Распад СССР, произошедший в конце 1991 года, был обусловлен целым рядом обстоятельств, которые, тем не менее, никоим образом не являлись непосредственными причинами этого события. По прошествии почти четверти века все большим количеством людей оно начинает восприниматься как геополитическая катастрофа, которая привела значительную часть постсоветского пространства к регрессу и деградации.

Молдавия по уровню раскола и конфронтации населения стремительно догоняет Украину

При этом нельзя сказать, что эти процессы деградации затронули абсолютно все новообразованные государства. В связи с этим было бы достаточно интересно проследить причины и симптомы процессов регресса, затронувшего отдельные республики бывшего СССР.

1

Вопреки результатам Всесоюзного референдума о судьбе СССР, 1991 год стал годом так называемого парада независимостей, когда верховные советы союзных республик один за другим принимали декларации о независимости (некоторые оригиналы были впоследствии утрачены при различных обстоятельствах) и провозглашении новых государств.

«Парад независимостей» по сути своей являлся процессом синхронного и лавинообразного сепаратизма, который и привел к результату, который вряд ли кто-то мог предсказать или спрогнозировать.

При этом практически во всех новообразованных государствах начался процесс нагнетания и развития русофобских тенденций, которые призваны были заменить собой отсутствие каких-либо объединяющих национальных идей и внушить населению иллюзию того, что происходящие перемены являются единственной альтернативой Советскому Союзу. И это несмотря на то, что в руководстве этих государств оставались те же самые персоналии, которые наследовали власть от некогда являвшейся главной и единственной политической силы – Коммунистической партии Советского Союза и ее республиканских подразделений.

Ну а для того, чтобы отвлечь население от данного факта, были развернуты националистические кампании, которые в отдельных государствах привели к возникновению вооруженных конфликтов.

Надо признать, что процессы становления новых государств проходили по различным сценариям. Так, например, если в новообразованных государствах Прибалтики русскоязычное население было сразу объявлено людьми «второго сорта» (им просто отказали в предоставлении гражданства), то в остальных бывших советских республиках гражданами стали все проживающие там без исключения.

Тем не менее бывшие советские республики, обретшие независимость после распада СССР, в подавляющем большинстве своем двинулись по этнократическому пути развития, который декларировал тождественность понятий «русский – коммунистический – фашистский».

Одновременно разворачивалась пропаганда реваншистских настроений титульных наций, что не только привело к ущемлению национальных прав русскоязычного населения, но и при определенных условиях вылилось в вооруженные конфликты, которые были спровоцированы для ускорения развала СССР и разрыва существовавших экономических, культурных и межнациональных связей.

К сожалению, подобный вооруженный конфликт имел место и в Молдавии – и привел к образованию Приднестровской республики, окончательный статус которой не определен по сегодняшний день.

2

За все годы существования приднестровской проблемы между левым и правым берегами Днестра периоды оживления переговорного процесса сменялись периодами напряженности. Можно вспомнить различные протекционистские меры, к которым прибегали власти в Кишиневе, чтобы экономически «задушить» Приднестровье и таким образом склонить на свою сторону чашу весов в переговорах.

Основной проблемой отношений между Кишиневом и Тирасполем всегда являлся кризис доверия между сторонами. И в первую очередь это объясняется той политикой, которая проводится руководством Молдавии на контролируемой им территории в отношении русскоязычного населения.

Очернение советского прошлого, антироссийские и русофобские заявления членов правящего альянса, унионистские марши сторонников объединения с Румынией – все это дезавуирует любые попытки нормализации отношений с левобережьем Днестра.

При законодательном декларировании и видимом соблюдении равенства национальностей в постсоветской Молдавии произошло фактически установление этнократического режима, характеризующегося вытеснением русскоязычного населения из государственных учреждений, сокращением сферы применения русского языка, в том числе в образовании.

