Глава комиссии по защите детей от деструктивного контента при Роскомнадзоре Андрей Цыганов предложил признать ЛГБТ, радикальный феминизм, чайлдфри «хотя бы экстремистами», чтобы развязать руки Роскомнадзору (и государству вообще) для борьбы с ними.
Предложение вызвало волну негодования со стороны верных адептов того, что сейчас называют «повесточкой», и это порождает понятное желание его поддержать – но, думаю, что делать этого не стоит. Хотя мировоззренчески и политически мы, похоже, находимся на одной стороне с Андреем Цыгановым, хотелось бы заметить, что объявление наших оппонентов экстремистами может принести больше вреда, чем пользы.
Мы действительно находимся в состоянии глобального мировоззренческого противостояния – от исхода которого зависит, сохранимся ли мы как культура и как народ. Антисемейная и антинаталистская (то есть враждебная чадородию) идеология, подвидами которой являются ЛГБТ (или, как пишут в соответствии с последними партийными нормами, ЛГБТК+), радикальные феминистки и чайлдфри (идеология сознательного отказа от детей) – это давно уже не про специфические интересы людей с теми или иными расстройствами поведения или самоидентификации. Это именно тоталитарная идеология с глобальными притязаниями, которая, как и другие идеологии, является инструментом приобретения и удержания власти.
Мы уже видим, что происходит там, где эта идеология укоренилась. Она несовместима ни со свободой вероисповедания, ни со свободой слова, ни со свободой научного исследования – чему есть множество примеров. Вот только что мне на глаза попалась очередная статья, в которой американский ученый-биолог (никоим образом не религиозный консерватор, а напротив, атеист и сциентист) жалуется, что ученые уже боятся говорить о биологических различиях между мужчинами и женщинами, потому что это может вызвать травлю и обвинения в «трансфобии» с перспективой увольнения.
Но противостояние этой идеологии требует тщательного обдумывания и планирования. Наши противники не дерутся на кулаках; напротив, они играют в сложные многомерные шахматы. Нам противостоят очень богатые, очень влиятельные и совсем не глупые люди, которые отлично умеют обращать в свою пользу неудачные ходы противников – а нередко и специально стремятся спровоцировать такие ходы. И вот объявление адептов «повесточки» экстремистами, то есть подведение их под уголовные статьи с реальными сроками, будет таким неудачным ходом.
Прежде всего давайте задумаемся, где располагается театр военных действий и за что мы воюем. Мы сражаемся в данном случае не за ресурсы и территории, а за умы и сердца людей. Цель этой борьбы – привлечь симпатии людей и убедить их в правоте своего взгляда на мир.
Стандартный, отработанный до автоматизма прием наших противников – изображать жертву и взывать к лучшим чувствам. Этот метод уже отлично сработал на Западе. Большинство людей хотят чувствовать себя на стороне добра и справедливости, видеть в себе защитников угнетенных. Никто не говорит: «Мы хотим подчинить вас своей власти, диктовать вам ваши убеждения и карать за всякое несогласие». Все понимают, что так они ничего не продадут. Процесс выстраивается иначе – вот есть некие несправедливо ущемленные и обиженные люди, которых притесняют отвратительные злыдни. Люди искренние и благородные возвышают свой голос в защиту угнетенных и, конечно, против их бесчеловечных обидчиков. Вы же хотите быть с этими благородными людьми, правда? А чтобы защитить этих бедняг, нужно возвысить голос против их угнетателей – а это так называемые гетеронормативисты. То есть все, кто считает, что брак лучше, чем извращения, а дети – лучше, чем аборты. Эти самые «гетеронормативисты» создают «атмосферу ненависти», из-за которой страдают и умирают бедные меньшинства.
При этом «угнетатели» могут и в мыслях не иметь нападать на «угнетенные меньшинства». Все равно, поскольку они придерживаются преступных «гетеронормативистских» и «патриархальных» представлений о мире, они виновны во всех бедах «уязвимых групп». И в том, что они совершают самоубийства, и в том, что на них нападают хулиганы, и в том, что они заражаются ВИЧ. Постепенно приобретая влияние – как мы это видели на Западе – адепты этой идеологии превращаются в преследователей и угнетателей, продолжая заявлять о том, что действуют в интересах «угнетенных групп»
В первую очередь врагами оказываются, конечно, Церкви и другие традиционные религиозные общины. Тут достаточно показательны усилия американских ЛГБТ-активистов принудить пекаря-христианина непременно печь торт для «гей-свадьбы» или монахинь – платить за абортивные средства. В обоих случаях христиане отбились в Верховном суде, где сейчас преобладают консерваторы. Но огромные усилия, приложенные к тому, чтобы принудить верующих поступать против их убеждений, говорят о тоталитарном характере всего движения.
Потом список врагов расширяется – в него попадают уже люди, до того считавшиеся безупречными либералами: вроде Дж. Роулинг или академических ученых, которые смеют высказывать мнения, расходящиеся с обязательной идеологией. Коротко говоря, суть приема состоит в том, что люди объявляют себя «защитниками меньшинств», чтобы в итоге преследовать и подавлять всех, кого они объявят их обидчиками.
В США процесс уже зашел очень далеко, у нас его только начинают разгонять. И вот зачисление адептов «повесточки» в «экстремисты» отлично вписывается в их стратегию – «изображать жертву». Когда начнут сажать на реальные сроки каких-то странных, но не склонных к насилию людей вроде гей-активистов или радфемок, это немедленно будет использовано для самой грандиозной пропагандистской кампании и внутри страны, и за рубежом.
Для социальной технологии, построенной на «изображении жертвы», это будет просто лучшим подарком – потому что ничего и изображать не надо будет, люди действительно станут жертвами несправедливости, и вызвать к ним симпатию (и антипатию к их противникам) будет очень просто. Более того, дальнейшее размывание самого понятия «экстремизм», так, что под него можно будет подогнать кого угодно вообще, будет разрушительно для законности в целом.
Противодействие антисемейной идеологии должно быть тщательно обдуманным – как ход в шахматах, а не как удар в драке. Нужна государственная культурная политика, которая исключала бы финансирование «повесточки» за счет государства (как это у нас бывает) и обеспечивала поддержку только тем, кто продвигает семейные ценности. Конечно, могут быть уместны и запреты – как существующий сейчас (и совершенно необходимый) запрет на продвижение этой идеологии детям.
Но приравнивать адептов ЛГБТ, радфемок или чайлдфри к мятежникам и террористам и давать им реальные сроки было бы неудачным ходом, который только поможет противнику.