Сейчас, когда российская армия ведет бои, общество активно обсуждает ход военных действий. И если в тонкостях систем вооружения и их применения разбираются реально немногие, то уж как управлять государством – у нас знают все. Некоторые вовсю критикуют запрет в нашей Конституции на официальную государственную идеологию. Из-за этого, якобы, солдаты не знают, за что сражаются, а вот если бы их идеологически воспитать, сражались бы гораздо лучше. И даже комиссаров им не назначишь, приходится батюшками обходиться.
Только ни одна идеология не способна обеспечить победу сама по себе. Уверовавшие в свою исключительность представители «высшей расы» не становятся ни сильнее, ни умнее. И борцы за светлое будущее всего человечества не приобретают иммунитет к пулям и осколкам. Крестоносцы были заряжены идеологией по самые плюмажи, но в итоге проиграли воинам-рабам. Китайские тайпины и «боксеры» были куда более идеологически мотивированы, чем их противники, но победы им это не принесло. В 1941-м в СССР и Германии были те же идеологии, что и в 1945-м, но картина военных действий в эти годы очень сильно различается.
Впрочем, те, кто предъявляет эту претензию – а это в первую очередь крайние левые и ультраправые – недовольны скорее не тем, что само существование такой идеологии запрещено, а тем, что в качестве такой идеологии не прописан тот набор ценностей, которому привержены они. И будь там изложена система взглядов оппонентов, они бы возмущались ничуть не меньше. При этом они и сами смутно себе представляют ту идею, которой должна следовать наша страна. У правых во главе угла строительство так называемого русского национального государства, служащего интересам русского народа. Но внятного ответа на вопрос о том, в чем состоят интересы русского народа, нет. Да и представления о том, как будет выглядеть это государство, тоже.
Кто-то тычет пальцем в сторону западных «национальных государств», напрочь не желая замечать, что ни в одной европейской стране нет ни моноэтничности, ни преимуществ для граждан по национальному признаку. И турки с арабами там живут чуть ли не лучше немцев с французами, а во власти то венгр Саркози, то украинец Дуда.
И даже упорно стремящаяся построить национальную химеру Украина управляется преимущественно людьми, которых украинцами по этническому происхождению назвать сложно. Ну, точнее, можно, но с такой широтой подхода их точно так же можно назвать и русскими. Но тогда не очень понятно, в чем претензии сторонников такого государства к современной России.
Другие обращают взгляды в прошлое, пытаясь выдать за такое национальное государство Российскую империю. Что, в общем, довольно сомнительно и в смысле происхождения значительной части элиты во главе с правящей фамилией, и в смысле экономического положения самого русского населения, которое местами было похуже, чем у многих представителей нацменьшинств. Но в любом случае горизонт планирования правых не уходит дальше момента, когда это самое национальное государство будет построено. А дальше, видимо, все проблемы решатся сами собой и наш народ начнет процветать по мановению волшебной палочки. Коррупционеры и мошенники исчезнут, дураки тоже, а каждый русский только за факт происхождения получит высокую должность, много денег, виллу, яхту и жену-фотомодель.
Тем, которые за царя, впрочем, думать на будущее особо не нужно. Призовут помазанника, и пусть у него голова болит за судьбу страны. Сам будет выкручиваться как хочет, чтобы народу хорошо было. Или Бога молить, раз он от него поставлен над неразумными людишками. Левым с идеологией проще. За них всё классики написали, пусть и больше ста лет назад, когда и мир был другим, и наш уровень знаний о нем. Видимо, опять будут строить коммунизм, а уж в отдельно взятой стране или в мировом масштабе – это как пойдет.
Но вот они как раз таким требованием именно своим классикам и противоречат. Поскольку идеология – это не более, чем надстройка. Это она зависит от социально-экономического базиса, а не наоборот. Поэтому какую идеологию ни объявляй официально, будь то уваровская триада «православие, самодержавие, народность», какое-нибудь «превосходство арийской расы» или решения очередного партсъезда, базис будет развиваться по своим законам. И одновременно формировать в народе соответствующую себе идеологию.
Причем она будет реально работать, даже если нигде не будет официально опубликована. Воины Чингисхана в большинстве своем даже читать не умели, говорили на десятках разных языков, верили в разных богов – и тем не менее действовали как единая военная машина, покорив полмира. Попробуйте сказать, что у них не было общей идеологии (только не надо пытаться выдать за таковую полулегендарные законы Ясы). Пусть эта идеология и была примитивной, как мечты нынешних украинцев о том, как они запануют над своими врагами.
Если есть какое-то действительно массовое движение, объединенное общими целями, как ополчение Минина и Пожарского или революционные процессы 1917 года, идеология для него находится быстро. А если такого импульса нет, то любые, даже самые распрекрасные заповеди останутся не более чем формальностью, которую ловкие проходимцы станут использовать в своих целях. Всё это мы уже видели в позднем СССР, всё это мы видим в западной, либеральной, части планеты. Однако я уверен, что такое настоящее движение в нашей стране есть, и оно начало формироваться еще в конце прошлого века. Когда горел Белград, когда началась вторая чеченская война, когда стало понятно, что дальше отступать нам уже некуда. Что либо мы сплотимся, стиснем зубы и отобьемся, либо просто перестанем существовать. И с тех пор с каждым годом это движение только крепнет, благодаря нашим врагам, всё более явственно показывающим, что они ни перед чем не остановятся, чтобы нас уничтожить.
Нынешняя спецоперация на Украине – еще один этап становления этого единства. Она отсеивает всех тех, кто готов выживать отдельно от российской государственности, тех, для кого личный уют важнее русской идентичности. А для левых и правых – во всяком случае, разумной их части – это хороший повод забыть об идеологических разногласиях и сплотиться вокруг российской государственности, без которой не будет ни русского народа, ни российской нации, ни каких-либо социальных завоеваний.