После дискуссии по национальному вопросу в программе «Честный понедельник» произошло немало интересного. К примеру, на меня обиделась сперва таджикская общественность (о чем уже писал ВЗГЛЯД), а затем и МИД Таджикистана, за то, что назвал события начала 1990-х геноцидом русского населения. Пусть обижаются, лишь бы не позорили наше государство, вынуждая его проводить расследования по 282-й статье и т.д. А хотят подавать гражданский иск – пусть подадут. И мы разберем события 25 сентября 1993 года в поселке имени Ломоносова под Курган-Тюбе и выясним, не было ли в них чего общего с событиями в Сребреннице, которые официально признаны актами геноцида. Короче, хватит обижаться – давайте обсуждать и устанавливать факты

Представим себе реализацию идеального общества, которое отстаивают на Болотной

Но произошло и нечто куда забавнее. Мне сделали выговор за мой костюм.

Каждый раз, когда я выступаю у Минаева, мне делают выговор за мой костюм. Про выступление 20 декабря 2010 мне сказали, что я одет как лох педальный. Про выступление 19 сентября 2011 заметили, что костюмчик неплох, но все портит отвратительная водолазка. Ну, наконец, на этот раз я превзошел, как мне казалось, самого себя. Приобретенный в прошлом октябре в Вене суконный костюм в стиле «тирольская охота» – и тепло, и удобно, и красиво. И тут-то мне и прилетело. Из Литвы. От одного из русскоязычных пользователей Твиттера. Мне сообщили, что для оппозиционного политика я слишком дорого выгляжу. Литовские избиратели меня бы категорически не поняли и уж точно не проголосовали бы. Я уточнил, неужели литовские политики настолько бедны, что костюм для выступлений за 850 евро покажется им слишком дорогим? Оказалось, что политикам, может, и нет, но избиратели точно такого политика не поймут. А надобно сказать, что Литва – страна в общем и целом демократическая. Оправдание Альгирдаса Палецкиса, наговорившего очень неприятных для литовской элиты вещей относительно событий 1991 года, это подтверждает. И вот факт – я стремился одеться получше в угоду нашим, далеко не демократическим, зрителям политических телешоу и, как оказалось, вырядился неподобающим фанфароном для зрителей, живущих в рамках демократической системы. Зато машина у нашей семьи оказалась правильная – «Рено Логан», как раз для дедушки русской национал-демократии.

Я посмеялся над этим эпизодом и позавидовал литовским политикам, которые не вынуждены разорять семейный бюджет, чтобы пересобчачить Ксению Собчак, да и забыл. Но тут его мне напомнили вновь. Сначала Дмитрий Ольшанский пишет об очередном сеансе массового либерального презрения к русскому народу и Уралвагонзаводу: «Мы не ездим вашими локомотивами, а летаем из Сан-Франциско на Гоа». Потом столкнулся с обсуждением аналогичной темы в записи одного из политологических семинаров:

«Мне кажется, что в какой-то момент просто перестало быть модным жить в консьюмеристическом раю. До какого-то этапа люди покупали стиральные машины, магнитофоны и так далее. Дело дошло до айпадов и айфонов. В какой-то момент всё это стало немодным, но это стало немодным не потому, что кто-то там рукой махнул и сказал, что всё, это уже не модный писк, а модно теперь ходить на митинги, а потому что бесконечно есть, условно, метафорически, нельзя!» – сообщает барышня «26 лет, закончила филологический факультет МГУ, я работаю редактором еврейского образовательного портала Booknik».

#{interviewpolit}Демократия и свобода здесь понимаются как следующая ступень в пирамиде Маслоу после айфона и айпада. Значительная часть участников Болотного движения именно так и понимают: купил холодильник, плазму, мультиварку, айфон, айпад, и следующим гаджетом в списке числится демократия. Антиконсьюмеризм как высшая стадия консьюмеризма.

