Коллегия Министерства просвещения и Российское историческое общество утвердили обновленную концепцию преподавания истории в средней школе. Об этом в интервью сразу нескольким федеральным СМИ сообщил академик Александр Чубарьян. Среди грядущих перемен, обозначенных ученым, пожалуй, самый существенный отклик в обществе вызвало желание уменьшить долю европейской истории за счет более подробного изучения прошлого Азии, Африки и Америки. Многие насторожились: не приведет ли смена концепции к полной ревизии исторической картины, которая предстает перед школьниками?
Опасения отнюдь не случайны. Все мы хорошо видим, как в последние годы на Западе под давлением сторонников политкорректности, активистов борцов за права меньшинств и пламенных агитаторов за мультирасовость и мультикультурность, переписывают историю в угоду современным политическим доктринам.
Дело доходит до того, что решением современной версии «BLM-ревкомов» отменяются достижения европейской мысли, культуры и искусства. Европейская история провозглашается угнетающей другие народы, европейская культура объявляется ничтожной. Вместо Римской империи или Столетней войны рекомендуют изучать прошлое африканских племен. Вместо европейских классиков музыки – этнические мотивы. Вместо «белых» философов Древней Греции и Европы – «цветных» мыслителей самых разных стран и народов. Что? Не хватает таких? Неважно – главное избавиться от «белого супремасизма», то есть идеологии превосходства. Традиционной европейской культуре изначально клеится ярлык «расистской», после чего заявляется, что она должна быть заменена на более толерантные формы.
Опасность такого решения присутствует и в России. Уже давно известно о стремлении некоторых идеологов регионального национализма переписать историю России ради смягчения, как они полагают, слишком острых углов. Например, объявить золотоордынское иго несуществующим. Или хотя бы просто умолчать об этой продолжавшейся 300 лет части нашего прошлого, оставившей в национальной памяти русского народа самые неприятные воспоминания. Ничуть не меньше попыток «удлинить» собственную историю, когда без каких бы то ни было исторических и тем более археологических доказательств у некоторых народов обнаруживается внезапное увеличение возраста. Ведь чем древнее – тем престижнее.
Например, попытки приписать Казани несколько сотен лишних лет были еще в советское время. Но тогда, несмотря на господство одной идеологической доктрины, историческая наука обладала куда большим весом. Ученые смогли объяснить властям, что уже в 1970-х годах были попытки подлога археологических источников, из-за чего даже 800 лет Казани было сочтено сомнительной датой. В 1990-е годы стесняться перестали, контроль со стороны Москвы ослаб, и Казани просто взяли и «нарисовали» тысячу лет, хотя убедительных оснований для такого вывода не существовало.
В той же Казани звучат рассуждения, что вхождение в состав России носило характер колониального завоевания и привело к национальному угнетению татарского народа. От таких заявлений до идеологического обоснования сепаратизма – всего один шаг. И если вы думаете, что подобные проблемы свойственны лишь Татарстану, то ошибаетесь.
Но вернемся к пересмотру приоритетов в школьном курсе истории. Казалось бы, более широкое изучение мировой истории – это хорошее дело. Но такое изменение вряд ли приведет к тому, что уроков, отводимых на историю, станет больше. А это значит, что ученики просто будут меньше знать об истории России, которую надо знать обязательно, и истории Европы, с которой Россия связана множеством цивилизационных связей, от общей культуры до общей религии – христианства. Безусловно, изучение истории Индии, Китая или Мезоамерики – дело полезное и расширяющее кругозор. Но какой в этом прок, если школьники не будут знать, как образовалось национальное русское государство или какие реформы проводили Петр I и Александр II. Не кажется ли, что русская история несколько важнее истории стран Азии и Африки?
