Соединенным Штатам придется начать диалог с президентом Сирии Башаром Асадом, признался накануне госсекретарь Джон Керри, выступая в передаче «Лицом к нации» на телеканале CBS, в четвертую годовщину начала сирийской войны.

Первым пунктом в любых мирных переговорах было требование отставки Асада

«В конечном итоге нам придется вести переговоры», – сказал Керри. На этот раз Керри воздержался от обязательных ремарок о том, что режим Асада – это «угроза человечеству», он не имеет права на существование, что Асад непременно должен уйти.

Одно из американских агентств новостей чуть подыграло госсекретарю, назвав это заявление «некоторым смягчением» курса. На самом деле это разворот курса на 180 градусов и признание тотального фиаско политики Запада в Сирии в последние четыре года.

Зато агентство совершенно верно связало это «небольшое смягчение» с появлением на Ближнем Востоке новой угрозы – армии боевиков ИГИЛ*. Эксперты газеты ВЗГЛЯД буквально на прошлой неделе тоже предрекали такой сценарий, правда, они не рассчитывали, что отрезвление наступит так скоро. Примирение с Дамаском стало побочным эффектом от готовящейся «ядерной сделки» Вашингтона с Тегераном, а Тегеран, как известно, опекает Башара Асада.

Первым пунктом в любых мирных переговорах было требование отставки Асада

Гражданская война в Сирии, которую Штаты активно раздували, обошлась в более чем 200 тысяч жизней и породила хаос, из которого в итоге возникло ИГИЛ. Однако Керри не стал почему-то признаваться в ошибках. Напротив, он тут же попытался завуалировать свое признание рядом потешных оговорок, изобразив дело так, будто Штаты давно сами хотели вести разговор с Дамаском, да вот Дамаск упирался. Но ничего, теперь Штаты заставят Башара Асада вступить с ними в диалог. А то он вроде игнорировал.

«В итоге нам придется вести переговоры (с Асадом). Мы всегда хотели делать это в контексте (межсирийских переговоров) «Женева-1», – сказал госсекретарь и подчеркнул, что США намерены заставить лидера Сирии «пойти на это». По словам Керри, этим Запад продемонстрирует, что «все ищут политическое решение»: «Это тот (процесс), который идет прямо сейчас. И я убежден, что при помощи наших союзников и других (стран) давление на Асада возрастет».

Однако часть аудитории, которая не страдает склерозом, помнит, что все четыре года Штаты изображали Башара Асада абсолютным злом, как нового Гитлера. Первым пунктом в любых мирных переговорах было требование отставки Асада.

Примечательно, что одними из главных глашатаев, объявивших еще в марте 2011 года «Асад должен уйти», оказались два деятеля, которые с тех пор уже сами ушли – Хиллари Клинтон, предшественница Керри, и президент Франции Николя Саркози. Они ушли, а Асад остался.

Сирия стала третьей уже страной арабского мира, оказавшейся мишенью западных интервентов за последний десяток лет. Если Ирак был просто оккупирован, а Ливию разбомбили, то в Сирии, как известно, вмешательство было косвенным, чужими руками, но зато продолжается оно уже четыре года.

Официальная цель всех трех интервенций совпадала – свергнуть диктатуру ради спасения рядовых ее жителей от истребления и гнета. Итог везде одинаковый: рядовые жители всех трех стран продолжают истреблять друг друга в ходе трех гражданских войн. Сирия даже «поделилась» своей гражданской войной с соседним Ираком, так что теперь она у них как бы общая.

Тайна арабской демократии

Является ли сирийский режим диктатурой? Если говорить про арабские страны, то, как заметил пару лет назад глава кремлевской администрации Сергей Иванов, выступая на одном международном форуме, арабы вообще вряд ли могут перенять западный вариант демократии, а возможно, и никогда не смогут.

Но дело даже не в особенностях арабского мира. В любой стране любой режим всегда опирается на огромный «сегмент» населения. И диктатура тоже бывает популярной, но даже если нет, то и она опирается как минимум на поддержку 25–30 процентов жителей. Для большинства политологов это почти аксиома. Как правило, если поддержка диктатора снижается до 5–10 процентов, режим рассыпается.

Любой диктатор, будь он даже законченный эгоист, все равно должен заботиться не только о себе, но хотя бы еще и о четверти своих «подданных». Иначе рискует попросту не удержаться на вершине. Не один человек, а часть общества господствуют над другой.

Какое это отношение имеет к злосчастным интервенциям США? То, что знает любой начинающий политолог, забывают лидеры США и НАТО. Ну, или делают вид, что не знают.

Демократия – это непрерывный поиск консенсуса в обществе, это красота компромисса, взаимные уступки ради гармонии и процветания всего общества. Так называемая «игра с нулевой ставкой», то есть принцип «победитель забирает всё» – это опасно. В случае победы одних у других должен оставаться шанс отыграться – на следующих выборах. Победители должны не размазывать проигравших по стенке, а сотрудничать с ними ради общего выигрыша всей страны.

На публике западные политики любят порассуждать о красоте либеральных теорий, однако их действия в Ираке, Ливии и Сирии прямо противоречат, просто-таки перпендикулярны тем же самым благородным постулатам. На словах Запад проповедует мирные, ненасильственные методы борьбы за свободу (ну прямо твой Махатма Ганди), а на деле – лезет в чужие гражданские войны, подыгрывая одной из сторон.

Месть падших

Условно говоря, Запад делал все, чтобы 75 процентов смогли победить вооруженным путем и по полной программе отомстить остальным 25 процентам. При этом общий уровень жестокости в стране только растет.

В Ираке при Саддаме сунниты считались высшей кастой, а курды и шииты чувствовали себя угнетенными. Теперь все наоборот. Шииты наверху, а суннитам дали понять, что они – люди второго сорта. В итоге территория, которую заняло ИГИЛ, почти совпадает с «суннитским треугольником». Сунниты поддержали ИГИЛ. Курды же вообще де-факто отпали, и государство развалилось на три части. О том, что Ирак в итоге распадется на три части и погрузится в хаос, американских стратегов предупреждали хором все аналитики еще в канун вторжения 2003 года.

Еще хуже дела в Ливии. Посылая туда свои ВВС в 2011 году, Николя Саркози с пафосом заявлял, что французские самолеты в небе над Бенгази бьются за дело свободы. Хочется спросить: «И что?» Теперь там началась война всех против всех. А итальянцы на Лампедузе не успевают вылавливать из воды беженцев, плывущих с ливийского берега.

Такой же хаос Запад создал и в Сирии. Из этого хаоса там и выросло ИГИЛ, с которым теперь сами американцы не знают, как справиться. Если западные политики желали освобождения и процветания народам Сирии, то им следовало поспособствовать там поиску национального согласия.

Если режим кажется вам жестоким, надо стремиться его постепенно, шаг за шагом «умягчать», в рамках открытой дипломатии, а не тайных интрижек. В рамках закона и порядка. Это дело очень долгое, кропотливое, требует огромного терпения. Зато сберегаются человеческие жизни, а страна не лежит в руинах.

Итак, Вашингтон признал, что его стратегия в Сирии провалилась. Вертевшуюся четыре года пластинку с хитом «Асад должен уйти» наконец заело. Американской дипломатии предстоит смирить гордыню и сесть за стол переговоров с теми, кому еще вчера она отказывала в праве на существование.

А Дамаск уже дал понять, что знает себе цену. Как передало в понедельник сирийское телевидение, прежде чем согласиться на диалог, Башар Асад еще посмотрит сперва на конкретные действия Вашингтона.

* Организация (организации) ликвидированы или их деятельность запрещена в РФ