Новость о том, что влиятельная группа эпидемиологов из Техасского университета подтвердила версию, согласно которой разница в уровне смертности разных стран объясняется наличием прививки от туберкулеза, сделанной в детстве, звучит слишком чудесно, чтобы быть правдой.
Но вроде бы эту же новость подтверждают и некоторые из авторитетных отечественных экспертов: действительно, вакцина от туберкулеза, так называемая БЦЖ, которую в СССР и странах восточного блока стали делать с 1962 года, эффективно страхует не от самой, правда, заразы, но от ее самых негативных последствий. Поэтому нельзя исключить, что россияне заражены коронавирусом в значительно больших масштабах и уже давно, но это, слава Богу, в очень и очень редких случаях завершается летальным исходом.
Подчеркиваю, история слишком похожа на сказку, чтобы быть правдой, но, говорят, есть весомые основания верить этой сказке, поскольку в Германии выяснилось, что в восточной части, где прививки БЦЖ делали в детстве, от коронавирусной пневмонии умирают значительно меньше, чем в западной, где прививки не делают.
Между тем, чтобы там ни говорили наши эксперты, с затаенным ужасом ожидающие «итальянского» развития событий, нужно все-таки понять, не загадывая на будущее, почему в нашей стране, как и в других бывших социалистических странах, ничего близкого тому, что мы видим в Италии, Испании и США, до сих пор не наблюдается. Почему там умирают тысячи, а у нас единицы? При том, что карантинные меры у нас были приняты с запозданием, а верить в наш особый русский иммунитет, не поддающийся «китайской» заразе, было бы слишком наивно.
Версия с БЦЖ кажется на сегодняшний день если не самой убедительной, то самой рациональной. Но если это правда, то как это наблюдение может быть идеологически проинтерпретировано, какое этому будет дано, скажем так, политическое объяснение? К сожалению, объяснение может быть очень разным и хотелось бы, чтобы оно было бы столь же рациональным и спокойным.
Прежде всего, уверен, появятся разного рода теории заговора – типа что вирус выпущен на свет Божий теми странами, чье население было от него изначально защищено. Сейчас уже британская разведка показывает пальцем на китайцев. Китайцы показывают на американцев, хотя сейчас их слова звучат менее убедительно.
Разумеется, если все подтвердится, мир будет разделен на две половины – привитую от туберкулеза и непривитую, и последняя будет винить во всем первую. Возможно, по этой причине версия о спасительной прививке и не очень популярна в нашей стране.
Но тот урон, которые нанесут неизбежно нашей экономике и социальной стабильности карантинные меры, конечно, может отчасти служить доказательством, что и для России эта зараза оказалась бедствием, для многих здоровых, но лишившихся работы людей бедствием ничуть не менее страшным, чем для больных.
Но прозвучат, разумеется, и рассуждения, что советское наследие оказалось тем хранителем России, который спас ее и другие народы от чумы XXI века. Что и говорить, сторонники красного проекта в 2020 году окажутся в парадоксальном идеологическом выигрыше, и я бы сегодня остерегся отрицать любые достижения этого проекта.
Но это, конечно, ответ из серии: меня спас амулет. Или подкова, которая, как сказал однажды Нильс Бор, приносит удачу даже тому, кто в нее не верит. Русские немного склонны к магическому мировосприятию – мы на самом деле немного суеверны (и сам я, признаюсь, такой), верим в приметы, стучим по дереву, плюем через плечо, просим наступить на ногу, если наступаем сами, чтобы не поссориться.
Вот и сейчас, столкнувшись с таким неожиданным подарком от советской власти, как прививка от туберкулеза, мы теперь почти наверняка остережемся критиковать что-либо из советского наследия, начнем относиться к нему, как шляпе волшебника с чудесными подарками, еще только не раскрывшими свою магическую силу.
Давайте подойдем ко всему рационально и в то же время, может быть, чуть критически. Давайте примем за аксиому, что вообще традиция предпочтительнее инноваций. Преемственность выгоднее изменений. Если что-то менять, то желательно делать это постепенно, медленно внедряя в жизнь что-то новое, приспосабливая новое к старым обстоятельствам, а не ломая обстоятельства через колено.
Я понимаю, что сейчас, на гребне массовой самоизоляции, возникнет огромное желание поиграть в «новую цивилизацию», в дистанционные формы обучения, в видеоразвлечения, в интерактивное общение с партнерами по-чему-угодно. Может быть, как и с отменой БЦЖ, не будем спешить, поймем, что радость личного общения ученика с учителем, коллег по работе, женщины и мужчины не заменит никакой ZOOM.
Что при всем богатстве нынешнего карантинного опыта, все-таки работа и дом – вещи плохо сочетаемые, если дом – это, конечно, дом, а не офис с личной спальней и кухней. И как сказано в одном известном фильме, муж с женой должны жить в одном месте, а работать в разных. А наоборот едва ли получится, особенно если есть еще и дистанционно обучающиеся дети.
Если не отмененная, слава Богу, прививка от туберкулеза реально оказалась нашим спасением, то есть основание задуматься о том, что здоровый консерватизм и в самом деле должен стать нашей настоящей социальной программой, во всех областях жизни – от искусства до медицины.
Конечно, надо меняться и внедрять все новое, полезное и достойное существования. Но не нужно изменяться ради изменения, по той причине, что так теперь «носят в Париже», что так заведено у прогрессивного человечества. Прогрессивное человечество, кажется, крупно село в лужу. И, может быть, оно поспешило не только с отменой БЦЖ, может быть, оно спешит и с разрушением нуклеарной семьи, национальной идентичности, привычной городской среды, занимаясь превращением всех зарослей и скверов в один сплошной английский газон?
Слава Богу, что антипрививочники не победили сторонников советского вакцинирования. Но это только в одной этой области, а в скольких других торжествуют инноваторы? Все парки и скверы Москвы почему-то облагорожены под один стандарт: везде деревянные настилы, лежаки, как на пляже, урны одинакового размера и формы. Наверное, нужно добиваться разнообразия не только этнического, но и экологического. И так везде и так во всем.
Все книжные магазины в Москве стали походить на магазин «Республика», все театры – на Гоголь-центр, все телевизионные ток-шоу – на словесные бои без правил. Конечно, рыночная логика чуть корректирует этот прогрессивно бюрократический стандарт, но карантин нанес такой удар по потребительскому рынку, что теперь, боюсь, и все кафе станут напоминать одну «Шоколадницу» с единым набором продуктов на все случаи жизни.