Сказка про трех поросят может плохо кончиться.

Прокурор потребовал 3 года колонии общего режима.

Судья даст меньше, чтобы суд выглядел мягче (как о том ранее и сказал Путин).

Но любой реальный срок из поросят сделает мучениц, и тогда маятник общественных симпатий надолго зависнет на их стороне.

Само наказание имеет целью не месть, а предотвращение повтора правонарушения. Прошедшие полгода показали, что по миру и нашим храмам уже идет волна имитаций.

В России всегда сочувствуют страдальцам. Ясно, что реальные страдания реальных тюремных узниц несопоставимы с «моральными переживаниями» продавщицы из храма, которая, по ее словам, так переживала, что аж сбилась при пересчете купюр...

Значит, симпатии общественного мнения будут не с Церковью.

Кроме того, в России всегда было некоторое количество пылко-революционной и бесстрашной молодежи, которая готова идти на заведомые для себя неприятности, если, по ее мнению, так нужно для правды и блага общества. Вот и сейчас реально сидящие девицы для кого-то станут новой Верой Засулич, пламенным примером, взывающим к развертыванию революционно-антиклерикальной борьбы. Получится, что пожарный вместо того, чтобы затушить очаг возгорания, старательно его раздул.

Приговор еще не вынесен, и потому еще можно пофантазировать о том, каким он мог бы быть. Неоправдательный приговор нужен, чтобы не было дано оправдания свинству. Но ведь есть варианты  без тюремного срока. Например – условный срок с предупреждением, что в случае повторения он обернется реальным. Или – общественные работы. Или – понуждение к прохождению курса приличных манер, а также курса по истории и символике храма Христа Спасителя.

Источник: Блог протодиакона Андрея Кураева