Башар Асад вечером вторника прибыл в Москву для встречи с Путиным. Сообщили об этом уже утром, поскольку визит непростой и даже опасный, учитывая ситуацию как в Сирии, так и в мире.
#{image=949097}Встреча, меж тем, судьбоносная, поскольку обсуждали не столько военную операцию, сколько политическое урегулирование в Сирии. А именно: поиск компромисса, который хотя бы на время удовлетворил бы все стороны конфликта, за исключением террористов – своеобразный Минск-2.
В публичной части речи Путина это сказано в общих, уже привычных формулировках: «В конечном итоге, все-таки долгосрочное урегулирование может быть достигнуто на основе политического процесса при участии всех политических сил, этнических и религиозных групп. И в конечном итоге, решающее слово, безусловно, должно оставаться исключительно за сирийским народом».
Но учитывая, что эти слова были произнесены после того, как проблемы Сирии обсудили Путин с Олландом и Меркель, Керри и Лавров, а также Путин с саудовскими принцами, за ними стоит важное и тщательно продуманное решение.
Пока не оформленное, но суть которого, судя по всему, заключается в том, что Сирия после очищения от террористов должна будет изменить систему управления, сохранив собственную государственность.
Не исключено, что Россия предложила Асаду ради сохранения государственности как таковой провести серьезную реформу госуправления с учетом интересов всех групп населения Сирии, за исключением террористов. Действительно, за четыре года тяжелой войны, разожженной Западом, отношения между разными силами в стране стали настолько острыми, что вернуть их в прежнее русло практически невозможно. Это хоть и грустный, но факт.
Можно предположить, что речь идет о федерализации Сирии при широкой автономии главных групп с четко прописанными между ними отношениями и с сохранением преемственности власти. Роль Асада должна остаться по-прежнему ключевой, но не диктаторской. Видимо, ему придется поделиться частью своих полномочий, при этом оставшись руководителем страны. Пойти на такое Асад согласится только под гарантии Москвы и лично Путина.
В этой связи важно обратить внимание на недавнюю объемную статью Генри Киссинджера, в которой он констатирует, что «приход России в Сирию разрушил геополитическую структуру, существовавшую четыре десятилетия» (под управлением США), и предлагает возможный вариант политического урегулирования исходя из новых реалий, а не фантазий Белого дома.
Другими словами, Киссинджер предлагает отказаться от свержения Асада, а после уничтожения террористов и согласования всех нерадикальных сил провести федерализацию Сирии. Расчет старого лиса понятен – свести роль Асада к минимуму, как руководителя не страны, а только алавитской части населения, чтобы потом все-таки раскромсать Сирию на кусочки.
Федерализация, как и в случае с Украиной, видится Россией и США инструментом с ровно противоположными целями. В случае с Сирией для США это способ более плавного развала страны и свержения Асада, для России – сохранение страны при ключевой роли Асада и недопущение распространения терроризма. Таким образом, все упирается в то, кто будет возглавлять процессы как в Сирии, так и во всем регионе. Очевидно, что делать это должна Россия, накануне предъявившая миру свои военные возможности и политическую волю. Заявление нового канадского премьера о выходе страны из коалиции с США в Сирии только подтвердило признание Киссинджера, что Вашингтон потерял 45-летнее доминирование.
Таким образом, неожиданная встреча Асада с Путиным, скорее всего, вызвана необходимостью принятия конкретного решения политического урегулирования, которое будет предложено Западу как единственное. И тому ничего не останется делать, как принять его. Сирия же должна положиться на Россию – иного решения конфликта не существует.