В истории с Юлией Самойловой, которую Первый канал выбрал для участия в «Евровидении», а Украина в лице СБУ запретила ее въезд на свою территорию, открываются какие-то бездны смысла.

Европейские организаторы конкурса тоже, в общем-то, показали, что такое сегодняшняя Европа

Особенно если вспомнить слова исполнительного директора конкурса Йона Ола Санда, который в ответ на вопрос, как же так получилось, ответил буквально следующее: «В вопросе участия российской исполнительницы решение должны принимать украинские власти».

Нет, то, что нынешняя украинская власть – это сборище упырей самых разных калибров, в общем, понятно, наверное, уже даже самым «свидомым» гражданам Украины. И то, что если инвалид из России, то он не инвалид, а враг всего прогрессивного и гуманного человечества, тоже понятно всем. Примерно с последней Паралимпиады. Про эти очевидные вещи даже говорить не стоит.

Интересно тут другое.

Например, что Украина даже на уровне СБУ боится Россию настолько, что считает певицу-конкурсанта, девушку с инвалидностью первой группы для себя опасной. Отгораживается от нее. Запрещает ей въезд.

Что самое интересное, о запрете спикеры СБУ начали трубить еще за неделю. Ну да, очень важный информационный повод и очень «красивая» демонстрация своего «суверенитета». Хотя бы российских женщин, хотя бы на инвалидной коляске, но «переможэмо».

Информационный шум с сообщениями, что «на Самойлову уже лежит соответствующая бумага», говорит о такой дремучей провинциальности и зависимости от России, что дальше можно еще хоть сто лет петь про «никогда мы не будем братьями».

Никто не поверит в этот суверенитет. Потому что в информационной повестке Украины есть только Россия, она на первых ролях и на первых планах. Всегда. По малейшему поводу.

Вот может кто-то у нас в стране без помощи Гугла с ходу сказать, кто там на «Евровидении» в этом году участвует от Украины? Ну, или как зовут руководителя СБУ? Нет.

А вот на Украине Самойлова – это теперь практически «национальный антигерой», которую героически «забороло» украинское незалежное государство на пределе сил и возможностей с подключением контрразведки.

Понимают ли эти люди, что таким образом демонстрируют всему миру, что они несмешные клоуны? Думается, что нет.

Один из признаков глубочайшего комплекса неполноценности, оборотная сторона которого – мания величия, – это тотальное отсутствие чувства юмора. В том смысле, что человек не чувствует, что окружающим от него делается гомерически смешно.

Вспомните Огурцова из «Карнавальной ночи». Вот Украина – это и есть Огурцов, только уже в терминальной стадии, и по-русски говорить не умеет, все щебечет на каком-то местечковом суржике.

«Евровидение» – это, в теории, что? Конкурс песни, молодых и не очень молодых талантов. Который раздвигает границы и показывает всей Европе, да и миру, что и как люди могут спеть.

Но в последние годы как-то не задалось. Все больше политики и только политики. Той самой «гибридной войны», где Россия совсем не инициатор «военных действий», не агрессор. Потому что дискриминация инвалида-конкурсанта – это и есть агрессия. Агрессия Украины, и, что характерно, довольно трусливая.

Здесь сразу стоит оговориться, что оно и к лучшему.

По большому счету, с «Евровидением» все было давно понятно. Да и с Украиной тоже. Так просто вопрос «российского песенного вторжения» Украина бы не оставила. И закрытие для Самойловой границ Украины – это лучший вариант.

Потому что Бог его знает, что бы там было с нашей конкурсанткой по приезде и справилась бы охрана со «свидомыми гражданами» или нет. Они в последнее время буянят масштабно.

Европейские организаторы конкурса тоже, в общем-то, показали, что такое сегодняшняя Европа.

Они просто испугались. Испугались так, что переложили критерии конкурсного отбора «Евровидения» на украинские власти. Ну и, в общем, понятно, почему их там в Европе избивают и насилуют. Вот поэтому. Страх стал настолько естественной частью национального кода европейцев, что таких, что называется, «грех не обидеть».

Тем не менее из всех возможных вариантов нынешний – один из самых безопасных и благоприятных для Самойловой. Да, она искренне рассчитывала, что «Евровидение» вне политики, и ехала туда петь. Но так получилось, что «всё политика», а нынешние моральные ценности украинских политиков позволяют воевать с женщинами, с певицами, имеющими инвалидность первой группы.

Впрочем, думается, Самойлова споет еще не раз и не два. В куда более комфортной и безопасной обстановке.

В общем-то, тут можно было бы закончить тем, что «Евровидение» превратилось в хуторской смотр песни и пляски, что «украинство» настолько токсично, что моментально поражает все происходящее на своей территории. Но это и так вполне очевидно.

Показательно тут тотальное расчеловечение и украинцев, и европейцев.

У одних все человеческое заменяет ненависть и страх, у других – просто страх. И, в общем, Самойловой есть чем гордиться: самим фактом своего присутствия она обнажила такие бездны человеческой низости, так наглядно продемонстрировала всему миру, чего стоят «западный гуманизм» и прочие европейские ценности, как это практически никому до нее не удавалось.

И если одна из задач творчества – обнажать подноготную душ человеческих, то Юлия Самойлова обладает воистину даром от Бога. Поскольку тут души обнажились до самого дна и ниже. И это, заметим, она еще на конкурсе не спела.