Собака без сена. Именно этот образ возникает в голове при анализе поведения Токио в курильском вопросе. «Сена» – то есть островов – у Японии нет и в обозримой перспективе не предвидится. Если раньше речь могла идти о передаче хотя бы их части, то теперь, после принятия поправок в Конституцию, в ст. 67 указано, что «действия (за исключением делимитации, демаркации, редемаркации государственной границы Российской Федерации с сопредельными государствами), направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются». То есть, по сути, Москва не имеет права даже вести переговоры о передаче островов.
Казалось бы, Токио в этой ситуации должен либо отказаться от недосягаемого курильского «сена», либо принять его заменитель в виде альтернативных российских предложений. Например, в виде предоставления Японии особых условий для коммерческой деятельности на островах и в их акватории. На днях Владимир Путин анонсировал новые предложения в этом направлении. «То, о чем мы говорили (с премьер-министром Михаилом Мишустиным – прим. ред), носит абсолютно уникальный, беспрецедентный характер. Говорю это специально для того, чтобы заинтриговать участников экономической деятельности», – сказал Владимир Путин. Окончательно эти пункты должны были быть сформулированы после визита Михаила Мишустина на Курильские острова и, по словам Путина, «оценки ситуации на месте».
Однако визит закончился дипломатическим скандалом. Первый замминистра иностранных дел Японии Такэо Мори выразил российскому послу в этой стране Михаилу Галузину резкий протест в связи с визитом господина Мишустина – Япония считает Курилы своими островами и рассматривает визит как нарушение ее суверенитета.
Наш посол протест не принял – ведь острова российские, а японский посол в Москве Тоёхиса Кодзуки был вызван в российский МИД для обсуждения двусторонних отношений. При этом российское внешнеполитическое ведомство настойчиво призывает Токио «не скатываться к деструктивной линии в двусторонних отношениях и вернуться к выполнению ранее достигнутых договоренностей лидеров о выведении российско-японских связей на качественно новый уровень через всестороннее развитие торгово-экономического сотрудничества, выстраивание мер доверия в сфере безопасности, сближение позиций в международных делах».
В такой атмосфере сложно говорить о каких-то планах по совместному экономическому освоению островов – хотя японское правительство и дало понять, что оно ждет конкретизации предложений Владимира Путина.
Кто виноват?
Почему Япония себя ведет себя так неразумно и нерационально? Некоторые российские комментаторы пишут, что такое поведение обуславливается желанием американцев. Что США выгоден российско-японский территориальный конфликт, поскольку он сохраняет Токио в сфере влияния Вашингтона и гарантирует сохранение американских баз на Окинаве. Примерно то же самое говорят и китайцы. «Враждебные отношения с Россией и Китаем приводят к еще большей зависимости Японии от Соединенных Штатов», – утверждает официальная китайская Global Times.
Это правда, но лишь частично. Конфликт с Москвой и с Пекином действительно ставит Японию в еще большую зависимость от США, однако стимулируют этот конфликт отнюдь не Соединенные Штаты. Им смысла нет этого делать – ведь тут им ничего не угрожает. Так, японо-китайские отношения настолько сложны и враждебны, что этот клубок противоречий и конфликтов распутать практически невозможно. Так что ни о каком дрифте Японии в сторону Китая от США речи не идет – разве что в чьих-то фантазиях. Что же касается России, то Москва даже в случае нормализации отношений с Токио вряд ли будет в глазах японцев ценнее, чем их союз (пусть даже и неравноправный) с Соединенными Штатами. Хотя бы потому, что Российская Федерация поддерживает хорошие отношения с Китаем – врагом Японии.
Именно поэтому Вашингтону даже выгодно сделать так, чтобы Россия и Япония урегулировали свои разногласия, чтобы японцы начали инвестировать в Дальний Восток и тем самым повысили свою ценность в глазах Москвы. Дабы после этого Россия больше учитывала японские интересы в регионе – и, соответственно, в меньшей степени поддерживала ряд китайских инициатив. Да, это не значит, что США вприпрыжку побегут реализовывать этот свой интерес (русофобию в Штатах еще никто не отменял), но и противодействовать российско-японской нормализации не станут. Если, конечно, эта нормализация начнется.
А не начинается она исключительно по вине неготовности к ней Токио. То есть японские власти все прекрасно понимают. Что острова они не вернут. Что хорошие отношения с Россией им нужны самим для сдерживания Китая. Что предложение Путина об особых условиях экономического сотрудничества на Курилах им выгодно с финансовой точки зрения, да и вообще является лучшим, что они могут получить.
Понимают – но все равно устраивают дипломатические демонстрации и отказываются от компромиссов. Все потому, что стали заложниками. Не американцев, конечно же, а собственного электората – японскому населению столько десятилетий говорили о «священной японской земле, незаконно оккупированной Россией», что любой отказ любого японского премьера от территориальных претензий (или же замена территориальных бонусов на экономические) приведет к масштабному недовольству и его отставке. Соответственно, никто из японских руководителей не готов жертвовать своей политической карьерой – и его чисто по-человечески можно понять.
В результате Япония и дальше идет в курильском вопросе к обрыву. Понимает куда идет, что будет после обрыва – но все равно идет. Свернуть боится.