Тандем сумел сохранить интригу до самого конца. Итоговый расклад не предсказал никто. Многие ставили на то, что Путин может быть выдвинут, – их ставка оказалась верной. Многие говорили, что Медведев будет в списке «Единой России», – эта ставка тоже оказалась верной. Но никто не предсказал именно итоговый расклад, что Путин выдвигается в президенты, Медведев номинируется на пост премьера – и при этом возглавляет единолично список «Единой России». Хотя, в общем-то, все это лежало на поверхности.
Тандем фактически воспроизводит матрицу прошлой избирательной кампании. Тогда Владимир Владимирович (Путин), действующий президент, встал во главе списка и был номинирован на должность председателя правительства. Сейчас Дмитрий Анатольевич (Медведев), действующий президент, номинирован на должность председателя правительства и стал во главе списка «Единой России».
Я так понимаю, что Дворкович, как и прочие деятели, которые ставили на раскол тандема, на конфликт между Путиным и Медведевым, чувствует себя проигравшим. Чувства его не обманывают – он действительно является проигравшим. Сегодня не их день, мягко говоря. Конечно, когда на твоих глазах рушится мир – твой собственный мир, – трудно не потерять адекватность.
С другой стороны, их мир рухнул – ну что им теперь, играть в какие-то игры? Можно сказать откровенно: я враг тандема, я выступал за принципиально другое решение. Ну проиграли, что: маски теперь сброшены, никаких недоговоренностей нет, можно прямым текстом (говорить).
Это не только Дворкович – Павловский что-то говорил про капитуляцию. Я не знаю, высказывался ли Юргенс, но могу представить, что он там говорит. Хотя кому-кому, а ему бы просто застрелиться следовало после сегодняшнего.
На прошлых выборах было много версий о возможности установления однопартийной или квазиоднопартийной системы – тогда, когда Путин шел во главе списка «Единой России». Несмотря на это, нашлось в парламенте место и для коммунистов, и для ЛДПР, и для эсеров. Я думаю, что и сейчас свое возьмут коммунисты, свое возьмет ЛДПР. У эсеров, конечно, ситуация намного хуже, чем у них была четыре года назад, но, тем не менее, вовсе их списывать со счетов я бы не стал.
В 2007 году с самого начала (предвыборной кампании) ни у кого не было сомнений, что в парламенте будут четыре партии. Сейчас есть определенная интрига в том, что касается эсеров: либо они пройдут, либо они пройдут только полубарьер, либо не пройдут вообще. Соответственно, парламент может быть «трехсполовинный», если так угодно, может быть трехпартийный, а может быть четырехпартийный.
Изменения в правительстве, конечно, будут. Несколько фигур, которые вызывали серьезную критику со стороны самых разных сообществ, видимо, будут вынуждены уйти – или перейти на какие-то другие посты, уже не в исполнительной власти. Люди возрастные, например. Много говорится о том, что, например, господин Зубков может перейти на работу в парламент. Он заслуженный человек, в возрасте – конечно, его потенциал лучше использовать в законодательной власти.
Очень много критики высказывается в адрес Голиковой. Она идет и со стороны медицинского сообщества, и из многих других сообществ. Я думаю, что в новом правительстве ее, скорее всего, не будет. Я слышал, что Фурсенко сам просится, чтобы его отпустили.
Но это уже другой этап. А если мы говорим о съезде – тут было два принципиальных вопроса: будущее тандема и список («ЕР»). И по первому, и по второму получена полная ясность – и в этом состоит основной итог сегодняшнего дня.
В интервью газете ВЗГЛЯД