23 ноября 1942 года захлопнулась крышка котла над войсками шестой полевой армии Фридриха Паулюса. В западню попали не только немцы, но и их союзники – итальянцы и румыны. Всего в окружении оказалось около трехсот тысяч человек. Катастрофа такого масштаба нависла над Третьим рейхом впервые. Но почему немцы, до этого воевавшие плюс-минус успешно и уже выбиравшиеся из небольших котлов, опростоволосились в Сталинграде?
Оперативный простор
Летом 1941 года немцы размахнулись на масштабный блицкриг на бескрайних просторах России. Казалось, они были близки к успеху, но упорное сопротивление Красной армии и недооценка противника привели к тому, что наступающий вермахт был остановлен под Москвой. Поняв, что решить «советскую проблему» за одну кампанию не удастся, в Третьем рейхе сменили стратегию. Отказавшись от нового удара по усиленно обороняемому Московскому направлению, немцы решили в 1942 году сконцентрироваться на Кавказе.
Причина была проста: и немцы, и русские испытывали сильнейшую нужду в нефти – без нее не ездят танки, грузовики, не летают самолеты и не ходят корабли. На Кавказе и в Закавказье нефти было много. Сибирские месторождения тогда еще толком разведаны не были, и потеря нефтеносного юга могла всерьез подкосить Советский Союз. Остановив советское наступление под Харьковом весной 1942 года, летом немцы запустили операцию «Блау» – масштабное наступление на юге СССР. План состоял во внезапном, хорошо спланированном ударе через донские степи. Этот удар должен был обрушить советский фронт и открыть дорогу на Кавказ.
Все произошло, как немцы и планировали – фронт рухнул, германские моторизованные части устремились вперед, формируя котлы. Пришли в движение и медленные, неповоротливые, но стойкие на удар пехотные соединения. Они медленно, но упорно пылили по степи, добираясь до окруженных советских войск и «доедая» эти самые котлы. Полевые армии раскалывали и перемалывали их при помощи таскаемых следом мощных артиллерийских кулаков. Как только мобильные соединения сменялись пехотными дивизиями, они тут же мчались дальше, чтобы создать новые окружения. Так работала машина блицкрига – правда, теперь она была нацелена не на «быструю войну», а на постепенное удушение противника. Впрочем, для красноармейцев на передовой разницы особой не ощущалось.
Шестая полевая армия под командованием Паулюса была одной из самых крупных во всем вермахте. Ее фланги обеспечивали румынские союзники немцев. Это казалось неплохим решением.
Менее «качественные», податливые на удар союзники позволяли освободить немецкие соединения для нанесения главных ударов. В успешном наступлении противнику некогда пытаться ударить вас во фланг, или, по крайней мере, его контрудары будут довольно слабы. На это и был расчет. Имелся только один минус – немцам было необходимо все время наступать. В донских и приволжских степях это получалось хорошо, но рано или поздно кому-то пришлось бы остановиться. Этим самым «кем-то» и стала армия Паулюса. Пока одна часть группировки продолжала наступление на Кавказ, 6-я армия обеспечивала фланг. Для этого ей следовало взять Сталинград – крупный промышленный центр на Волге. Овладение им обеспечивало удобную оборону от попыток крупных наступлений РККА. К тому же только лишь полуокружив город, немцы контролировали бы огнем Волгу. А значит, еще до овладения Сталинградом брали бы под контроль самый удобный путь доставки бакинской нефти в Центральный регион страны.
Как в Первую мировую
Паулюс вышел к Сталинграду в конце лета. Его войска наполовину окружили город – сделать это полностью мешала Волга. На Сталинград налетел авиакорпус Вольфрама фон Рихтгофена – родственника знаменитого Манфреда Красного барона Рихтгофена, лучшего воздушного аса Первой мировой войны.
Бомбардировщики сравняли прекрасный город с землей – на месте цветущего Сталинграда остались лишь остовы зданий и горы строительного мусора. Этим немцы подложили себе большую свинью – развалины всегда удобны для позиционной обороны. Наступающим сложно ориентироваться и корректировать огонь – ведь вокруг лишь одинаковая кирпичная и бетонная мешанина. Пикирующие бомбардировщики, «Штуки», знаменитые точностью бомбометания, не могут полностью использовать свой потенциал – толком неясно, где свои, а где противник.
