Борьба в верхах мирового футбола продолжается. Отстраненные на восемь лет президент ФИФА Йозеф Блаттер и президент УЕФА Мишель Платини уже смирились с тем, что им придется уйти со сцены.

Вся канитель в ФИФА затеяна не только и не столько затем, чтоб изменить место встречи сильнейших сборных

Но оба деятеля продолжают биться за свою честь и профессиональную репутацию. Одно из подразделений инквизиции, а именно следственная палата комитета по этике ФИФА, напротив, считает наказание Блаттера и Платини чересчур мягким и требует пожизненной дисквалификации обоих. Продолжаются аресты, возбуждаются новые дела. И все активнее ведется предвыборная кампания кандидатов на пост президента.

Во вторник в новостных лентах взорвалась бомба – один из фаворитов предстоящих выборов бахрейнский шейх Салман бин Ибрагим аль-Халифа пригрозил отобрать у России и Катара чемпионаты мира 2018 и 2022 годов.

Что было весьма неожиданно, потому что шейх Салман, в отличие от иорданского принца Али, виделся вполне консервативным и менее управляемым персонажем. Сенсация, родившаяся в недрах британского спортивного портала Insidethegames.biz, размножилась со скоростью бактерий едва ли не во всех СМИ. А менее чем через сутки выяснилось, что представитель Бахрейна выразился несколько иначе.

Кандидаты отвечали на вопросы анкеты, в числе был и такой. «Считаете ли вы, что следует провести повторное голосование по странам – организаторам чемпионатов мира – 2018 и 2022, невзирая на результаты расследования»?

Шейх Салман, который в свое время активно продвигал кандидатуру соседей из Катара, ответил так:

«Без результатов расследования? Нет. Если суд докажет, что имели место серьезные нарушения, мы, конечно же, пересмотрим».

Почувствовали разницу? Примерно такая же, как между знаменитым «в СССР секса нет» и фразой «в СССР секса нет на телевидении», которую собиралась произнести участница телемоста, так вовремя оборванная ведущим. Вот и здесь нехитрая манипуляция со словами – и высказывание обретает иной смысл.

Зачем все это было сделано? Наверное, для проверки общественного мнения. Одно дело, когда о пересмотре места проведения чемпионата мира говорят некие британские журналисты и российские либералы.

И совсем иное, если о подобном повороте задумывается потенциальный глава ФИФА. И неважно, что шейх Салман сказал не совсем так. Искаженную фразу растиражировали все кому не лень, а правильную раз этак в сто меньше. Пробный шар запущен.

Конечно, чемпионат мира в России – большая кость в горле у многих недоброжелателей нашей страны, но вся канитель в ФИФА затеяна не только и не столько затем, чтоб изменить место встречи сильнейших сборных. Гипотетический пересмотр решения исполкома ФИФА – это скорее бонус-трек к охоте на Блаттера и Платини. А истинная причина... Короче, приз в студию.

В Милане встретились президент туринского «Ювентуса» Андреа Аньелли и председатель правления мюнхенской «Баварии» Карл-Хайнц Румменигге.

Руководители двух суперклубов высказали идею создания европейской футбольной суперлиги. «Новый турнир может проводиться под эгидой УЕФА или стать независимым. 20 клубов из Испании, Англии, Италии, Германии и Франции могли бы создать сильное соревнование. В будущем возможно проводить некоторые матчи в Азии или США», – сообщил Румменигге.

То есть существуют планы создать в Европе некую закрытую, элитарную лигу, что-то типа футбольного аналога НХЛ или НБА. В этом турнире будут играть сильнейшие клубы и лучшие игроки, здесь будут крутиться огромные, куда большие, чем в Лиге чемпионов, деньги.

Пока неясно, сохранятся ли национальные чемпионаты в странах большой пятерки, или участники новой лиги будут заняты только в своем турнире. Возможно, что двадцать чистых выделятся из своих первенств. В любом случае значимость национальных чемпионатов заметно упадет. 

Двадцать клубов из пяти стран. А что делать остальным? Как что, готовить кадры для элитной лиги, довольствоваться встречами с клубами двадцатки, если те соблаговолят, ждать своей очереди в людской – может, и их когда-нибудь примут в высшее общество. И выживать.

Идея эта не нова. В конце ХХ века сильнейшие клубы континента пытались замутить что-то подобное. Проект назывался G-14, по числу отцов-основателей. Тогдашний президент УЕФА Леннарт Юханссон не особо сопротивлялся. Он вообще слыл деятелем прогрессивным, не чета Йозефу Блаттеру.

Но главу ФИФА идея выделения из футбольной семьи клана избранных привела в бешенство, и деятельность раскольников получила отпор. Когда же Юханссона в кресле президента УЕФА сменил Мишель Платини, в борьбе наступил перелом.

Деятельность ложи G-14 постепенно сошла до продвижения куда более земных требований – защиты интересов клубов в турнирах для сборных, а вскоре и вовсе сошла на нет. В 2008-м G-14 объявила о самороспуске. Блаттер и Платини, тогда еще союзники, праздновали победу.

Блаттер и Платини не смогли развернуть процесс футбольной глобализации. Изменения, произошедшие в европейском футболе при Юханссоне, – перераспределение приоритетов от национальных соревнований в пользу еврокубков, в первую очередь Лиги чемпионов, изменение формата самих еврокубков, включая гибель Кубка кубков и последовавшее за этим резкое обесценивание национальных кубков, засилье легионеров в большинстве чемпионатов, оказались необратимы.

Это можно было только приостановить, законсервировать. Современная Лига чемпионов не слишком похожа на изобретенный Габриэлем Ано Кубок чемпионов. Но, в отличие от проекта G-14, Лига чемпионов – турнир открытый и формирующийся по итогам национальных чемпионатов.

Соревнования для сборных – чемпионат мира и чемпионат Европы – тоже пока живы, и это национальные федерации подгоняют сроки своих турниров под главные футбольные события, а не наоборот. Во всяком случае, так было при опальных, но пока действующих президентах ФИФА и УЕФА. 

И вот, казалось бы, похороненный проект подал признаки жизни. Пока что слова Румменигге – это пробный шар, диагностика общественного мнения и проверка реакции ФИФА и УЕФА. В случае чего можно и назад отыграть и снова погрузить идею в состояние сна. Но зомби зашевелился, и призрак элитарной футбольной лиги может материализоваться.

Причем довольно скоро. Зря, что ли, Блаттера съели. С Платини в придачу.