Все последние тревожные новости из района Персидского залива производят двойственное впечатление. И Иран, и Соединенные Штаты всячески демонстрируют, что нисколько не боятся полномасштабного вооруженного конфликта друг с другом. Но при этом обе стороны всячески избегают вплотную приближаться к опасной черте, пересечение которой не оставит противнику никакого выбора, кроме начала военных действий.

Иранцы сбили американский дрон – Трамп отменяет ответный ракетно-бомбовый удар, причем делает это максимально публично. Вскоре поступает сообщение, что десантный корабль США уничтожает в небе над Ормузским проливом иранский беспилотник. Тегеран делает вид, что вообще ничего не произошло – мол, все летательные аппараты вернулись на базу.

В какой-то момент в противостояние затесались британцы. В союзническом порыве они задержали танкер с иранской нефтью в районе Гибралтара. В ответ военно-морские силы Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) арестовали судно, следовавшее через Ормуз под штандартом Ее Величества.

Дальнейшие события являются еще одной иллюстрацией сложности ведущейся в регионе игры. Корабль королевских ВМС, находившийся поблизости, не пошел на выручку танкеру. Аудиозапись радиопереговоров между английскими и иранскими моряками, попавшая в руки прессы в минувшее воскресенье, показывает, что у капитана британского фрегата не было разрешения на применение силы.

Иран и Соединенное Королевство после недолгой заочной перепалки быстро смягчили свою риторику. Поначалу Тегеран во всеуслышание заявлял, что захват британского судна был «ответным ходом на английское пиратство», а британские парламентарии поругивали правительство за «нерешительность» (мол, Маргарет Тэтчер не стала бы медлить). Но уже в минувшую субботу обе страны стали искать пути к деэскалации.

В частности, официальные иранские СМИ сообщили, что танкер был задержан в связи с расследованием его столкновения с рыбацким баркасом, экипаж находится на борту судна и вскоре может отправиться домой. Практически одновременно председатель комитета по иностранным делам палаты общин Том Тагендхат заявил, что силовая акция по освобождению танкера «была бы крайне неразумным шагом».

У уходящего со сцены правительства Терезы Мэй явно нет карт-бланша на дальнейшее повышение ставок. Поэтому оно проводит бесконечные консультации и выступает с чисто символическими заявлениями. Например, о необходимости осуществить «европейскую военно-морскую миссию по противодействию иранскому пиратству».

«Отличилась» и британская разведка. Предотвратить захват танкера под имперским флагом она не смогла, но виновных в неприятном для Лондона инциденте «нашла» довольно быстро. Ими оказались… «русские хакеры» под личным руководством Владимира Путина. Россия якобы «подделала сигналы GPS», в результате чего танкер заплыл «куда-то не туда».

Обращает на себя внимание явная нарочитость слива информации о соответствующем «расследовании МИ-6» в прессу. Британская газета Mirror опубликовала материал о «причастности Путина» уже 20 июля. Увы, обвинения Москвы во всех неприятных событиях в мире стали для западных политиков самым безопасным образом действия в сложных ситуациях. В данном конкретном случае версия о «русском следе» позволяет Лондону не нагнетать обстановку в заливе и при этом сохранить лицо.

Судите сами. Если, как пишет Mirror, британский танкер, ведомый «поддельными сигналами GPS», зашел в территориальные воды Ирана, то ВМС КСИР действовали в целом правомочно, так что освобождения судна следует добиваться исключительно дипломатическим путем. Ни о какой военной акции спасения или возмездия речи быть не может. Даже военно-морскую группировку в регионе можно не наращивать.

Со временем, видимо, все-таки придется что-то делать с этой привычкой западных партнеров безапелляционно обвинять Москву во всех смертных грехах и списывать на нее все свои промахи. Сейчас же можно лишь констатировать, что информационный вброс о причастности России к инциденту в Ормузском проливе свидетельствует о желании Лондона смягчить последствия от своего участия в танкерной войне.

Не пошел на обострение и Тегеран. Министр иностранных дел Исламской Республики Мохаммад Джавад Зариф призвал фаворита в борьбе за место следующего премьер-министра Великобритании Бориса Джонсона «возродить нормальные отношения (между двумя странами), основанные на взаимном уважении». Джонсон, в свою очередь, на партийных дебатах исключил возможность участия Соединенного Королевства в военной операции против Ирана, если таковая будет начата Соединенными Штатами.

Учитывая, что Борис Джонсон в большинстве вопросов внешней политики ориентируется на хозяина Белого дома, можно предположить, что оба политика действуют во многом согласованно. Джонсону это сулит дополнительные дивиденды в случае, если он станет главой кабинета. Он вполне сможет записать себя в соавторы процесса деэскалации в заливе и даже мирного процесса в регионе. Если, конечно, ситуация не начнет развиваться по самому худшему сценарию.