Тут я вспомнил те самые литовские разговоры в Твиттере, и мне стало понятно то, чего не понимают многие оппозиционеры. При демократии не будет айфонов. Демократия способствует возникновению производства айфонов, и то не везде. Но зато не очень способствует их покупке, если речь не идет о традиционно богатой стране типа США. Да и то, если помните, мамо-папа Эрика Картмана не может купить сынуле айпад, максимум – «тошибу».

Представим себе реализацию идеального общества, которое отстаивают на Болотной. Ключевой его слоган – слово «честный». Честные выборы. Честно избранные депутаты и честно избранный президент, честно назначивший честное правительство из честных людей, прежде всего честных депутатов. Честная милиция и честная прокуратура честно ловят нечестных коррупционеров и передают их дела в честный суд. Нечестные олигархи, крутящие народные деньги, сменяются честным бизнесом, не сращенным с нечестными чиновниками, не участвующим в распилах и откатах, и честно ведущим свой честный бизнес за честную прибыль в 10–15%.

А вот теперь скажите: где в этой системе взяться деньгам на айфон?

Где вообще в этой системе честного бизнеса и честной политики, зависимой от избирателей, большинство которых составляет «Уралвагонзавод», взять деньги на «креативный класс»? Понимает ли верхушка «креативного класса», руководящая протестами, что реализация принципа честного государства означает окончание жирования этой верхушки, базирующегося именно на получении «откатов с откатов» в рамках коррумпированной, олигархической, государственно-капиталистической, основанной на тотальном презрении элиты к простому человеку системы?

Считать этих людей совсем дураками, не понимающими, что в рамках демократической системы политик и даже «честный журналист» не может «светить» новыми гаджетами и непрерывно тусить на отдыхе за границей, я не могу.

Считать их восторженными идеалистами не позволяет тяжелый жизненный опыт взаимодействия с этим слоем.

Остается один из двух сценариев.

Либо Болотные лидеры рассчитывают обмануть большинство населения и сохранить коррупционно-олигархическую систему, сменив в ее рамках только первых лиц. Хотят убрать чужих чиновников и поставить своих, а самим продолжать кормиться вокруг «своих» олигархов. Это пессимистический сценарий.

Либо, взглянем на жизнь более оптимистически, они действительно попытаются создать в стране новую политику, новую экономику и новое общество, но рассчитывают, что в соответствии с железным «законом олигархии» (о котором мне не так давно приходилось писать) они лично прорвутся на самый верх, где на айфон действительно будет хватать даже при самой честной системе. А на «креативном классе» в целом – хоть трава не расти. Переквалифицируется в дворники и управдомы.

Этот парадоксальный бой «креативного класса» за победу над социально-экономическим фундаментом собственного благополучия несомненно войдет в историю – вне зависимости от его победы или поражения.

Но все ли бойцы готовы к его победе?

Готовы ли к массовому перелому стиля жизни нашего политического сообщества, который за последние годы огламурился до непристойности?

Я уже описал, как социальный конформизм вынудил меня сменить стиль одежды.

Тот же социальный конформизм к окружавшим меня людям с айфонами вынудил и меня сменить свою старую потрепанную «нокию».

Тот же конформизм подталкивает нас, встретившись в кулуарах телевизионных дискуссий, вести обсуждение не фресок Ферапонтова монастыря, а королевских гробниц аббатства Сен-Дени.

И вопрос «готовы ли мы реально к демократии?» встает в полный рост. Демократии как власти народа и для народа, свободе слова для народа, честному распределению национальных богатств в интересах народа.

И кто к ней готов больше? Уралвагонзавод, которому нечего терять, кроме своих цепей? Или плоть от плоти олигархической системы Антон Носик, которого тонны гаджетов тянут на дно олигархии?

Если завтра жизнь всерьез поставит это политическое сообщество перед выбором – Демократия или Айфон, что на самом деле выберет «креативный класс»?

Специально для газеты ВЗГЛЯД