В тезисе американского истеблишмента об абсолютной недопустимости иностранного вмешательства в политический процесс в США есть изрядная доля лицемерия. И не только потому, что сами Соединенные Штаты на протяжении последних семидесяти лет беспардонно вмешивались во внутренние дела стран по всему миру.
Вашингтонские политики никогда не скрывали своей убежденности в том, что почти все в мире зависит от США, и чрезвычайно гордились этим. Америка, по сути дела, приучила мир к мысли, что любой сколь-нибудь серьезный вопрос окончательно решается только в Вашингтоне. Поэтому «вмешательство» в дела США и принятие самого деятельного участия в их электоральном процессе – естественное поведение для любой страны. Тем более, что в Вашингтоне созданы все условия для инвестиций в политический рынок «Града на холме» через лобби – как легальное, так и «серое».
У империи не может быть внешней политики по отношению к своим провинциям. Может быть только общая политика, учитывающая или не учитывающая их чаяния. Поэтому провинции будут коррумпировать столицу, «взламывать» ее демократию и вообще предпринимать любые усилия для того, чтобы их вопрос был решен положительно. То же самое будут делать коммерческие структуры, чьи интересы связаны с провинциальным бизнесом.
Американский внешнеполитический консенсус последних десятилетий – это сконцентрированное выражение пожеланий государств-союзников, военно-промышленного комплекса и транснациональных корпораций. Ни о какой внешней политике в ее классическом понимании, ни о каких реальных национальных интересах США речи не шло.
Конечно, Дональд Трамп, победивший на выборах 2016 года, не мог (да и задача такая не ставилась) полностью отказаться от учета корпоративных интересов. Зато он пересмотрел многие постулаты внешней политики США, за что и подвергся нескончаемым нападкам со стороны «акционеров» хорошо отлаженного «бизнес-процесса». Особая ирония состоит в том, что Трампа обвинили в «сговоре» с Россией – страной, которая уже по крайней мере сто лет не имела в Вашингтоне своего государственного лобби.
Так или иначе, но вопрос о внешней политике США вновь оказался открытым. Однако за радикальный отход от имперской политики ратует лишь меньшинство. Ни демократка-конгрессвумен Тулси Габбард, ни республиканский сенатор Рэнд Пол никогда не станут кандидатами в президенты от своих партий. Они даже не могут всерьез повлиять на мнение своих коллег-законодателей по большинству важных международных вопросов. За требование отказа США от роли мирового полицейского и скепсис в отношении некоторых союзников их обоих в разное время обвинили в работе на Путина.
Ведущий консервативного телеканала Fox News Таккер Карлсон – конечно, любимец публики и голос разума на кабельном американском ТВ, но даже коллеги считают его белой вороной. Издание The National Interest (издаваемое одноименным фондом) можно по праву назвать влиятельным. Оно твердо стоит на позициях внешнеполитического реализма, отвергая империалистические идеологемы и предлагая более взвешенный подход к внешней политике. Но люди, близкие к фонду и журналу, абсолютно не представлены ни в Конгрессе, ни в исполнительной власти.
Трамп попытался изменить ситуацию. Формируя свой кабинет, он разговаривал не только со «стопроцентными» республиканцами, но и с Рэндом Полом, который и сегодня является его конфидентом и даже особым представителем по теневым переговорам с Ираном. Нашел время побеседовать Дональд и с Тулси Габбард. Таккера Карлсона считают неофициальным советником хозяина Белого дома и даже приписывают ему славу человека, который отговорил Трампа наносить удар по Ирану. Первым помощником 45-го президента по нацбезопасности стал Майкл Флинн, представитель как раз Фонда национального интереса. И свою предвыборную речь, посвященную внешней политике, Трамп произнес на мероприятии, организованном в апреле 2016 года этим фондом. Возможно, именно поэтому Флинн стал первым, по кому прокатился каток «русского дела».
Тем не менее все попытки действующего президента заменить империалистическую внешнеполитическую парадигму на национальную наталкиваются на ожесточенное сопротивление. «Украинское дело», которое стало основанием для начала процедуры импичмента, это не что иное, как реакция вашингтонского истеблишмента на сосредоточенность главы государства на собственно национальных интересах Соединенных Штатов.
Что же касается Демократической партии США, в старые добрые времена славившейся своей антивоенной риторикой, то она как будто вовсе отказалась от внешней политики, если не считать таковой антироссийские выпады. На всех праймериз-дебатах кандидаты-демократы, как по заученному, повторяли слова о «разрушительной деятельности Трампа», его «любви к диктаторам» и «плохом отношении к союзникам». Но далее – тишина. Единственным возмутителем спокойствия стала уже упомянутая Тулси Габбард, но ее рейтинг составляет на сегодняшний день 1% и вряд ли поднимется выше.