В США и мире, увы, хватает политиков и групп влияния, которые заинтересованы в ударе по Ирану и даже в очередной полномасштабной войне на Ближнем Востоке. Это не только лоббисты военно-промышленного комплекса США, но и союзники Вашингтона в регионе (прежде всего Саудовская Аравия и Израиль), американские неоконсерваторы и либеральные интервенционисты, а также транснациональные финансовые корпорации, которые не прочь увеличить свое состояние и усилить свою власть при перекраивании нефтяного рынка, которое станет неизбежным, если Ормуз станет местом военных действий.

Соединенные Штаты сегодня вполне могут обеспечить себя углеводородами самостоятельно. Конечно, в их интересах более плавный переход на самообеспечение, но технические трудности, связанные с перебоями ближневосточных поставок, будут достаточно быстро преодолены. Кто пострадает в первую очередь – так это экономики стран Азиатско-Тихоокеанского региона, в том числе Китая. Так что представители «партии войны» в Вашингтоне при каждом удобном случае будут напоминать Трампу о дополнительном «бонусе» операции против Ирана в виде создания сложностей для Поднебесной и повышения спроса на американское топливо.

Считается, что главным противником новой войны является Пентагон. Военные слишком хорошо знают, какова цена операций за рубежом. Они также понимают, что Иран представляет собой куда более крепкий орешек, чем Ирак и Сирия. Но в руководстве военного ведомства, а также среди высшего командного состава немало тех, кому неоконы и прочие «ястребы» уже пообещали теплые места в своих мозговых центрах, если Исламская Республика подвергнется массированному нападению.

В Белом доме также нет единодушия относительно дальнейших действий на Ближнем Востоке. Сам Трамп явно не хочет новой войны, но он вынужден опираться на тех, кто его поддерживает. А среди них немало сторонников удара по Ирану. Глава государства вынужден был пойти им навстречу. Он вышел из иранской ядерной сделки и наложил на Тегеран удушающие экономические санкции. Теперь его задача состоит в том, чтобы не перейти последнюю черту, которая почти наверняка обернется для него политической катастрофой. Но именно в пересечении этой черты и состоит сегодня задача вашингтонских «ястребов». Поэтому их давление на президента будет только возрастать.

В этой ситуации Трамп предпринял отчаянное усилие отсечь наиболее воинственных политиков от иранского вопроса. Главным эмиссаром Вашингтона в налаживании диалога с Тегераном стал злейший враг неоконов и лично советника президента по нацбезопасности Джона Болтона сенатор Рэнд Пол. Даже госсекретарь Майк Помпео сейчас не столь активен на ближневосточном направлении, хотя и предпочитает говорить о готовности США к диалогу с Исламской Республикой.

Пол, пожалуй, является наиболее известным «голубем» в Вашингтоне. В свое время покойный Джон Маккейн был настолько раздосадован пацифистскими призывами своего коллеги, что обвинил Рэнда в работе на Путина. Сенатор Пол обладает достаточным влиянием и доверием президента, чтобы возглавить мирную миссию. Его позиция также хорошо известна в Тегеране, так что с ним иранские власти будут беседовать с куда бóльшим желанием, нежели с Помпео и Болтоном.

Первые сообщения о данном Рэнду Полу поручении появились еще в середине прошлой недели, однако лишь 19 июля Трамп подтвердил, что доверил сенатору вести переговоры о деэскалации с Ираном. Полу, пожалуй, предстоит самая тяжелая работа в его жизни, ведь он будет постоянно находиться под прицелом критики вашингтонских «ястребов».

Сходная борьба между сторонниками жесткой линии и миротворцами идет и в Иране. Верховные лидеры страны и руководство Корпуса стражей Исламской революции постоянно выступают с воинственными заявлениями и делают вид, что переговоры с США (во всяком случае, до полного снятия всех санкций, предусмотренных ядерной сделкой 2015 года) невозможны.

Тем не менее Мохаммад Зариф и Рэнд Пол все же встретились в здании ООН в Вашингтоне и договорились о продолжении контактов.

В ближайшие недели и месяцы мы будем наблюдать своеобразное соревнование между «ястребами» и «голубями» обеих стран. Первые будут стараться спровоцировать вооруженный конфликт. Вторые – добиваться сначала деэскалации в заливе, а затем и заключению некоего предварительного соглашения, которое бы позволило разрешить накопившиеся противоречия без большой войны.

Преимущество пока, увы, на стороне «ястребов». Хотя бы по той причине, что организовать провокацию в водах Ормуза гораздо легче, чем вести долгие переговоры о мире. К чести «голубей» можно сказать, что им пока удавалось быстро ликвидировать последствия опасных инцидентов в регионе.