В медийной среде США примерно полтора года назад появился термин «тест Обамы». Обозначают им следующий мысленный эксперимент. Если СМИ нещадно критикуют Трампа за что-либо, необходимо представить себе, как те же самые средства массовой информации отнеслись бы к таким же действиям экс-президента Барака Обамы.

Само собой, этот «тест» очень не нравится либеральным медиа. Потому что они раз за разом его проваливают.

Обама заявляет о выводе войск из Ирака – он «утирает нос республиканским ястребам». При Обаме случается «закрытие правительства» – президент «проявляет твердость». Обама увольняет очередного министра обороны – это «мудрый своевременный ход».

А вот Дональд Трамп, «закрывая правительство», отдавая приказ о выводе вооруженных сил из Сирии и расставаясь с главой военного ведомства Джеймсом Мэттисом, поступает «безответственно» и даже «преступно».

Поскольку все эти события произошли в течение одной недели и совпали с резким падением основных биржевых индексов, в прессе всерьез заговорили о том, что в Вашингтоне произошла «катастрофа», которая знаменует собой «начало конца президентства Трампа».

Иными словами, журналисты и «говорящие головы» – в который уже раз – сделали вывод, что «теперь-то уж точно» Трампу конец. Почти наверняка они с таким выводом снова поторопились. И снова провалили «тест Обамы».

«Катастроф» во время правления предыдущего президента США было немало. Так называемая система стимулов (по сути дела, вливание в финансовую систему огромного объема денежных средств), разработанная для преодоления последствий рецессии 2008–2009 гг., работала из рук вон плохо.

В 2010 году экономика все еще находилась в плачевном состоянии. По сути дела, спасти удалось только крупные банки, существенно увеличив госдолг. Ситуация на рынке труда продолжала ухудшаться, падали реальные доходы населения, разорялись целые сектора экономики.

Администрация Белого дома вместо того, чтобы всячески облегчать положение предприятий, продолжала возводить все новые и новые барьеры для бизнеса. Как правило, административные ограничения увязывались с эколого-климатической повесткой. На развитие «зеленой энергетики» выделялись огромные бюджетные ассигнования, нефтегазовые проекты иной раз попросту попадали под запрет, а промышленные предприятия закрывались, не в силах выполнить многочисленные требования по «чистоте» производства.

В результате в ноябре 2010 года на промежуточных выборах в Конгресс Демократическая партия утратила контроль над нижней палатой. Но эти выборы ни CNN, ни The New York Times не назвали «референдумом о Бараке Обаме».

44-й президент США, получивший авансом Нобелевскую премию мира, начинал как миротворец. Он обещал покончить с многолетними войнами на Ближнем Востоке. Его план вывести войска из Ирака и одновременно усилить воинскую группировку в Афганистане (для окончательной победы над «Аль-Каидой*»*) был встречен мейнстримной прессой с восторгом.

Как известно, обе части плана оказались несостоятельными. Никакой победы в Афганистане достичь не удалось. В Ираке же образовался вакуум, который довольно быстро был заполнен террористическими группировками, со временем объединившимися в «Исламское государство*».

Понятно, что первопричиной возникновения самопровозглашенного халифата было разрушение иракской государственности администрацией Буша. Но легкость, с которой боевики ИГИЛ* захватывали все новые и новые территории, была во многом следствием коррупции и очковтирательства при подготовке «новых иракских сил безопасности», на которые по настоянию Обамы были выделены миллиарды долларов.

В 2011 году США вместе с Великобританией и Францией ввергли в хаос еще одно ближневосточное государство – Ливию. Уже через год эта страна стала «страной мечты» для радикальных исламистов. В 2012 году «умеренные боевики» разгромили американское консульство в Бенгази, городе, который до того называли не иначе как «демократической столицей» Ливии.

Противники Обамы (и Хиллари Клинтон, уже тогда готовившейся стать его преемником) назвали трагедию в Бенгази «катастрофой». И не без оснований. Но, как известно, в том же 2012-м 44-й президент успешно переизбрался на второй срок.

Опыт Ирака и Ливии не пошел впрок. Еще в 2010-м и даже в начале 2011-го Белый дом называл сирийского лидера Башара Асада «реформатором» и «надежным переговорщиком». Но уже в августе 2011-го Барак Обама заявил, что «Асад должен уйти». Начались спецоперации ЦРУ в Сирии. Так называемую Свободную сирийскую армию исправно снабжали оружием и деньгами. В 2014 году начались бомбардировки силами американских ВВС. А в 2015-м на сирийской земле появились американские военные.