Нельзя сказать, что ведущие кандидаты-демократы совсем не высказывались по международной проблематике. Еще в сентябре 2017 года Берни Сандерс выступил с речью в Вестминстерском колледже (том самом, где Черчилль говорил о «железном занавесе» в 1946-м), в которой было много сказано об ошибках прошлого и угрозах сегодняшнего дня, но не дано никаких ориентиров на будущее. С точки зрения Сандерса, двумя главными международными угрозами для США являются глобальное изменение климата и «атака Путина на американскую демократию».
Годом позже сенатор-социалист выразился более определенно. На страницах британского издания The Guardian он опубликовал статью с говорящим заголовком: «На возникновение новой авторитарной оси необходимо ответить созданием международного прогрессистского фронта». По мнению автора, в «ось» входят Владимир Путин, Дональд Трамп, Си Цзиньпин, Виктор Орбан и др. Им следует противопоставить новое всемирное левое движение, которое будет бороться с неравенством, изменением климата и «национализмом» уже упомянутых лидеров.
Выбор печатного органа Сандерсом отнюдь не случаен. The Guardian считается респектабельной международной газетой левых.
На ее страницах уже два года ведется дискуссия на тему будущего «всемирного левого проекта». Электронную версию издания активно читают в США. Ее материалы регулярно перепечатываются популярными американскими новостными агрегаторами. Но самое главное – здесь можно опубликовать материал, который могут счесть «неформатом» в The New York Times или Politico. Не говоря уже о специализированных внешнеполитических изданиях вроде Foreign Affairs, которое, по слухам, отказало Сандерсу в публикации его манифеста, зато предоставило трибуну другому кандидату-демократу, Элизабет Уоррен. Ее статья вышла в январе 2019 года.
Уоррен тоже не представила никакой связной программы действий, однако ее потом долго критиковали за то, что она, осуждая Трампа, фактически использовала его риторику – об «окончании бесконечных войн», «сдержанности» в применении военной силы, «пересмотре зарубежных обязательств» и т. п. Кандидат выучила урок и с тех пор по международной повестке не высказывалась. Словно ждала новых вводных.
И вот свершилось! В том же издании The Guardian 2 декабря 2019 года была опубликована статья, посвященная «современной международной политике». Авторы, сдержанно похвалив Берни Сандерса за идею всемирного левого фронта, раскритиковали американских демократов за непонимание «текущего момента». По их мнению, нельзя ограничиваться «возвращением к нормальности» после ухода Трампа и «сдержанностью» на международной арене. Внешнеполитическая стратегия США и других «правильных» стран должна быть направлена на рост «демократических движений», которые будут договариваться между собой, минуя традиционные дипломатические каналы. Примерно так в свое время описывались цели Интернационалов, от первого до четвертого.
Элизабет Уоррен в статье досталось за то, что она «по-прежнему верит в старый основополагающий миф об общенациональном интересе», в то время как цель состоит в осуществлении «глобального действия», которое «будет соответствовать некоторым национальным интересам, но противоречить другим».
Авторы настаивают, что «новая политика» должна «отстаивать общие интересы глобальных 99 процентов, противопоставив их интересам консолидированной транснациональной олигархии». Звучит красиво, но совершенно исключает из рассмотрения национальное государство как субъект международных отношений. Теряет смысл и сам термин «внешняя политика», ибо по отношению к чему она будет внешней?
Каким образом будут защищаться права «глобальных 99%» без участия государств, авторы левого манифеста не уточняют. Впрочем, делается намек на «возрастающую роль многосторонних институтов». Будет ли это Евросоюз под властью нового интернационала или управляемый левым фронтом аналог ВТО, можно только догадываться. Но ясно, что «оси» предполагается противопоставить серьезную силу. Которая, в отличие от старых либерал-глобалистов, даже формально не будет признавать никаких границ и национального суверенитета.
Возможно, именно с этим связана истерия вокруг «грядущей климатической катастрофы», нагнетаемая ультралевыми. Общая опасность должна оправдать любые действия, направленные на демонтаж государств и прочих «институтов прошлого». Город, не принявший Грету, как пророка, должен быть сожжен.
Левая контрэлита, рвущаяся к власти, предельно ясно обозначила свои цели. На смену империи Pax Americana должна прийти куда более эффективная всемирная диктатура. Впрочем, если старая элита устоит, она тоже станет действовать жестче для укрепления собственной власти.
Одним из вариантов ответа на этот вызов могло бы стать укрепление «оси». Но нет никаких гарантий, что это удастся сделать в обозримом будущем. Каждому народу придется рассчитывать лишь на собственное национальное государство. Объединение вокруг его выживания и интересов должно стать новой идеологией. Его внутренней и внешней политикой. Его стратегией.