В связи с карантином и работой на удаленке все большее количество горожан пытается покинуть ставший негостеприимным город и перебраться на дачу или в деревню. Наш поселок уже в апреле был набит под завязочку московскими дачниками, как в прошлые годы бывало только в летние выходные дни. И неожиданно «понаехавшие» начали осознавать, что напрасно путали «туризм» и «эмиграцию». И что постоянная «жизнь на земле» – вещь весьма хлопотная и далеко не всегда комфортная.
Так получилось, что я в «святые 90-е» без малого пять лет прожил в самой что ни на есть глухомани – в селе на севере Вологодской области. Да и сейчас скоро два года, как сбежал от городской суеты в деревню в сотне километров от столицы. Так что опыт есть. И есть, чем поделиться с потенциальными «пейзанами».
Что для городского деревенская жизнь? Ах, этот шашлычный дымок, шальные соловьи, воздух, пахнущий травой и лесом, озеро с удочкой, грибы через дорогу, парное козье молоко и неспешный «трындеж за жисть» с соседом через забор. Здесь твоя собака не ждет у двери, когда ее выведут справить потребности, а вальяжно весь день лежит на крыльце, вяло погавкивая, а на прогулке не ходит чинно и скучно на поводке, а носится по полям, поднимая перепелов и, придя домой, валится с лап от благородной усталости.
Все так, все так. Да не только так. Прежде всего надо определиться, что такое «деревня». Если это коттеджный поселок сразу за МКАДом или на окраине Мытищ – это одно. Там житие от городского мало чем отличается, и дауншифтингом тут и не пахнет. Газ, водопровод, такси до двери, электричка в пешей доступности и Москва через 15 минут, все службы доставки, полицейский патруль и прочие прелести. Так же как чадный воздух, мусорные водоемы, криминальная обстановка и т. п. Это не жизнь в деревне.
Нам скорее нужно говорить о тех, кто с переселением получает полный слом картины мира и способов выживания в нем. Применительно к жителям мегаполисов – это радиус от 40 до 150 километров.
Итак, что вас ждет, если вы решите не просто отдохнуть от суеты на даче, а плотно тут осесть на несколько хотя бы месяцев?
Хотя бы то, что романтика тут длится не больше недели. Потом ты начинаешь понимать ей цену. Здесь комары, которых ловишь в кулак и при этом из кулака торчат их ноги. Чертова трава, которая лезет дурниной и косить в начале лета приходится каждую неделю, а то и чаще. И если у вас на подхвате нет пары ребят из Средней Азии, готовых за малые карантинные деньги побегать с мотокосой, то к вечеру у вас будут трястись руки, а через неделю возникнет неодолимое желание засыпать к черту всю лужайку гравием, а лучше закатать в асфальт. И так все лето. Особенно прикольно, когда в траве струна триммера найдет заботливо отложенную собакой «личинку». Тогда с особым чувством понимаешь смысл фразы «набросить на вентилятор».
А еще меня до слез изумляют городские романтики, которые при словах «встаю с первыми петухами» слезятся от умиления. И не понимают, когда я уточняю, что встаю я, чтобы перепрятать от себя самого ружье и бью себя по рукам, чтобы не вдарить в сторону соседского курятника с обоих стволов, потому что эти чертовы «первые петухи» начинают голосить в четыре утра и делают это каждые 10-15 минут.
Тут остро начинаешь реагировать на киношаблоны про деревню и смеяться, когда на экране в бане клубится пар, а самогон в «четверти» по прозрачности напоминает молоко. Не бывает такого самогона! Самогон должен быть чистым, как слеза пионерки, а с мутного ты просто к утру ноги протянешь. И да, не надо колоть дрова, чтобы затопить баню. Дрова колют сырыми, сразу весь КамАЗ, и потом сушат в дровянике. Сложенные в чурках дрова просто сгниют в коре за пару месяцев. А если сушить без коры, то об высохший пенек березы или, не дай бог, дуба, ты просто сломаешь топор.
И любовь с прекрасной селянкой на сеновале – это адище адское. Там пылища, жарища, полчища мышей и сено колется. Да, в луговой траве тоже плохо – сыро, комары, ползучие насекомые и зеленые пятна на одежде.
А если чуть серьезней, то перебираясь «на деревню» – особенно если это не просто огороженный коттеджный поселок, а именно деревня – надо заранее понять, что ты тут гость. Что в деревне свой менталитет, свой жизненный уклад. И его надо почувствовать, потому что нет ничего хуже, чем пытаться устроить тут свои порядки, чем зачастую грешат «внутримкадыши». Прогибаться под «деревню» тоже не надо, это будет понято, как слабость. Но гнуть пальцы – это страшная ошибка.
Прощупывая тебя, мужички будут намекать на необходимость «прописаться», «занять на горячее», выпить вместе. Отказывайте. Тем более, если это будет обставляться, как аванс за будущую работу. Никаких авансов, расплата только по сделанному. Иначе, во-первых, вы приобретете не авторитет, а репутацию человека, у которого всегда можно разжиться. А во-вторых, станете смертельным врагом жен этих мужичков. Но отказывать надо без резкости, умейте договариваться и общаться с уважением, но твердо.
В русской деревне есть уникальное свойство – неповторимый синтез глубочайшего индивидуализма и глубинной же общинности. Первое выражается в том, чтобы не лезть в чужую жизнь. Тут «мой дом – моя крепость» – не просто слова. Заглядывать через забор тут реально неприлично.
А второе... Понимаете, в деревне ты за все отвечаешь сам. Здесь нет коммунальных служб, есть только аварийные. Если хороший девелопер, председатель или глава администрации, то тут всегда будут почищены дороги, вывезен мусор и... И все! Все остальное сам. Не можешь руками – делай деньгами. Но из обязательного – будут чинить подстанцию, приедет (как сможет) скорая, пожарные и полиция. Не больше. Никаких электриков из ЖЭКа или сантехника. Все сам, все сам.Так вот, в таких условиях очень многое можно сделать только сообща. Если ты нормальный мужик, то тебе помогут и машину починить (без транспорта в деревне, кстати, очень трудно), и забор поправить, и теплицу собрать. А если есть толковые спецы, то и с электричеством помогут разобраться, и крышу покрыть. Часто эта помощь может оказаться бесплатной. Ну просто ты же потом тоже поможешь. А если и платной, то значительно дешевле, чем «через контору».
А главное – хорошие соседи. Это половина условия нормальной жизни «на земле».