона, Аристотеля, Данте, Гомера – должно настораживать.
Нет сомнений, что в хорошем курсе истории должна быть отражена и история исламских завоеваний VII-VIII и последующих веков, и история великих Персидской, Китайской и Индийской империй. Но почему-то терзают смутные подозрения, что под словами «в новой концепции значительное место выделяется Азии, Африке и Латинской Америке», наших детей в духе дурно понятой дружбы народов начнут кормить рассказами о великих прогрессивно-демократических цивилизациях Центральной Африки, Латинской Америки и стран СНГ. И что в Институте всеобщей истории РАН, по заветам наших английских партнеров и наших друзей-евразийцев, просто желают утопить великую историю России в обширных азиатских песках. Хотелось бы, чтобы наши уважаемые академики как можно скорее развеяли эти сомнения.