В Южной Америке растет цветок, похожий на знакомую нам сирень, с поэтичным названием бугенвиллия. Он, как и остров Бугенвиль в Тихом океане, назван в честь французского мореплавателя Луи Антуана де Бугенвиля, сделавшего свою родину пятой (после Португалии, Испании, Англии и Голландии) державой в истории человечества, снарядившей успешное кругосветное плавание. Несмотря на открытие острова французами, его история в первую очередь связана с Германией и Австралией.
Остров Бугенвиль относится к архипелагу ныне независимых Соломоновых островов в Меланезии, в юго-западной части Тихого океана, однако был включен в состав немецкой колонии Папуа – Новая Гвинея, а во время Первой мировой войны был оккупирован австралийцами. За две недели до провозглашения независимости Папуа – Новой Гвинеи в 1975 году жители острова объявили о создании собственного государства – Республики Северных Соломоновых островов.
Первый мятеж был быстро подавлен, однако недовольство центром у бугенвильцев с годами только нарастало. Особенно на фоне того, как добытая на острове медь обеспечивала до пятой части доходов всей страны, но не повышала уровень благосостояния местных жителей. В результате в 1990-е годы восстание вспыхнуло с новой силой и перетекло в полномасштабную кровавую гражданскую войну, унесшую жизни до 20 тысяч человек, то есть почти каждого десятого жителя острова.
Единственной страной, поддержавшей сепаратистов, были Соломоновы острова (кстати, наряду с Бутаном, это одна из всего двух стран мира, не имеющих прямых дипломатических отношений с Россией). Примирение было достигнуто в 2001 году при посредничестве ООН и при условии гарантий проведения референдума о самоопределении до начала 2020 года.
Референдум несколько раз переносился, но сдвигать его дальше уже не представлялось возможным, потому что это нарушало бы условия перемирия, и избирательные участки наконец открылись 23 ноября. Особенность плебисцита состоит в том, что он продлился две недели, и участки по очереди открывались в разных поселениях региона. А подсчитали голоса только сейчас: 97 процентов граждан – за отделение. Таким образом, на карте мира появилось новое государство – будущий член ООН и прочих международных организаций.
На голосование был вынесен вопрос: чего вы хотите для Бугенвиля – большей автономии или независимости? Этим он отличается от голосований, прошедших в Шотландии и Каталонии, где у общества спрашивали, они за или против независимости, то есть в данном случае статус Бугенвиля в любом случае изменился бы в сторону большей правосубъектности.
Надо заметить, что, в отличие от недавних референдумов в Каталонии и Иракском Курдистане, с самого начала не признанных центральными властями, плебисцит в Бугенвиле полностью легален, и власти Папуа – Новой Гвинеи обещали в случае выбора независимости не препятствовать процессу государственного строительства.
В то же время само голосование в поддержку независимости еще не означает окончательного принятия решения о сецессии. Согласно достигнутым договоренностям, в случае такого исхода правительство Папуа – Новой Гвинеи обязано провести необходимые консультации с правительством Бугенвиля и вынести их результат на рассмотрение национального парламента. Окончательное решение вопроса Бугенвиля остается в компетенции именно законодателей, однако предполагается, что они не смогут игнорировать волю населения.
Не стоит ожидать появления новой страны буквально в следующие недели или месяцы – на острове еще не сформированы политические институты, а экономическая база остается крайне слабой, поэтому без внешней поддержки (в первую очередь – со стороны Австралии, Новой Зеландии, Китая, Японии и США) новому государству будет сложно встать на ноги.
В то же время легальный статус референдума не оставляет сомнений, что при соответствующем желании новая страна – в отличие, скажем, от Косово или Абхазии с Южной Осетией – быстро сможет установить дипломатические отношения с государствами по всему миру и будет без проблем включена в ООН. Для динамично набирающего вес в мировой политике Азиатско-Тихоокеанского региона появление пусть небольшого, но нового игрока – событие крайне важное, которое, скорее всего, приведет к гонке региональных держав по установлению прямых отношений с островитянами.
Минимум внешних игроков будут интересовать инвестиции в замороженные медные рудники, а максимум – поддержка бугенвильцами в их геополитических раскладах в регионе. Россия, несмотря на то, что значительные географические открытия в Меланезии были совершенны именно нашими путешественниками, никогда не играла существенной роли на юге Тихого океана, поэтому, скорее всего, ограничится только припиской еще одной страны к консульскому округу посольства в Канберре.