Кстати, поддержка курдских формирований на территории САР лишь в 2014 году стала подаваться как вклад в борьбу с ИГИЛ. Поначалу эти формирования рассматривались как основной кулак антиасадовских сил. Они, впрочем, не стремились штурмовать Дамаск и в основном охраняли свою территорию, которую со временем надеялись сделать частью независимого Курдистана.

Хаос нарастал. А оружие из США продолжало поступать. Весной 2016 года стало известно, что сирийские группировки, снабжаемые ЦРУ, ведут войну за территорию с группировками, поддерживаемыми по линии Пентагона. Никакой борьбы с «Исламским государством» или «антинародным режимом Асада», только бизнес.

Во внутренней политике тоже все не было гладко. Одним из знаковых достижений администрации Обамы считается реформа системы медицинского страхования, известная как Obamacare. Начало ее внедрения в 2013 году обернулось грандиозным конфузом. Помимо прочих сложностей, общенациональный сайт по продаже полисов отказывался работать почти полгода. Хорошо, что тогда еще не «изобрели» «русских хакеров», а то и в этом бы оказалась виновата Россия.

Словом, президентство Барака Хуссейна Обамы вполне можно описать как череду «катастроф». Повторюсь, это не помешало 44-му президенту переизбраться на второй срок. И, уж конечно, это не помешало либеральной прессе живописать все его восемь лет в Белом доме как «историю несомненного успеха».

Что ж, определенного успеха Обама, безусловно, добился. Америка при нем изменилась. Это объективный факт. Политкорректность достигла небывалых «высот». Социалистические умонастроения перестали быть маргинальными. Большинство СМИ отбросило «ложную скромность» и разделилось в своем освещении событий по партийным линиям.

Изменился и остальной мир. О «глобальном изменении климата» по «вине» человека заговорили даже те страны, которые раньше проявляли в данном вопросе разумный скепсис. Постиндустриальное мышление стало мейнстримом. Открытие шлюзов миграции из стран Третьего мира превратилось из вопроса рациональной политики в моральный императив.

Разумеется, оценивают эти изменения в США и других странах по-разному. Многие эксперты – в том числе убежденные либерал-глобалисты – считают, что именно радикальность обамовской повестки толкнула избирателей по всему миру в объятия национал-популистов.

Это отчасти правда. Надо только не забывать о том, что Обама не единолично и не явочным порядком радикализовал леволиберальную повестку. На середину 2010-х пришелся пик либерал-глобализма. В «столице западного мира» был востребован соответствующий лидер – в меру чернокожий, харизматичный, с гарвардским дипломом.

Что не менее важно, готовый не только говорить, но и действовать. Если Конгресс не желает финансировать программу Obamacare – «закрыть правительство». Не проходит билль о защите отдельных категорий нелегальных иммигрантов – подписать соответствующий указ в обход законодателей. Не получается легализовать однополые браки через принятие закона – надавить на Верховный суд.

Если «высокие цели» того требуют – вести тайные переговоры с Тегераном, бросить на произвол судьбы своего союзника Мубарака, разбомбить Ливию, вооружить сирийских инсургентов, «не заметить» экспансию ИГИЛ.

Трамп тоже пришел в Белый дом не в явочном порядке. Он не причина, а следствие коренной трансформации мира. В эпоху слома глобализации во главе США потребовался не интеллигентный гарвардский мальчик, а «носорог», последовательно таранящий вашингтонскую бюрократию и глобальную элиту. Оценивать его действия надо именно с этой точки зрения.

В том числе те действия, которые были предприняты накануне Рождества. Трамп «закрыл правительство», потому что в бюджетном билле не было предусмотрено финансирование строительства стены на мексиканской границе. Построить ее – предвыборное обещание президента. Если для его исполнения нужно «закрыть правительство» – так тому и быть.

Еще одним обещанием было «вернуть солдат домой» – вывести войска из Сирии, а затем и из Афганистана. Разумеется, за этим решением стоят и другие резоны, связанные с большой ближневосточной игрой. Если с ними не согласен министр обороны – что ж, пусть отправляется в отставку.

Обаме бы аплодировали за подобную решительность. Трампа осуждают. «Тест Обамы» не пройден.

Американским журналистам плевать, конечно, на всякие тесты. Они выполняют поставленную задачу.

Ну а Трамп выполняет свою задачу. Настолько и так, как может. Он будет продолжать в том же духе. Любые реалистичные внешнеполитические прогнозы должны учитывать это простое обстоятельство.

Стоит отдать Большому Дональду должное – другого «невозможного» президента уже давно бы сломали. А этот даже оттенок веселья придает своему стоицизму.

Рождественский переполох? Почему бы нет?

Merry Christmas, America!

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