В Принстоне, как сообщается, отказались от обязательного преподавания латыни и греческого – в порядке борьбы за «равенство и инклюзивность». Как сказано на сайте университета, «греческая и римская культуры использовались и соучаствовали в различных формах исключения, включая рабство, сегрегацию, превосходство белой расы, империализм и культурный геноцид».

Это напоминает кампанию «Критики Линь Бяо и Конфуция» в Китае 1973–1974 гг. Линь Бяо был высокопоставленным партийным функционером, которого его противники обвиняли в склонности к «реакционному» учению великого китайского мыслителя VI века до н. э. Конфуция. Древний философ, сыгравший огромную роль в становлении китайской культуры, подвергался разгромным нападкам в прессе. Конфуция обвиняли в том, что «он питал лютую ненависть к социальным переменам того времени» и хотел «сделать всех рабов Поднебесной послушными и покорными». Студенты пекинского университета писали: «Старикан Кун, этот тип, во-первых, не понимал революционной теории, во-вторых: он не умел заниматься производственным трудом, был начисто лишен каких-либо талантов и являл собой большой мешок, наполненный трухой... Его знания производства равнялись нулю... Трудовой люд взирал на старикана Куна как на крысу, перебегающую улицу, которую все гонят и бьют».

За пределами Китая кампания вызвала насмешки – разворачивать яростную критику древнего мыслителя выглядело столь же нелепым, как если бы европейские газеты с утра до вечера бранили Аристотеля. Сегодня разоблачением расистской и рабовладельческой философии Аристотеля занимаются в англоязычном мире – и мало кто там решается открыто насмехаться над этим. Однако в обоих случаях поведение инициаторов кампаний вполне рационально.

Если вы хотите радикально переформатировать культуру, разровнять площадку и на ней построить дивный новый мир, то вам нужно максимально очернить всю предшествующую традицию и низвергнуть все ее почитаемые имена. В Китае самое великое из таких имен – Конфуций.

Европейская цивилизация имеет три истока – греческая философская мысль, римский государственный и юридический гений и библейское откровение. Все мы – русские и американцы, британцы и французы – немного греки, а также римляне, отдаем мы себе в этом отчет или нет. Платон и Аристотель, Софокл и Фукидид – праотцы нашей культуры. Они (даже если мы не прочитали из них ни строчки) продолжают оказывать влияние на то, как мы мыслим и чувствуем. До сих пор мы говорим о «римском праве», а члены законодательного собрания в России (как и в США) называются римским словом «сенаторы». Не знать древние языки, конечно, можно – но вот не знать, как мир Греции и Рима продолжает жить в нашем языке, нашей культуре и нашей государственности здесь и сейчас – как минимум глупо. Убрать античных классиков из образования, превратить их в авторов, признаваться в знании которых – это примерно как признавать, что ты читал «Майн Кампф», значит расчистить место для новой идеологии и новой идентичности.

Это все мы проходили – и боюсь, что не до конца прошли. Недавнее открытие памятника императору Александру III вызывало в определенных кругах у нас в России реакцию, живо напомнившую западную борьбу с древнегреческим расизмом. Внезапно оказалось, что взгляды русского государя XIX века не соответствуют представлениям о сословном и этническом равенстве, принятым в веке XXI, множество комментаторов поспешили выразить ему свое решительное порицание. Возникла глубоко ироничная ситуация, когда сталинисты и либералы, распри позабыв, в единую семью соединились – и нерушимым блоком выступили против памятника царю-миротворцу. Впрочем, в каком-то отношении они и составляют хотя и не дружную, но единую идеологическую семью – вместе с китайскими маоистами 1970-х и американскими культурными марксистами.

Их объединяет вера в то, что общество нужно радикально преобразовать по определенным идеологическим лекалам – а для этого решительно разорвать историческую преемственность с культурной и (особенно) религиозной традицией прошлого. Это проявляется, в частности, в том, что тысячелетняя русская история изображается как отвратительное и позорное царство всяческой несправедливости, «тюрьма народов», русские цари – как отвратительные «держиморды».

Мы в России пережили время, когда памятники «царям и их слугам» активно сносились, был уничтожен храм Христа Спасителя, воздвигнутый в память русских воинов, павших в 1812 году, и вообще масштабы вандализма несопоставимо превосходили все буйства BLM. То, что сейчас мы ставим памятник государю – чрезвычайно обнадеживает. Это означает, что мы строим наше будущее не на очередном наборе чьих-то «бессмертных идей», а на нашей тысячелетней традиции – которая вытекает из традиции еще более древней, которую мы приняли от Восточной Римской империи вместе с Крещением Руси.

Мы с благодарностью сознаем нашу культурную преемственность с античными философами, римскими законодателями и библейскими апостолами – и нашими благоверными князьями и царями. То, что Запад отказывается уже и от античного наследия – печально. Но в любом случае сейчас не наша очередь сходить с ума.