Огромная проблема постсоветских стран – опущенная нам сверху немецкая этика, противоестественная нашей, да и вообще человеческой природе.
Я имею в виду новую немецкую этику, созданную после Второй мировой войны для интеграции немецкого общества в новую реальность, которую можно охарактеризовать как воинствующий гуманизм.
Однако тут произошел интересный казус.
Поскольку в основе фашизма, на борьбу с рудиментами которого был изначально направлен этот проект, лежит животное рацио, то есть гипертрофированное природное начало, то и все природное оказалось под косвенным ударом.
Пока были живы создатели этой новой этики, все ограничивалось рассуждениями Генриха Белля о навязывании футбола в католической школе как символе нового тоталитаризма.
Но это пока первые роли играли люди, пережившие и помнящие фашизм. Далее воинствующий гуманизм стремительно радикализировался.
Например, появились защитники окружающей среды, нападавшие на людей в шубах, а сам вопрос о состоянии планеты вынес внутриевропейский дискурс на глобальный уровень.
Ведь надо что-то делать, если правительство Китая выбрасывает в атмосферу слишком много углекислого газа.
И дальше – больше. Воинствующий гуманизм стал бичевать всех и вся: мусульман – за паранджу, русских – за ремень, христиан – за гомофобию.
Только евреев трогать все так же нельзя, ибо, согласно все той же новой немецкой этике, критика евреев – это самая красная черта из возможных.
Задал американскому педагогу вопрос касательно допустимости детских боев ММА и получил следующий ответ.Разумеется, это плохо. Это эксплуатация ребенка. Однако это ничем не хуже, чем участие детей в телевизионных шоу или хор мальчиков, где с малых лет дети превращаются в профессиональных артистов и теряют право на детство.
Я догадывался, что ничего особенно плохого, связанного с насилием, американцы там не увидят. Ибо существуют вне немецкой этики.
У них этика своя.
Источник: Блог Антона Розенвайна