Непонятным остается и вопрос: в какую сторону будет расширено преподавание всеобщей истории. Если в сторону Европы, то это одно. Если школьникам придется изучать прошлое далеких континентов – это совсем иное. Ведь различные мировые регионы оказывали на ход исторического процесса абсолютно разное воздействие. Если, например, Древняя Греция и Древний Рим – это основополагающие цивилизации мировой истории, то знания о Большом Зимбабве не дадут ученикам никакой полезной информации. Это, конечно, идет вразрез с современными политкорректными доктринами, но надо признать, что иудеохристианская цивилизация Европы и Передней Азии сыграла в истории современного человечества куда большую роль, нежели все остальные цивилизации.
Возьмем великую китайскую культуру. Спора нет, она оказалась основополагающей для всего гигантского региона от Индокитая до Дальнего Востока. Но какова ее роль в мировой истории? Не слишком-то и большая. Безусловно, ее значение будет расти по мере повышения значимости всего этого региона в мировой политике и экономике, но прошлое нельзя изменить. Его можно только насильственно переписать. Как это делают сейчас в США, осознанно занижая значение европейской культуры и возвышая все прочие региональные культуры.
Если посмотреть на опыт других стран, то мы обнаружим, что там в школах изучается почти исключительно собственная история, а всемирной истории уделяется лишь малая часть времени. Разумеется, мировая история должна изучаться в куда большем объеме, чем сейчас. Не зная, что происходило, скажем, в XVIII веке в Европе и Азии, невозможно полностью понять логику развития русской истории. Но место такому параллельному курсу не в школе, а в вузе. Вот там действительно стоит расширять преподавание всемирной истории.
Иной вариант приведет лишь к тому, что школьники не будут знать ни «историю вообще», ни прошлое своего Отечества. А человек без знания собственной истории легко становится жертвой чужих идеологических манипуляций. Что, в свою очередь, несет явную угрозу национальной безопасности и будущему России. Деевропеизация, по сути, превращается в дерусификацию.
Еще одна проблема новой концепции – вынос вопроса об исторических персоналиях из государственной концепции и перекладывание этой задачи на плечи учителей. Как сообщил академик Чубарьян: «Кто-то предложил включить в список нобелевских лауреатов, тут же нашлись противники. Взять всех академиков, как для энциклопедии? Но их слишком много. Всех лауреатов Госпремии? Но есть те, кто не получили премий, но очень достойные ученые... Или в области искусства начали сравнивать по таланту Пугачеву с Шульженко. В общем, принято решение перечень персоналий и дат вынести за скобки обязательного стандарта».
Но дело это крайне опасное, потому что отсутствие обязательного списка национальных героев приводит к риску, что в этом списке могут оказаться люди, этого отнюдь не заслуживающие. А кто станет национальными героями в национальных республиках? Есть опасения, что кое-где школьникам предложат изучать «великого хана Батыя» и проклинать первых объединителей Руси Александра Невского и Дмитрия Донского.
Впрочем, есть в планируемой реформе и положительные стороны. Нельзя не отметить отказ от концентрической системы, когда преподавание истории, по сути, велось только до девятого класса, а в старших классах она изучалась повторно. Тот же самый материал, причем даже не в более подробном изложении, по причине нехватки времени. Да, дополнительно рассматривались некоторые вопросы, но про многие приходилось забывать. Сейчас планируется, что в старших классах будет изучаться история ХХ века.
Это хорошо, но как часто бывает, концепция страдает от временной аберрации. Самая последняя часть истории кажется самой важной и заслуживающей более всего времени на изучение. Однако это не так. Не зная подробно историю Древнего мира, Средних веков и Нового времени мы никогда не сможем разобраться во всех сложнейших процессах, сопутствующих истории ХХ века. Почему достигла расцвета, а затем распалась колониальная система? В чем причина двух мировых войн? Почему взлетело, а затем пришло в полное ничтожество всемирное левое политическое движение? Ответы на эти важнейшие вопросы находятся далеко за пределами ХХ века.
Стоит обратить внимание и на синхронизацию курсов русской и мировой истории в школе. Авторы концепции справедливо замечают, что когда одновременно изучается XVIII век в России и XVII век всеобщей истории – это вызывает непонимание у школьников. Вот это дело исключительно благое – и его невозможно не похвалить.