В эти выходные в соцсетях гуляло ностальгическое развлечение для старших поколений: вспоминали, сколько и чего можно было купить на один советский рубль. Иные реминисценции тронули до слез (я ведь тоже тогда рос, вырос и жил, так что это все мое).
Из каждых 100 заработанных денежных единиц я тут же отчисляю 35 в соцстрах, а из оставшихся 65 – еще 21 в форме подоходного налога. Остается на руках 44
Но вот никто почему-то не задался сопутствующим вопросом: а что мы могли купить – но так и не сумели? Поясню, что имею в виду.
Существует такая редко озвучиваемая и уж совсем немодная мера свободы человека: процент произведенного им продукта, который остается в его суверенном владении. Если очень упрощенно, то имеется в виду, сколько из заработанных тобой денег ты волен потратить так, как сам решишь, без постороннего вмешательства.
И вот считается, что в СССР на руки гражданам в их суверенное пользование отдавали где-то 5–7%, а все остальное распределяли за них (в том числе на «бесплатные» образование, медицину, жилье).
Ну а я однажды взялся прикидывать (не считать – это для меня слишком сложно – а только очень грубо и приблизительно прикидывать), насколько по этому показателю свободны граждане самых «состоявшихся» или «преуспевших», если верить рейтингу The Economist, наций мира: Швеции и отчасти Финляндии.
Сама мысль об этом возникла и не испугала своей неосуществимостью, поскольку уже 15 лет юридически числюсь в Финляндии ИЧП (финские фрилансы к этой категории относятся) и как раз сначала получаю на руки весь наработанный вал, а потом от него начинаю сам «отстегивать» государству то, что у подавляющего большинства людей забирают, даже не сообщая им об этом (секретом ни одно из отчислений не является, но кому охота копаться в этой мутотени, правда ведь?).
Так вот, из каждых 100 заработанных денежных единиц я тут же отчисляю 35 в соцстрах, а из оставшихся 65 – еще 21 в форме подоходного налога. Остается на руках 44. Из них примерно 4–6 ед. (тут зависит от степени нажитого богатства) уходит в форме налогов на недвижимое имущество, транспортное средство, ТВ и прочие «приятные мелочи».
Остается примерно 40 единиц, которые я и начинаю тратить. Значит, из них сразу надо вычитать НДС, который взимается в пользу государства с каждой коммерческой транзакции: 40 минус восемь равно 32.
На этой цифре я, как правило, останавливаюсь, хотя она и промежуточная. Потому что дальше нужно обладать недюжинными способностями, чтобы вычислить долю всех прочих прямых и косвенных налогов, которые сидят в каждой цене, по которой я плачу: скажем, в цене табака и пива – 400% акциз (или около того), в цене бензина – 60% налогов, в цене автомобилей – около 40%, а помимо этого ведь в каждой цене сидят еще и те налоги, которые, получив мои деньги, заплатят производители покупаемых мною товаров и услуг.
Так что дальше я даже приблизительно сосчитать уже не могу – на то я и гуманитарий. Но даже не досчитав до конца, начинаю догадываться, что на самом-то деле в самых состоявшихся странах мира свобода человека, измеряемая масштабом его суверенного права на произведенный им продукт, практически не отличается от той свободы, которую по этой мерке имел любой гражданин СССР.
И прихожу к выводу (может быть, и ложному, не знаю), что, значит, такое ограничение свободы per se – его по-научному называют «справедливое распределение национального дохода» – является не недостатком, а, наоборот, преимуществом (пример Швеции и Финляндии хорошо показывает, что знаменитый контраргумент «справедливое распределение нищеты» годится только для пропагандистских памфлетов).
Ну а дальше мысль, как и заведено у любого русского труженика пера, летит ввысь, и я «понимаю», почему появилось понятие «шведский социализм» и почему оно в предперестроечные времена стало нашей практически официально заявленной и уж точно всеми нами вожделенной целью.
И еще я «понимаю», что если бы Советскому Союзу образца новогодней ночи 1991 года честно дали, как, собственно, тогда в «Парижской хартии для новой Европы» торжественно и обещали, хотя бы те же 25, но спокойных лет честного мирного развития в дружеской международной семье, мы бы за счет наших природных богатств – которые Швеции с Финляндией и не снились – поимели бы вполне реальный шанс заполучить на сегодня не просто «шведский социализм», а доселе еще никем не виданный «богатый» шведский социализм на 1/6 суши Земли.
Потому-то, видимо, Запад и западно мыслящие в России и не смогли этого допустить, ну никак. Ведь вместо отживших свое «американской мечты» и «шведского социализма» в мире сегодня гремел бы и вдохновлял всех только один штамп, означающий полный шоколад:
«Мне повезло родиться в СССР».
Источник: Блог Александра Багаева