В конце ноября страна узнала, что в ней с 2008 года существует «федеральный закон об увековечивании памяти президентов России, ушедших в отставку». Так назвала этот любопытный документ спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Законодательница слегка ошиблась. Официальная бумага называется так: «О центрах исторического наследия президентов Российской Федерации, прекративших исполнение своих полномочий». Чувствуете разницу?

Ельцин впрямь заслуживает того, чтобы его помнили. Дело его, несомненно, живет

Не «отставка», за которую решено поощрить задним числом. Нет. Согласно этой бумаге, нам предстоит увидеть еще много-много центров: достаточно избрать человека в президенты на хотя бы один срок – и все, он автоматически, по закону, признается символом исторического наследия.

Финансируются такие центры (хотя бы частично) из федерального бюджета, а вмешиваться федеральная власть в их деятельность не имеет права. Реорганизовать такие центры нельзя, и признать их банкротами тоже не представляется возможным. Но самое главное: ельцин-центры, согласно Матвиенко, имеют «огромное воспитательное значение». Почему? Да априори: президент и воспитание созданы друг для друга, как Отечество и Ваше превосходительство; как говорится, король по одному положению своему уже самый главный патриот.

Коммунисты бузят: а почему не Сталину? Ведь Сталин для патриотического воспитания подходит больше. Почему не Брежневу? Ведь при нем жилось лучше… Но и некоммунисты недоумевают: зачем Ельцину? Не лучше ли было подождать – авось большое увиделось бы на расстоянии?.. Однако ведь нам уже объяснили, сам президент Медведев вслед за подписанием вышеупомянутого документа объяснил: «Россия – молодая страна, ей всего двадцать лет». Молодая страна нуждается в героях, героев за четверть века наросло не так много, а уж таких, кому власть готова была бы соорудить монумент, признавая свое кровное родство, свой источник в прошлом, свою индульгенцию на будущее – он один у нас такой. Ельцин.

Людей моего поколения нередко спрашивают: «Почему вы-то ненавидите Ельцина?.. Ведь вы были еще так молоды, когда горел Дом Советов, ведь вас не предавали в Чечне, у вас не было личных сбережений, которые бы вы могли потерять… вы почти не жили в Советском Союзе, чтобы ностальгировать… вы даже в выборах 1996 года не участвовали, так что фальсификации к вам не имеют отношения. Тогда почему же вы ненавидите Ельцина?»

Ответ на понятном для этих людей языке может быть таков: потому что мы не манкурты. Когда Чингиз Айтматов придумывал это понятие, он имел в виду определенные идеологические (национально-возрожденческие) цели, но вряд ли предполагал, что его будут использовать в хвост и в гриву. Манкуртами стали называть и тех, кто не хотел помнить преступления советской власти – и тех, кто хотел помнить только их.

Мы все стали друг другу немножечко манкурты, и вот уже спикер власти Валентина Матвиенко уверяет, что и без памяти о Ельцине нам грозит манкуртизм (а дальше предстоит увековечивание «исторического наследия» всех президентов, не забудьте).

Но Ельцин впрямь заслуживает того, чтобы его помнили. Дело его, несомненно, живет.

Под его историческое наследие отдано 88 тыс. кв. метров. Правда, площадь «Ельцин Центра» вдвое меньше Мемориала Сталинградской битвы. Зато она больше, чем площадь комплекса зданий Третьяковской галереи (не дотягивает до 80 тыс.). Однако это не главное.

Прежде всего, историческое наследие Ельцина торжествует – как ему и положено – в делах финансовых. Вроде бы мы знаем цифру, которую подхватили и распространили СМИ: семь миллиардов рублей потрачено на эту помпезную екатеринбургскую махину.

Но вот бывший советник Ельцина, эксперт Фонда Анатолия Собчака Сергей Станкевич в эфире радиостанции «Говорит Москва» подчеркивает: «Не подтверждаются эти затраты, цифра семь миллиардов не подтверждается. Действительно, деньги были, из тех документов, которые я видел, речь шла о двух с лишним миллиардах». Это говорит Москва.

Зато из Екатеринбурга заявляют: в городском бюджете дыра, «фонд первого президента не смог вернуть немаленький кредит в 2,3 миллиарда рублей, который область выделила в 2013 году на достройку центра первого президента» – кредит этот вроде бы должен был вернуться еще в 2015 году. Теперь глава бюджетного комитета местного законодательного собрания Владимир Терешков сообщает, что «область должна получить 2,3 миллиарда рублей в течение 2016 года» и что они уже учтены в доходной части бюджета следующего года.

А вот слова исполнительного директора центра Ельцина Людмилы Телень: «Мы получили два миллиарда рублей на покупку здания. Еще получали транши из федерального бюджета, чтобы перестроить его, сделать экспозицию. Общая сумма затрат из российской казны составляет 4 миллиарда 980 миллионов рублей. Еще два миллиарда Минфин дал Свердловской области, а они передали нам. Эти деньги помогли завершить проект. Мы планируем его отдать, но пока платим проценты. Так что не стоит волноваться, что мы взяли областные деньги и не вернем их».

Наконец, если мы заглянем в бухгалтерскую отчетность самого центра Ельцина, то увидим, что, например, «внеоборотные активы» этой организации к концу 2014 года увеличились по сравнению с концом 2013-го – с 3 669 581 тыс. рублей до 7 283 281 тыс. рублей. Доходы центра (за счет добровольных пожертвований!) составили в 2014 году почти 2,1 млрд рублей, а в 2013-м – более 2,6 млрд. Расходы центра были намного, намного скромнее: к примеру, на социальную и благотворительную помощь – 225 тыс.

Итак, то ли два, то ли семь, долг «Ельцин Центра» Свердловской области то ли есть, то ли нет, вернут его скоро, а может, и нескоро… Как ни посмотри, дирижировать историческим наследием первого президента – прибыльное дело, внесенный им финансовый хаос самовоспроизводится. И у него небедные жертвователи.

Вкусовые пристрастия способны кое-что рассказать о власти. Советская власть любила «соцреализм»: народные съезды, иконические образы вождей, море кумача и пафоса – но и трудовые победы, мужественные крепкие люди, самолеты в синем небе, широкие улыбки…

С хлесткой фразой Пелевина «солидный Господь для солидных господ» в нашу жизнь вошло истинное актуальное искусство: капиталистический реализм. Деньги. Деньги. И море пафоса. Все это теперь воплощено в монолите – «Ельцин Центре».

Но в жизни, в сущности, не так много вариантов. Если мы не имеем права судить о том, что было до нашего рождения (а то и совершеннолетия), то для молодого поколения Крым не наш, не российский, а неизвестно почему отторгнутая у суверенной Украины территория. Если же Крым – наш, и Россия – не «молодая страна», а держава с тысячелетней непрерывной историей, то это совсем другой разговор, на других основаниях и скоростях, о другом историческом наследии.

«Ельцин Центру» – музею безвременья – в нем обязательно найдется место. Мы о нем не забудем.