В советские годы был такой анекдот про отправляющуюся в эмиграцию семью, которая пытается вывезти за кордон попугая. Когда таможенник сообщает, что живых птиц провозить запрещено, только чучела, попугай сам с готовностью заявляет, что хоть тушкой, хоть чучелом, а сваливать отсюда непременно надо. Хотя многие недавние события дают основания предположить и иное, речь в связи с этим анекдотом пойдет отнюдь не об условиях жизни, заставляющих принимать такие решения, а только о специфических способах проникновения куда бы то ни было.
Ценность искусства все-таки не независима от его актуальности, что неумолимо касается даже классики, заставляя одни произведения медленно, но верно все же устаревать
Во времена наивысшей актуальности упомянутого анекдота за железным занавесом, как за китайской стеной, советская культура развивалась в вынужденной изоляции. Причем это равно касалось и официальной культуры (эстрадная музыка была, например, довольно добротная, вот только застыла на уровне еще довоенного времени, почти не впитывая и не изобретая новых стилей и направлений), так и любого возможного диссидентского продукта или же андеграунда. Импортное проникало – и тогда уж его жадно ловили, но проникало в количествах весьма ограниченных, что влияло на кругозор и создавало разные причудливые иллюзии (так Селинджер и Кизи в глазах советских интеллигентов оба оказывались авторами всего одной книги).
В таких своеобразных условиях сложно было, конечно, соответствовать некому общемировому уровню. Это если допустить, что ценность искусства все-таки не независима от его актуальности, что неумолимо касается даже классики, заставляя одни произведения медленно, но верно все же устаревать (многое ли из того, что было обязательным чтением для середины прошлого века, сейчас хоть кем-то и как-то читается?) и позволяя другим в силу определенных событий и коллизий вновь заиграть всеми красками (попробуйте вот перечитать Герцена в наши дни – изумитесь!).
С тех пор как границы открылись, у всех, кто хотел и стремился, было уже вдоволь времени, чтобы начитаться, наслушаться, насмотреться, а также безнаказанно, хотя и в суровых условиях рынка начать создавать что-то свое, новое. Однако догнать и перегнать до сих пор почему-то не удалось. Пока что-то не появилось, допустим, рок-исполнителей, которых приглашали бы в мировые турне (хорошим индикатором оказались и митинги, на которых люди слаженно и с душой исполняли песни, написанные не ранее, чем лет двадцать назад), а единичный в своем роде режиссер Бекмамбетов самим же отечественным зрителем воспринимается скорей как курьез (пара-тройка самобытных режиссеров, снимающих глубокомысленное авторское кино – не в счет, такие были и в советское время; к тому же фильм, получивший приз, и фильм, ставший культовым для ряда поколений, – совсем не одно и то же). Можно делить с тем или иным результатом культуру на массовую и элитарную, можно не делить, общее производимое ей впечатление от этого не сильно меняется.
И вот, наконец, когда постсоветские двадцать лет все явственней прорисовываются как период уже завершенный, деятельность группы, к оценке творчества которой не применимы никакие эстетические критерии, трогает сердца мировой и культурной общественности, заставляя вокалиста RHCP Энтони Кидиса выйти во время питерского концерта в майке с надписью «Pussy Riot*». Незадолго до этого оставшиеся на свободе девушки уже выступали на одной сцене с группой Faith No More, не преминувшей кроме того помянуть в ходе своего московского концерта певца Эдуарда Хиля.
Ура, товарищи! Вот и наш вклад в мировую культуру: тушкой, чучелом – сколь бы кощунственно (слово «кощунницы», к сожалению, теряет свой шарм, будучи обращено в прилагательное) это ни звучало после дня концерта «Перцев», чудесным образом совпавшего с днем суда, – а пролезли, так сказать, просочились. В виде интернет-мемов и благодаря национальным особенностям формы правления. Последний факт, в свете повальной медиализации всего и вся, не исключая или даже начиная с новостей (из которых, собственно, и принято узнавать о любых национальных особенностях происходящего в любой отдельно взятой стране), тоже от мемов на Ютубе не слишком далеко отстоит.
Специально для газеты ВЗГЛЯД
* Внесен в список террористов и экстремистов в РФ