А если и ясно, то русские все равно находятся в каких-то десятках метров – так, что становится опасно задеть своих. Подбираться так близко красноармейцам позволяла все та же неопределенность разбитого вдребезги города – в завалах удобно рыть скрытые траншеи, позволяющие передвигаться под самым носом у неприятеля. Копай от подвала к подвалу – и в этих же подвалах пересиживай налеты артиллерии. А выходы наружу можно сделать среди руин – заметят их далеко не сразу. Особенно если оборудованы ложные и запасные.
Другой серьезной проблемой немцев была Волга. Она не давала полностью окружить город, отрезать его от путей снабжения и заморить гарнизон голодом. Река, конечно, простреливалась противником и днем и ночью. Но по ней все-таки можно было доставлять подкрепление и боеприпасы, переправлять на «большую землю» раненых. Кроме того, на другом берегу в относительной безопасности располагалась советская артиллерия, которая с удовольствием «давала прикурить» противнику по заявкам из сражающегося Сталинграда. Иными словами, у русских были все возможности для сопротивления.
И они этими возможностями пользовались – Сталинград отбивался изо всех сил. Красноармейцы не просто взгрызались в землю, но и проводили постоянные контратаки, не давая противнику толком закрепиться на захваченной земле. Это позволило продержаться несколько месяцев, до середины ноября 1942 года. К этому времени положение обороняющихся выглядело совсем печальным – у них осталось всего несколько маленьких плацдармов в сотни метров шириной и десятки глубиной. Казалось, еще один серьезный нажим немцев, и русские окажутся сброшенными в воды Волги. О чем немцы даже не подозревали, так это о том, что времени для такого нажима у них уже не было.
Доигрались
Главной проблемой стратегического планирования Третьего рейха на Восточном фронте была тотальная недооценка противника. Этот грех больно бил противника по лбу всю войну. От провала наступления на Москву в 1941-м до беспрецедентного для всей германской истории поражения в белорусских болотах в 1944-м. Так же было и в Сталинграде в конце 1942 года.
Немцы хронически недооценивали способности русских к формированию резервов. Каждый раз им казалось, что они нанесли достаточный урон, чтобы СССР не смог сформировать свежие армии и фронты, которые можно бросить на весы Победы. Дело было не в количестве людей, а в материальной части. По расчетам противника, Москва просто не тянула бы снабжение, обмундирование, вооружение на новые армии взамен разбитых. Но наши всякий раз за счет титанического напряжения изыскивали новые возможности для того, чтобы подпитать фронт свежими соединениями.
Сталинград осенью 1942 года был очень перспективным местом приложения сил. Одна из крупнейших германских армий намертво завязла в упорно сопротивляющемся городе. На флангах – податливые румыны. Соседние армии эффективно помочь не смогут – они ушли дальше, в поход за нефтью Кавказа. Самое время бить!
Причем и били тоже вполне по уму. Немцев рубили не под самый корешок – котел формировали довольно аккуратно, на удалении от города. Два ударных кулака прорывали фланги и сходились в районе Калача-на-Дону, в семи десятках километров от города. Так далеко, чтобы немцы не успели быстро понять опасность происходящего и среагировать в самом начале. Маневренных, заточенных под формирование котлов, частей у РККА под Сталинградом было больше – а обычные пехотные батальоны Паулюса были слишком неповоротливы.
Попав в окружение, 6-я армия оказалась в сложном положении. Каждый завтрашний день обещал быть хуже, чем вчерашний – ведь немцев отрезали от снабжения. Люфтваффе пыталось организовать воздушный мост, но возможностей авиации не хватало. Армия Паулюса теряла боеспособность с каждой неделей.
Прорываться при этом было бессмысленно – чтобы почувствовать себя в безопасности, немецкой пехоте предстояло пройти сотни километров по обдуваемым ледяным ветром степям. Сделать это предстояло под ударами советской авиации и маневренных частей. Перед этим надо было прорвать стенки котла. И сделать все это без снабжения. Потянуть такие усилия измотанная осенними боями в Сталинграде армия Паулюса не могла. Ее бы просто размазали по степи.
Поэтому немцам оставалось только сидеть в окруженном городе и тянуть время, давая другим германским армиям возможность эвакуироваться с Кавказа, пока еще не поздно. Они и сидели до самого февраля 1943 года. Но солдатам Паулюса это помочь уже не могло – попав в смертельную и с умом построенную ловушку, они были обречены.