Когда в твоей жизни начинаются дни рождения, цифры которых тебе уже неинтересно озвучивать, позади образуется гора прошлого.

Милых и захламленных квартир – родительских и снятых, одиноких и вдвоем, в лучших районах и в странных местах, – откуда ты вышел однажды, вытаскивая последние вещи, и уже не вернешься.

Родных и чужих краев, со всеми их полями и реками, пивными и дайнерами, атлантическими океанами и домами с наличниками, куда ты так хотел бы вернуться, но их много, а ты один, как советская продавщица.

Близких друзей и отдаленных, но добрых приятелей, с которыми – очень редко – не поделили женщину, работу, или же – очень часто – не поделили соседнюю страну и прогрессивные ценности, а чаще всего – просто разошлись, постепенно и окончательно потерялись, и больше уже не выпить, не позвонить, не обнять.

Нежных и вредных подруг, которые, как сказал бы Иосиф Бродский, «умерли или замужем», и уже вряд ли когда-нибудь будут писать то, что писали, шептать то, что шептали, смотреть так, как смотрели.

Воспоминаний, глупостей, плохих фотографий, рваных билетов, чьих-то сережек, сломанных телефонов, ненужных книг, которые жалко выбросить, документов, оставшихся от тех, кого ты по-прежнему любишь, перепутанных проводов и ветхих записок: «Митя! Я приду в восемь. Салат в холодильнике. Не забудь заплатить за интернет!»

И что с этим делать? 

Нет, я не про гору прошлого. Что делать с прошлым – понятно. Любить.

Что делать дальше? Как жить?

В моем любимом английском сериале Any Human Heart одна аристократическая героиня – правда, она имела в виду не возраст, а нечто более существенное – отвечала на этот вопрос так:

«Приглашение, которое не может быть отклонено, должно быть принято».

Источник: Блог Дмитрия Ольшанского