Причем, как ни странно, спецификой этнократии стало стремление к отказу от национальной самоидентификации в пользу соседней Румынии и настрой некоторых кругов национальной интеллигенции на ликвидацию Молдавии как независимого государства путем поглощения ее соседней страной.

3

Несмотря на распад СССР и образование новых независимых государств, постсоветское пространство продолжало во многих отношениях оставаться единым целым благодаря многочисленным экономическим, культурным, ментальным связям.

В этой ситуации начало процессов реинтеграции было вопросом времени. Они начались сразу же после того, как в самом мощном из новообразованных государств – Российской Федерации – был взят курс на построение самостоятельной политики и возрождение тех ценностей, благодаря которым Советский Союз долгие годы был ведущей мировой державой и обеспечивал существование многополярного мира.

Неудивительно, что подобные изменения в приоритетах на постсоветском пространстве вызвали негативную реакцию тех западных «партнеров», которые рассматривали территорию бывшего СССР исключительно как поле для продолжения колониальной политики нового типа, основанной на полном экономическом и, как следствие, политическом подчинении.

Именно как инструмент подобной политики и была создана программа «Восточное партнерство», призванная втянуть ряд стран бывшего СССР в орбиту Евросоюза, одновременно отдалив их от интеграционных процессов создаваемого Таможенного союза, который впоследствии развился в Евразийский союз.

«Восточное партнерство» стало программой узаконенного вмешательства Евросоюза во внутренние дела государств – участников этой программы посредством постоянных рекомендаций и условий, больше похожих на ультиматумы. Требования ЕС выдвигались даже в плане изменения законодательства и стандартизации.

Декларируемая цель вступления в ЕС между тем не становилась реальнее и достижимее из-за все новых и новых условий. Мелкие бонусы в виде, например, безвизового въезда граждан Молдавии в Евросоюз на поверку оказались фикцией, поскольку не позволяли жить в Евросоюзе постоянно и не давали права на работу.

Как оказалось в итоге, высшей формой поощрения для стран – участниц «Восточного партнерства» стало подписание договора об ассоциации с Евросоюзом. Данный договор ознаменовал собой новый этап экономического закабаления Украины и Молдавии, подписавших его, и поставил жесткие условия реформ, которые направлены на дальнейший разрыв экономических связей между этими двумя государствами и постсоветским пространством.

Как ни странно, а скорее закономерно, но продвижение по пути «демократизации» и «евроинтеграции» в итоге привело к формированию в этих государствах мощных олигархических группировок, фактически монополизировавших само государство и все ветви власти в них. На Украине это в конечном итоге привело к гражданской войне, а Молдавия по уровню раскола и конфронтации населения стремительно догоняет Украину.

4

Сегодня уровень доверия к законодательной, исполнительной и судебной властям в Молдавии не превышает 10 процентов. Это государство тотальной коррупции, тотального кумовства и тотального воровства. Это государство, которое на словах декларирует «европейские ценности», но при этом может до полугода держать под арестом людей, меняя предъявляемые им обвинения по три–четыре раза.

Это государство, где из банков можно вывести и отправить в офшоры сумму, равную десятой части бюджета страны, и все это при участии главы правительства и при попустительстве управляющего Национальным банком.

Словосочетание «захваченное государство» сегодня уже никого в Молдавии не шокирует и воспринимается абсолютно обыденно. Все прекрасно понимают, что полномочия правительства ограничены возможностями распила грантов и кредитов, которые поступают сюда с Запада, а реальная политика осуществляется совсем другими людьми, и ими же принимаются реальные решения по судьбе страны.

***

Когда почти четверть века назад по территории СССР зашагал «парад суверенитетов», кому-то могло показаться, что начинается новая жизнь, и в этой жизни все будет лучше, чем в прежней. Увы, прошедшие годы наглядно продемонстрировали, что произошедшее не пошло на пользу ни одному из появившихся на карте государств. А некоторые из них оказались отброшенными назад в своем развитии и уже практически потеряли реальную независимость.