Встретил тут в одном патриотическом издании прекрасную фразу: «Эту паскудную толерантность придумали либералы и педе...асты, а у нас в СССР подобной гадости не знали, но зато была настоящая дружба народов».
Армянина лучше было убрать подальше из отделения, в котором слишком много азербайджанцев
Прямо на весь день настроение поднято такой изумительно точной формулировкой. Действительно, с толерантностью в Союзе была просто беда. Относительно либералов и прочих упомянутых даже сегодня ничего умного не скажу, ну, не большой специалист. А вот по поводу дружбы народов некоторые жизненные наблюдения и воспоминания имеются.
Только хочу сразу оговориться, что вообще не очень понимаю, какая может быть дружба между целыми народами. Если я со своим ближайшим деревенским соседом Валерой, имеющим в крови практически точно такой же коктейль, как и у меня, не то что подружиться уже второе десятилетие не могу, но и добиться того, чтобы мы друг друга не покалечили, становится всё труднее и труднее. Однако не будем придираться к словам и выражениям, все прекрасно понимают, о чем на самом деле идет речь. Дружба так дружба, народов так народов.
И вот тут я особо люблю такие стандартные классические воспоминания, мол, жили мы в Баку (Рязани, Казани, Алма-Ате, Владивостоке, где угодно), так у нас в школе (на заводе, в колхозе, на стройке, без разницы) никто не обращал внимания, русский ли ты (татарин, еврей, узбек, литовец, весь список без исключения), и вообще никаких национальных проблем не было.
Это, конечно, нынешней молодежи можно морочить голову сколько угодно. Точно так же, как выросло уже целое поколение, уверенное, будто в СССР во всех отношениях столь хорошо жилось, что рухнула страна исключительно из-за американского заговора и подлой предательской шизофрении жалкой кучки отщепенцев. Но всё-таки вменяемая часть моих сверстников прекрасно помнит, что никакой «национальной идиллии» вовсе не существовало.
Даже «землячества» в армии, пришедшие туда из тюрем и лагерей, когда «чурки» дрались с «бандеровцами», армянина лучше было убрать подальше из отделения, в котором слишком много азербайджанцев, а «жидовской морде» не всегда служилось сильно комфортно в некоторых частях Забайкальского военного округа – всё это зародилось давно и именно в недрах «великой семьи народов».Но и в обыденной жизни никакого такого особого интернационализма не наблюдалось. Очень пристально вглядывались и в форму носа, и в цвет глаз. И в любой деревне вглядывались, и в окраинной подворотне. И по этому самому носу, и в этот самый глаз вполне даже можно было получить, если они не слишком соответствовали принятым в данной местности стандартам и понятиям. А если в каких-то чуть более продвинутых в этом отношении районах, типа Арбата, Невского или Ришельевской, и выглядело это не столь откровенно, и чувствовалось не так остро, то тут заслуга отнюдь не советской власти, а совсем иных культурных и общественных традиций.
Уж на что укоренилась легенда тех времен о «традиционном великом кавказском гостеприимстве», особо лелеемая московской богемой, например, в отношении той же грузинской интеллигенции, но, поверьте, в семидесятых-восьмидесятых русская женщина без местного спутника, желательно предельно большой величины, достаточно неуютно чувствовала себя даже в самом центре проспекта Руставели. И отнюдь не только к Тбилиси, и не только к русским, и не только к женщинам это относится.
Я понимаю, какое неприятие сейчас могут вызвать мои слова у «русскоязычных» жителей нынешней Прибалтики, но даже там я сейчас как русский, именно по национальному признаку, чувствую себя гораздо комфортнее, чем при СССР. Вернее, просто этот признак много менее акцентирован, потому что сейчас я уже, прежде всего, не русский, а иностранец, который платит деньги в гостинице и ресторане. А тогда я, в общем-то, постоянно ощущал некоторую если не враждебность, то настороженность со стороны людей, вроде бы и предельно при этом лояльных советской власти. Но само смешное и удивительное – всё сказанное мною никак не отменяет того несомненного факта, что внешне бредовая идея о «создании новой исторической общности – советский народ» действительно, безусловно, оказалась успешно претворенной в жизнь.
И этот самый «советский народ» не просто возник в какой-то период на определенной территории, но и сейчас вполне себе продолжает существовать. Более того, плодиться, размножаться и даже распространяться по миру до мест, о существовании которых во времена своего зарождения даже не подозревал.
Источник: Блог Александра Васильева