Многие с диким восторгом отзываются о европейской медицине, и в частности о немецкой. Скорее всего, эти люди ничего о ней не знают. В Германии действительно есть хорошие врачи. Но их намного – на порядок – меньше, чем откровенно безграмотных, которые хотят одного: денег от пациента. Год назад я лоб в лоб столкнулась с немецкой медициной. Пытаясь перешагнуть через лежащий на полу раскрытый чемодан, упала и каким-то невероятным образом оказалась заблокированной между чемоданом, компьютерным креслом и рамой кровати.
Встать сама не могла. Хорошо, что сын в этот момент был в Ганновере и вообще дома. Он вызволил меня из ловушки, но острая боль в колене не проходила. Нога синела и опухала. Решили ехать к врачу. В Германии врачи имеют praxis, что в России теперь называется «частная практика». Бывает, что врачи разных специальностей располагаются в одном здании, что удобно и для пациентов, и для медицинских сотрудников.
Травматолог, который принял меня в клинике недалеко от дома, с профессиональным приветливым взглядом частного предпринимателя осмотрел мое колено. Тут же мне сделали рентгеновский снимок и УЗИ. Это делают оперативно и охотно – обследования хорошо оплачиваются медицинской страховкой. Увидев на мониторе гематому, врач на секунду вышел из образа приветливого и демократичного – ахнул и сказал, что гематома «ну очень большая». Я и сама увидела на мониторе аппарата опухоль размером со здоровый мужской кулак.
Очень быстро выражение лица доктора-бизнесмена вернулось к приветливости, и он прописал мне лечение – нужен холод, а еще лучше прикладывать к колену творог.
– Творог? – с недоумением уточнила я.
– Да, да, – радостно оживился он. – Покупаете в простом супермаркете творог и двадцать минут держите его на колене, потом двадцать минут перерыв и снова творог.
Больше никаких рекомендаций он мне не дал. Проигнорировав советы врача с творогом, по дороге домой мы с сыном заехали в аптеку и купили холодящий гель в пакетиках. Пока ехали, я прикинула, сколько творога в день мне нужно было бы использовать и сколько это будет стоить. Выходила круглая сумма.
Так как травматолог сказал, что ни в каких ограничениях в режиме я не нуждаюсь, я прикладывала холод и ходила, хотя это и было очень больно. Как я потом узнала (уже от российских врачей), были порваны мягкие ткани и колену нужен был покой.
Сын через неделю уехал, и я зашла к домашнему врачу за рецептом на таблетки от кашля. Заодно показала ему колено. Он резко встал, скомандовал: «Пойдемте!» В Германии принято выполнять команды – особенно врачей. Я мысленно сказала «яволь», хотя и не сразу поняла, куда мы с ним, собственно, пойдем. Он за руку буквально приволок меня к любителю творожных аппликаций – травматологу, клиника которого располагается на том же этаже.
Тот снова сделал УЗИ, признал, что гематома выглядит хуже и надо лечить. Теперь нужно будет делать уколы в живот, сказал он. Я вздрогнула: сорок уколов в живот от бешенства после укуса собаки – это Дамоклов меч, под которым я провела детство. Я из-за этого до сих пор боюсь собак. Но меня ждал еще один шок. После того, как медсестра сделала мне первый укол, она сказала, что остальные я буду делать сама, что это очень легко и я, конечно, справлюсь. Дополнительно мне выдали костыли, чтобы разгрузить ногу. Костыли опять же оплатила страховка.
Через неделю я была в Москве, где врач направил меня на физиотерапию. Узнала от московских хирургов, что первым делом прямо во время УЗИ (под контролем на мониторе) нужно было оттянуть шприцем кровь из гематомы, после чего – закатать ногу в гипс.
Вот так немецкие бизнес-знахари едва не сделали меня инвалидом.
Единственный плюс в этой ситуации: я парковала машину как раз на местах для инвалидов и торжественно выходила из авто, сначала выставив из двери костыли. В Германии примерно треть парковочных мест отведена инвалидам. По причине толерантности.
Рыба тухнет с головы. В Германии министры здравоохранения очень редко бывают профессиональными медиками. Помню, как медицинское ведомство возглавляла типографская наборщица из партии «Зеленые» – Андреа Фишер. В настоящее же время в этом кресле сидит Йенс Шпан. По профессии банкир.Но это не потому, что нет медиков-управленцев. В нынешнем правительстве министерство обороны возглавляет акушер-гинеколог Урсула фон дер Ляйен. Недавно, после того, как ее подвергли острой критике за ряд скандалов в Бундесвере, ей грозила ссылка в виде поста министра здравоохранения. Но личная дружба с канцлерин помогла доктору медицинских наук продолжить снижать обороноспособность федеративной республики. И не повышать качество медицины.
Теперь я уже окончательно поняла, что в серьезных случаях проще искать хорошего врача в России. Да и в самых обычных случаях тоже. Так и надежнее, и быстрее, и дешевле. Зубы я уже давно летаю лечить в Москву.