Инциденты 26–27 мая с рейсами Париж – Москва и Вена – Москва европейских авиакомпаний Air France и Austrian Air, которым запретили посадку в российской столице, всерьез насторожили наблюдателей. Российские авиационные власти не согласовали рейсам корректировку полета в обход Белоруссии. В Минске это восприняли как акт прямой поддержки Белоруссии. «Я смотрю, москвичи, Москва отказывает – летите вокруг Белоруссии, не принимают самолеты в Москве. Сразу почувствовали», – удовлетворенно рассуждал Александр Лукашенко. Меж тем, в воздухе запахло авиационной войной.
Проблема, впрочем, вскоре разрешилась. Российская сторона заявила, что носила она сугубо технический характер: задержка и отмена рейсов якобы связана с согласованием новых точек влета на территорию России. В настоящий момент рейсы между Европой и Россией выполняются в обычном режиме. Интересно, что комментарии по сложившейся ситуации дали не Росавиация или Минтранс, а пресс-секретарь президента Дмитрий Песков. Это говорит о том, что ситуация требовала незамедлительной реакции на самом высоком уровне.
Вскоре появилась информация, вновь связанная с авиацией и Белоруссией. 30 мая руководитель «Белавиа» Игорь Чергинец вдруг заявил, что компания пока не планирует полеты в Крым. «В Крым пока летать не будем» – сказал он. Это «пока» повесило в воздухе тяжелую интригу. Для организации полетов в Крым необходимо политическое решение о признании полуострова российским, считают в «Белавиа». Официально сообщалось, что на встрече Владимира Путина и Александра Лукашенко, которая прошла 29 мая в Сочи, тема полетов в Крым не обсуждалась.
И все же дым точно не повалил в отсутствие огня. Если раньше Батька маневрировал между Россией и Западом и тема признания Крыма была неактуальна, то сейчас, кажется, терять уже нечего. Накануне США подтвердили введение санкций против ключевых белорусских госпредприятий с 3 июня. Евросоюз анонсировал принятие в ближайшее время четвертого пакета санкций, и вполне вероятно, что за ним тут же последует согласование нового, пятого пакета, привязанного к случаю с принудительной посадкой борта Ryanair в Минске и арестом Романа Протасевича.
Одновременно Минск и Москва договариваются о перечислении второго транша государственного кредита в 500 млн долларов. Стороны согласовывают ключевые дорожные карты интеграции в рамках Союзного государства, включая самые спорные моменты по ценам на газ и условиям его транзита. Сближение наблюдается и на уровне Евразийского экономического пространства, где Минск и Москва выступают едва ли не в унисон. Была даже достигнута договоренность об открытии новых рейсов «Белавиа» в российские города, но только не в Крым. Хотя отношения вконец испорчены не только с Западом, но и с Украиной. Киев одним из первых прекратил авиасообщение с Белоруссией и готовится ввести санкции.
Неужели даже в этой ситуации Лукашенко продолжает торговаться и играть в многовекторность? Тем более что рейсы в Крым в разгар туристического сезона будут позитивно восприняты и самими белорусами, которым дорога на европейские курорты в ближайшее время точно заказана.
Мертвее мертвого не будешь: Запад и без того готовится ввести против Минска максимально жесткие санкции. От отключения белорусских госбанков от системы SWIFT и жестких ограничений не экспорт калийных удобрений и нефтепродуктов – важнейших для страны товаров – Запад удерживает лишь то соображение, что тем самым он окончательно толкнет Лукашенко в объятия России. Чего Лукашенко, несмотря на резкую перемену риторики в отношении Москвы после протестов оппозиции и западных санкций, продолжает избегать.
При этом именно признание Крыма – вполне логичное решение со стороны ближайшего союзника Москвы – Лукашенко воспринимает как точку невозврата, после которой любой торг с Западом, да и с самой Россией, станет решительно невозможным. А раз так, то в сложившихся обстоятельствах России логично было бы добиваться этого признания еще настойчивей.