Однажды в компании зашел разговор о сайтах знакомств – мой приятель утверждал, что это отличный способ снять девушку на ночь, не всегда бесплатный, зато безотказный. Я (наивное дитя) не поверила, но, будучи человеком дотошным, зарегистрировалась (как мужчина) и начала искать по параметру «секс на одну ночь».
В общем, иллюзии мои развеялись быстро. Да там на сайте, собственно, был параметр «хочу стать спонсором» для мужчин и «ищу спонсора» для девушек. Искавшие соблазняли и заманивали за достаточно скромную таксу. Именно так я поняла, что, в общем, даже при криминализованной проституции в нашей стране всегда найдется место подвигу.
Насчет криминализации и легалайза: на Украине вот недавно предложили легализацию проституции (раньше там предлагали декриминализировать легкие наркотики, но речь не об этом). У нас некоторые тоже заговорили о том, что это может быть хорошей идеей. Нет, не может. Проституция – это бизнес.
Смотрите: на первый взгляд кажется, что декриминализация выводит из тени преступные схемы. То есть теперь у нас не подпольные бордели, наводненные наркотиками, где работают дрожащие от страха девочки, запуганные мафией, а «объекты малого бизнеса». Да и в европейской прессе мы периодически видим счастливые истории проституток. Но нет, не все так просто.
В Германии проституцию декриминализовали. Все, ночные бабочки, вылетайте из тени, все можно. Однако почему-то теневой рынок только вырос. Выросло количество преступлений, связанных с проституцией, с торговлей женщинами.
В мире 22 страны, где проституция так или иначе легализована. Есть Нидерланды с кварталами красных фонарей, есть Швеция, где проститутки не привлекаются к ответственности, а криминализован только клиент – ему приходится платить штраф.
Есть Австрия, где проституция легализована, а таких проблем с мигрантами, как в Германии, нет. Есть, например, Дания, где проституция может быть только второй работой. Датчане считают, что торговать своим телом, чтобы выжить, – это отвратительно. Проституция может быть только хобби. Проститутки, как правило, регистрируются в качестве индивидуальных предпринимательниц, имеют свои профсоюзы...
И тем не менее уровень преступлений, связанных с проституцией, в этих странах выше, чем там, где проституция под запретом. Потому что легализация вызывает одно-единственное следствие – увеличение спроса. Растет спрос – растет предложение, и бизнес старается сделать его как можно более дешевым. А более дешевые предложения – это проститутки-мигрантки с отобранными паспортами.
Недавно в Красноярске произошло то, что часто случается с проститутками. Девушка по вызову явилась на адрес, где ее ждал клиент. Оказалось, что ждал он ее не один, а с другом. Двое мужчин восемь часов насиловали женщину, после чего ей пришлось выпрыгнуть из окна третьего этажа. Чудом осталась жива.
Тут, конечно, многие простодушные люди загыгыкают: «Ха-а-а, изнасилование проститутки». Объясняю: уголовный кодекс в данном случае абсолютно справедливо не делает различия между изнасилованием проститутки и изнасилованием порядочной женщины; секс против воли – это изнасилование.
Однако изнасилование проститутки – это ситуация, которая случается банально чаще, хотя не каждая такая женщина пойдет в полицию. Проститутка – это в принципе женщина социально незащищенная, это обратная сторона «пониженной социальной ответственности».
К чему приводит легализация проституции? К тому, что больше мужчин захотят воспользоваться этим, хм, товаром. И к тому, что больше женщин захотят продавать то, что у них есть – себя самое. Возможно, чтобы купить еды, возможно, чтобы купить новый айфон – легализация проституции дает понять, что продавать себя в принципе можно.
Тут можно поправить – «продавать тело». Но, насколько я помню, тело и душа обычно слиты воедино, а процесс их разделения называется смертью, я читала. Довольно хреново, когда женщины начинают продавать себя, и довольно хреново, когда в головах мужчин укрепляется мысль, что в случае чего он может пойти и выбрать женщину на рынке.Ничего, кроме деградации – во всех смыслах слова – из этого вырасти не может.