Представим себе, что ожидается премьера первой полноценной кинобиографии Пушкина.
Русскому демиургу не повезло с равнодушными родителями и порочным дядей. Лицейская казарма приучила его к ревности, злословию, интриганству. Пушкин с малолетства глушит спиртное с гусарами, проводит свободные минуты с актрисами и другими женщинами сомнительного поведения, а после выпуска и подавно идет вразнос.
Ведет себя как воинствующий афей, достойный общества Емельяна Ярославского и соавторства Демьяна Бедного. Беспрестанно рожает похабные экспромты. Флиртует с графом Уваровым. В присутствии государя выезжает на сцену придворного театра верхом на фаллосе, снабженном колесиками (правда, оно уже где-то было)...
Царь грозит ему Камчаткой, виселицей и табакеркой, но потом предлагает сотрудничать. Пушкин соглашается, если негласно.
Друзья и женщины ведут себя с Пушкиным по-скотски, он отвечает им сторицей. Главные его произведения – матерные эпиграммы (в фильме наряду с пушкинскими солеными стихами звучат сомнительные апокрифы времен, самое раннее, некрасовских), а также «Гавриилиада» и «Бородинская годовщина».
Когда Пушкин успевает работать среди загула, не прекратившегося и после свадьбы с мерзкой Натали? Это не понять. Вероятно, эксплуатирует литературных негров вроде молодого Ершова, безалаберного Мятлева, осужденного Бестужева, слепого Козлова и обезножевшего Языкова. Никакого продолжения после «Я презираю Отечество мое с головы до ног…» и «Дар напрасный, дар случайный…» не следует.
|
Похоже, что после «царебожников» те же люди возьмутся за «христобожников» (фото: Алексей Даничев/РИА Новости)
|
Впрочем, митрополит Филарет (Дроздов) присутствует и выведен смешным ханжой. Грибоедову Пушкин завидует люто и радуется его гибели. Выходки Пушкина сводят в могилу Веневитинова и Дельвига.
Главное, о чем он жалеет перед смертью, – о том, что не опубликовал за границей «Историю Екатерины» так, чтобы все благодетели встали зодиаком, представляя немую сцену…
Играет Пушкина польский актер, известный своими симпатиями к Шамилю Басаеву, «Пусси райот» и АТО.
Попытки темной общественности спросить, что это ж такое творится и отчего на бюджетные деньги, натыкаются на обвинения в сталинизме, полонофобии и стремлении возродить ст. 121 УК РСФСР. А вступившегося за общественность известного родственника митрополита Филарета – профессора Николая Дроздова – уличают в искажении православия…
Возникает вопрос: «Это что за бред?»
Но отчего же бред? Какие-то факты пушкинской биографии здесь изложены немного тенденциозно, однако в целом близко к истине. В самом деле, Пушкин был человеком не самого благонравного поведения, равно как и многие из его близких, друзей и благодетелей.
Какие-то детали являются недоказуемыми, но правдоподобными допущениями. Мы, в самом деле, всего не знаем и не узнаем до конца времен, а Пушкин, Гончарова, Николай I, судя по всему, небезосновательно уничтожили немало документов. Иные допущения фактами не подтверждаются, но автор может объяснить, что решает таким образом свою творческую сверхзадачу – показать, как непросто жить в России, – и вообще так видит.
А что с Пушкиным обошлись несколько бестактно – так и без того всем известно, что не святой. Анекдотом больше, анекдотом меньше. Россия не рухнет…
Приблизительно то же самое происходит сейчас вокруг пресловутой ленты «Матильда».
С поправкой на то, что при несколько менее забористом сюжете из ее главных героев двое канонизированы Православной церковью. Что они (да и ряд других персонажей) уже были всячески оболганы. Что эта ложь и последовавшее в том числе и прямо из нее предательство (завершившееся убийством) и обвалили Россию, сделав тему эту незаживающе актуальной.
Так объясняют свою позицию противники выхода ленты на широкий российский экран.
При этом они отнюдь не требуют, например, уничтожить ее или обрушить на причастных к ее созданию всяческие кары. (Не требуют, возможно, за исключением отдельных горячих голов того типа, что ругаются и с собственными соратниками и сами себя оставляют за дверью).
Противникам ленты нужно прежде всего, чтобы государство в прямом смысле открестилось от сомнительного фильма. Потому что фильм представляет взгляды, что у противников его ассоциируются с потворством национальной катастрофе или с удовлетворением от ее результатов.
Нельзя сказать, чтобы ассоциации эти были беспочвенны.
