Как это все скучно и предсказуемо. Стоило появиться списку номинантов на нынешнего «Оскара», как некая Эмма Спектер строчит в Vogue заметку: «Похоже, что Оскар-2020 весь про фильмы для белых старичков (опять)». Название заметки получилось длиннее, чем убогая мысль, размазанная по тексту – «опять кино для цисгендерных белых мужиков, бла-бла-бла, не выдвинули ни одну женщину-режиссера, бла-бла-бла, ни одного цветного» и так далее.
Понятное дело, Vogue и его авторы – еще те специалисты в кино: контора, которая умеет только делать сотни миллионов на жесткой эксплуатации девушек-моделей, и не им бы рот открывать. Но либеральный обком требует высказываться в рамках партийной идеологии, вот они и стараются.
При этом, конечно, госпожа Спектер в курсе, что большинство голосующих в гильдиях – это не то, чтобы очень белые очень мужчины, а скорей, пожилые трудолюбивые еврейские тетушки, на плечах которых издавна стоит Голливуд. Но она делает вид, что это ей неизвестно.
Первым, на удивление, высказался в Twitter гений литературного маркетинга, который в последние два года просто переживает новый расцвет экранизаций своих произведений – белый не гомосексуальный старик Стивен Кинг: «Как писатель я могу голосовать в трех категориях – лучшая картина, лучший сценарий для экранизации и лучший оригинальный сценарий. По мне, так политика «многообразия» (diversity), если ее применять к актерам и режиссерам, просто не работает. Я никогда не рассматривал «многообразие» в вопросах искусства. Только качество. Делать по-другому было бы неправильно».
Кинг, которому вообще-то нечего терять, обращает таким образом внимание на то, что такие вещи, как «Оскар» (и более мелкие объекты), постоянно подвергаются нападкам группировок, которые считают, что награды и деньги надо раздавать по разнарядке от местного комитета. Вернее, от множества местных комитетов – от женсовета, от трансгендеркома, от цветнегрокома, от гейкомиссии. Причем единственные, кто сам не жалуется – это геи, потому что де-факто они победили, и геев теперь вставляют в каждое кино даже для начальных классов. Но за них это делают дамочки из Vogue, New Yorker, NYT и прочих прогрессивных изданий. Их любимая тема, чтобы не затухал огонь священной борьбы, «может ли гетеросексуальный актер играть гея на экране?».
Отсюда уже один шаг до вопроса: «Может ли еврей Броневой играть нациста Мюллера?» – остальное затеряется в пучине невыносимого бреда, который так много и качественно поставляют нам представители нового культурного марксизма.
А тем временем новозеландский актер национальности маори с мамой-еврейкой Тайка Вайтити пока спокойно играет Гитлера в фильме, номинированном на лучшую картину года «Кролик Джоджо». До него не добрались активистки борьбы за партийную чистоту. Сам фильм по вершкам отрабатывает идею, заложенную в картине «Жизнь прекрасна» Бениньи – чтобы ужас пережить, его нужно переиграть. Картина вполне милая и спасибо ей за то, что миллениалы впервые услышали, как The Beatles поют по-немецки «Gib mir Deine Hand», а заодно Дэвида Боуи с немецким вариантом своей великой песни «Helden / Heroes».
Удивляет другое – не то, что в кино мало негров-актеров, достаточно постоянно смотреть кино, чтобы убедиться, что и эта предъява активистов – фуфло. Удивляет количество Скарлетт Йоханссон на квадратный метр. Она присутствует аж в двух картинах-номинантах (упомянутый «Кролик» и «Брачная история»). «Брачная история» непонятно почему вдруг получила такой карт-бланш – нормальная ровная история о том, что обалдевшие от эгоизма креативные родители в своем самокопании тупо забивают на ребенка. Так вот, ее номинировали саму аж два раза в этом году: и за роль второстепенного плана, и как лучшую актрису.
И никто не возмущается – не отняла ли она свои номинации у какого-нибудь жирного трансгендера. Может, потому что она участвовала на прошлых выборах в избирательной кампании кандидата от Демократической партии Джона Керри? То есть априори видная антитрампистка. Было бы наоборот – не видать ей по две номинации за один присест.
С номинантом «Джокером» все носились как с писаной торбой и до «Оскара». Хоакину Фениксу очень повезло, что вырос зритель, который не умеет отличить полуторачасовой набор актерских этюдов от собственно кино.
Но зато этот зритель умеет формулировать свои страхи. Судя по номинациям, внешний страх это все еще и опять Гитлер, внутренний – Мэнсон и воображаемый – Джокер.
Они уже не отличают выдуманные символы от реальных людей, потому что и реальные антигерои подвержены переработке – воображаемый друг-Гитлер в «Кролике», Чарли Мэнсон и его девки, которых режут и жгут вместо Шарон Тейт в «Однажды в Голливуде» – все это попытки отработать инфернальные страхи сытеньких обитателей Санта Моники. Если Ди Каприо что-то дадут за фильм Тарантино – не жалко, он давно уже доказал, что он отличный актер.
«Маленькие женщины», который тоже номинирован на лучшую картину – экранизация классического романа Луизы Олкотт 1868 года. Понятно, что новым активисткам хочется спроецировать себя на героинь. Но именно эта картина представляет автора Vogue полной непрофессиональной дурой с ее нытьем. Потому что продюсерша фильма – вполне себе женщина, первая режиссер, которую уволила продюсерша – тоже, вторая режиссер, которая картину заканчивала – тоже. Все главные актеры там тоже дамы. И чо?
«Форд против Феррари» звучит как экшн-муви с Вин Дизелем, а на самом деле – про противостояние Генри и Энцо. Наверное, это есть то самое кино для белых гетеросексуальных стариков. Хотя настоящий белый старик с удовольствием посмотрел бы кино про то, как Николя душит собственными руками Илона.
«1917» удивительно унылая картина, да еще и про эпоху, когда у нашей публики были другие проблемы. Вряд ли ее ждет счастливая прокатная судьба на территории РФ. Ну а «Ирландец» умиляет зрителя коллекцией натуральных белых старичков. Публика все еще находится под очарованием полузабытых имен типа Скорсезе и прилагающихся к нему динозавров.
В общем, все ровно. Гомогенно. Надеюсь, местные миллионеры-леваки в этот раз не станут произносить политических речей со сцены на вручении.
Ах да, похоже, что зацикленность местных на одном единственном исчадии ада – Трампе, в этом году отменит традиционный конферанс. Потому что шутить, собственно, не о чем. В эпоху политического активизма и шариковых, первым умирает юмор.