Прочёл на одном дыхании книгу «Машина с евреями» – про весёлые приключения музыкантов из группы Макаревича. Моральный облик автора книги, прямо скажем, удручает, однако я надеюсь, что ряд эпизодов был всё же им выдуман для придания красочности повествованию.
Окуджава пошёл добровольцем на войну в 1942 году
Известный певец, который в наркотическом опьянении требует от гримёра побрить ему спину, плохо вписывается в мою картину мира: я предпочёл бы надеяться, что эта и некоторые другие истории никогда не происходили в реальности.
Автор книги – Пётр Подгородецкий, клавишник «Машины времени» и шоумен. Найти книгу в интернете можно безо всякого труда.
Не буду пересказывать разные весёлые эпизоды, отмечу только, что с первой до последней страницы музыканты страстно предаются разнообразным порокам. Вообще, удивительно, как нашим музыкантам удаётся подойти к пенсии с непропитыми мозгами: та страстность, с которой они употребляют алкоголь и наркотики, должна далеко не самым лучшим образом сказываться на их умах и талантах...
Знаете, в чём я вижу главное отличие музыкантов той волны от, скажем, Булата Шалвовича Окуджавы?
Окуджава пошёл добровольцем на войну в 1942 году, служил миномётчиком, потом радистом. После войны долго работал учителем, параллельно писал песни и стихи. Через какое-то время перешёл на журналистскую работу.
Когда Окуджава наконец ушёл со службы и сосредоточился на творческой деятельности, ему было уже 37 лет, это был взрослый человек с богатым жизненным опытом. Я очень далёк от мысли идеализировать Окуджаву или его творчество, однако я понимаю, что этот человек имел право быть учителем, в большом смысле этого слова.
Чему может научить человек, который практически сразу после окончания школы начал жить удалой жизнью артиста – пить водку и ездить по гастролям – я не понимаю. Не считайте меня занудой, но разум не покупается в магазине. Прежде чем человек сможет сказать что-либо умное, он должен вначале найти где-то источник знаний.
Это может быть жизненный опыт, тысячи прочитанных книг, беседы с мудрым учителем или, скажем, долгие размышления о вечном. Я не могу навскидку назвать ни одного философа, который написал бы что-нибудь по-настоящему значительное в молодости. Как правило, главные труды философов рождаются уже после 40 лет – и это совсем не случайно.
Почему «Машина времени» стала столь популярной в восьмидесятые годы?
Предположу, что перед нами типичный перекос советского дефицита. Аналогичная история произошла с эмигрантом Вилли Токаревым. Пока он был запрещённым эмигрантом, он был в моде, его песни переписывали с кассеты на кассету. Во время перестройки, когда Токареву разрешили приехать в Россию, эта популярность конвертировалась в оглушительный успех во время концертного тура. Токарев собирал огромные концертные залы и стадионы.
Однако буквально за пару лет люди наелись свободой досыта – мода схлынула, и оказалось, что настоящих ценителей творчества Вилли Токарева относительно немного. Огромные концертные залы вернулись к традиционным тоталитарным исполнителям. Как выяснилось, Кобзон и Пугачёва нравятся зрителям независимо от текущего государственного строя.
«Машина времени» занимала в СССР полузапрещённую нишу. Точнее, сама-то «Машина времени» была легальна, а вот её потенциальные конкуренты вынуждены были сидеть в подполье. Этот искусственно зачищенный рынок был весьма комфортен для бизнеса: благодаря поддержанию хороших связей с чиновниками музыканты могли в течение почти 20 лет монопольно стричь сливки со своей уютной ниши, а потом ещё 25 лет без особых усилий удерживаться на волне наработанных за эти 20 лет связей и популярности.
На этом фоне весьма забавно слышать от Макаревича либеральные истории про коррупцию, блат и откаты - далеко не факт, что молодая «Машина времени» сумела бы выжить сегодня, в условиях конкуренции с сотнями популярных рок-групп из разных стран.Любопытно, что у Макаревича есть причины не любить как современную Россию, так и СССР.
Про Россию я уже писал – снятые в перестройку ограничения убрали его конкурентное преимущество «легального рокера», он превратился из недосягаемой звезды в одного из многих.
Однако и с Советским Союзом всё было не очень здорово: в то время как на Западе артист с популярностью Макаревича ездил бы на «Ламборгини» или на «Бентли», Макаревич встретил распад СССР на «Москвиче».
Вот если бы можно было получать капиталистический уровень гонораров, но при этом работать в советских тепличных условиях – вот тогда, пожалуй, Андрей Вадимович был бы доставшейся ему страной доволен.
Источник: Блог Олега Макаренко