Сторонники ленты до последнего времени утверждали, что оппоненты просто «не смотрели, но осуждают».
Однако список претензий к фильму, представленный историком Петром Мультатули, является либо слишком уж отчаянной клеветой, либо честной констатацией факта: «Матильда» недалеко ушла что от вымышленного нами «байопика», где Пушкин, к примеру, ставит на карту Натали, что от дежурного поношения Александра III, Николая II, императрицы Александры Федоровны, начатого самоубийцами-современниками и продолжаемого «Нечистой силой» Пикуля и «Коронацией» Акунина.
Если поначалу реакция противников фильма могла показаться того не стоящей и впечатление от нее портили отдельные одиозные персонажи, то теперь противники производят значительно более благообразное впечатление, нежели сторонники.
Воздержавшись от цитирования ругательств по его адресу, обильных и привычных безо всякой «Матильды», лучше разберем ругательства, адресуемые противникам фильма. Так проще будет понять его сторонников.
Хотя многих из них вернее было бы назвать «противниками противников» – до фильма им особого дела нет, но вот существование людей с обратными ценностями крайне их раздражает. А судя по накалу – даже страшит.
Понятно, чем возмущаются противники «Матильды», но какое чувство разжигает ярость в той части их оппонентов, что вовсе не являются поклонниками режиссера Алексея Учителя и горячими сторонниками свободы творчества?
Во-первых, удивляет пересыпаемая бранью угроза лишить депутата Думы Наталью Поклонскую депутатских и прокурорских полномочий, а то и признать невменяемой.
Депутат имеет право публично поднимать вопрос о том, что он сам или обратившиеся к нему избиратели считают нужным. Факт апелляции к религиозным ценностям никак нельзя признать основанием для психиатрической экспертизы.
Впрочем, немалая часть клуба любителей «Матильды» к религиозной жизни относится с почтением – правда, более или менее избирательно: главное, лишь бы это было не «реакционное христианство», или не «мракобесное православие», или не «ужасная» РПЦ и «черносотенная» РПЦЗ.
Во-вторых, противники фильма, конечно же, объявляются «фашистами» – и еще вопрос, для кого больше.
Для либерального крыла сторонников «Матильды» противники плохи уже тем, что считают себя православными, а многие вдобавок и слишком русскими. Им придется признать, что горестная эта ситуация в обозримом будущем не изменится, но почти все самое страшное «в этой стране» уже произошло.
Для красных же «противников противников» мир полнится зловещими знаками и преисполняется «монархо-власовцами» и «беломайданниками». Для кое-кого из них уже и Наталья Поклонская предстает неведомо чьим диверсантом, готовящим в России «ленинопад», как Николай II подготовил «февраль», представляющийся чем-то вроде финала горбачевской перестройки.
В-третьих, это полюбившееся многим словечко «царебожники».
Обозначает оно действительно осуждаемую церковью ересь. Вряд ли уместно говорить о лжеучении за отсутствием серьезных ересиархов, но лжеидея такая существует. Состоит она в приписывании государю Николаю Александровичу (а также его возможному преемнику, который возродит русскую монархию) свойств и деяний Христа, явленных в первом Его пришествии и обетованных во втором.
Несомненно, ввиду известных несчастий сегодняшней русской православной культуры царебожники вправду попадаются, как встречаются не от большого ума (и всегда встречались), например, смертобожники, превращающие обнадеженную христианскую жизнь в сплошную панихиду в ожидании нирваны.Разумеется, царебожникам, как и носителям прочих ересей, следует давать укорот, но странно, что этим делом сейчас озаботились люди, плохо понимающие, что христиане имеют полное право вступаться за память почитаемого святого, будь то хоть Сергий Радонежский, хоть Николай Мирликийский.
Равно как даже и нехристиане могут высказываться против диффамации хоть Николая II, хоть Пушкина. Тем более если эта диффамация, по распространенному в обществе мнению, уже приводила к тяжким последствиям.
Все это сторонникам «Матильды» как будто невдомек. Сами же они относятся к своим ценностям, хоть «нашим общим», хоть «общечеловеческим», куда как трепетно и вечно видят опасность для них не только в агрессии, но и в малейшей заявке о ценностях чужих.
Соглашусь с тележурналистом Николаем Шелеповым: похоже, что после «царебожников» те же люди возьмутся за «христобожников».
Впрочем, не все: иные слишком уж озабочены, как бы «власовский» интерес к монархии не довел до «февраля». Ведь от «февраля» единственным спасением служат большевики, а где их взять…